Обострение индо-пакистанского конфликта может нарушить архитектуру региональной безопасности и привести к слому хрупкого баланса сил. Все соседи обвиняют Пакистан в поддержке террористических организаций. Любой первокурсник факультета международных отношений знает про Юго-Восточную Азию то, что Пакистан поддерживает террористические группировки.
Первая кровь нынешней напряженности была пролита 14 февраля. Пакистанская террористическая группировка, запрещенная ООН, совершила теракт на индийской территории Кашмира. В результате вылазки радикалов был убит 41 солдат ВС Индии. Это был классический теракт с использованием смертника на автомобиле, начиненном взрывчаткой. Ответственность на себя взяла группировка «Джайш-и-Мухаммед» (JeM), известная своей давней связью с Межведомственной разведкой Пакистана (ISI). В эти же дни на территории Ирана было убито 27 членов Корпуса стражей Исламской революции (КСИР). И снова за атакой стояли пакистанские радикалы из «Джайш аль-Адль».
Ответ не заставил себя долго ждать. 26 февраля индийские самолеты нанесли удар по лагерям подготовки боевиков на пакистанской части Кашмира и в провинции Хайбер-Пахтунхва.
Как бы это ни было прискорбно, Пакистан по-прежнему остается крупным центром транснационального терроризма. В Иране Исламабад стоит за радикальной исламистской группировкой «Джундалла». В Афганистане – за «Талибаном» и «Сетью Хаккани». В Индии – за многочисленными группировками, которые постоянно меняют свои названия.
Следы многих международных террористических атак были обнаружены в Пакистане, среди них взрывы в Лондоне в 2005 году, осада Мумбаи в 2008 году и убийства в Калифорнии в 2015 году. Главные архитекторы и организаторы терактов 11 сентября 2001 года в США были обнаружены в Пакистане. Основатель и лидер «Аль-Каиды*» Усама бен Ладен был убит в 2011 году в городе Абботтабаде, который располагается вблизи пакистанской военной базы.
От политики Пакистана страдают многие, но больше всего это относится к ее соседям. Индия, Бангладеш, Афганистан, Иран неоднократно обвиняли официальные власти Пакистана в поддержке террористических групп. Делал это в свое время и Советский Союз.
Последние несколько десятилетий Индия боролась с трансграничным террором, исходящим из Пакистана. Такие группы, как «Джайш-и-Мухаммед» (JeM), «Лашкар-и-Тойба» (LeT) и другие совершали нападения на индийское гражданское население и военный персонал. Организовавшая теракт группировка JeM действует в Пакистане более 20 лет. И это не первый теракт против Индии. Так, в 2001 году она совершила атаку на индийский парламент, а в январе 2016 года – на базу ВВС в Патханкоте.
Индия – не только вторая по численности страна мира, одна из ведущих экономик мира и крупнейшая демократия. Эта страна обладает солидными военными, военно-политическими и дипломатическими ресурсами. Да и что тут говорить, эту страну населяет древний и весьма мозговитый народ. После теракта индийские спецслужбы получили достоверную информацию о том, что JeM готовила и другие теракты, причем в этой же местности.
Соответственно, упреждающий удар был необходим. ВВС Индии нанесли удар по лагерю боевиков в печально известной пакистанской провинции Хайбер-Пахтунхва и фактически по легендарному лагерю террористов в городе Балакот. Это несколько снизило пыл пакистанской стороны и ручных террористических группировок.
В ходе этой операции индийские военные уничтожили большое количество террористов, а лагерь Балакот был разрушен. К слову, эксперты, глубоко изучающие регион, хорошо знают, что это за лагерь. Он был создан при помощи пакистанской разведки в 2000-х годах для поддержки афганских талибов и их «джихада». Двумя десятилетиями ранее пакистанцы делали то же самое в отношении моджахедов, которые воевали против Советской армии. Точно такая же схема, механизмы работы и даже персонажи.
Лагерь Балакот – учебник для начинающего террориста. Боевики проходят три месяца подготовительного обучения «джихаду». В лагере действуют несколько медресе и марказов (Марказ Усман-о-Али, Бахавалпур), где идеологически накачивают молодежь, объясняя необходимость джихада против Индии. За один «заход» лагерь Балакот выпускает около 100 хорошо подготовленных боевиков, которых дальше направляют пакистанские специалисты. Главным в лагере является шурин лидера JeM Мохаммад Юсуф Азхар. Пакистанец, рожденный в Карачи, хорошо известный специалистам, изучающим регион. Маулана Масуд Азар, в свою очередь, возглавляет JeM уже долгое время и считает делом чести распространять джихадизм в Индию, Афганистан и Иран.
Разумеется, официальный Пакистан отрицает свою причастность к инкубатору терроризма. Более того, Исламабад отрицает сам факт существования лагеря в Балакоте.
Нью-Дели неоднократно направлял в Исламабад информацию о лагере и происходящих там событиях с просьбой принять меры. Индийцы предлагали помощь, но все тщетно. Террористические организации продолжают безнаказанно планировать и совершать нападения на Индию с территории Пакистана. Ряд лидеров террористических групп, действующих в Афганистане, проходили подготовку в Пакистане. Например, глава ИГ-Хоросан (запрещено в РФ) Абдул Хасиб, который был убит 7 мая 2017 года в ходе рейда объединенных сил США и Афганистана в провинции Нангархар.
Возникает логичный вопрос – зачем это Пакистану? Для чего 200-миллионная страна, имеющая ядерное оружие, не предпринимает никаких мер против международного терроризма на своей территории?
Ответ прост. Пакистан не только не хочет бороться с терроризмом. Эта страна поддерживает его, создает и подпитывает. Эта стратегия зародилась в годы афганской войны, в 1980-х. И
первой страной, испытавшей на себе все «прелести» концепции стратегической глубины по-пакистански, был Советский Союз, потерявший десятки тысяч жизней в Афганистане.
Исламабад находится в перманентном и экзистенциальном конфликте с неравной по силе Индией. В связи с этим пакистанские стратеги считают, что необходимо создать стратегическую глубину по периметру своих границ для того, чтобы направить все ресурсы на борьбу с Индией. Единственным механизмом этой стратегии является поддержка экстремистских группировок.
По данным ООН, на территории Пакистана сегодня свободно существует и оперирует около 20 террористических группировок. Многие из них находятся под контролем ISI. Бывший президент Первез Мушарраф в телевизионном интервью в июне 2017 года признал участие Пакистана в использовании террористических групп, в том числе JeM. «Стратегическая глубина» дорого стоит, она привела к финансовому кризису в Пакистане и сделала эту страну практически полностью зависимой от Саудовской Аравии и Китая.
Возникает другой вопрос – к чему может привести нынешнее обострение отношений между Индией и Пакистаном?
Скорее всего, ни к чему. Исламабад значительно слабее Нью-Дели по всем параметрам. Единственное, что может Пакистан, – продолжать использовать терроризм как метод борьбы против своих противников в регионе.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ