Доклад о своем расследовании хакерская группа начинает чрезвычайно интригующе:
«В последнее время в интернете активно обсуждают вспышки редких для нашей страны (Украины – ВЗГЛЯД) заболеваний. Многие украинцы считают, что причиной их возникновения являются секретные эксперименты с патогенными микроорганизмами, проводимые в американских биологических лабораториях в разных городах страны. Всего с 2009 года на Украине на американские деньги было оснащено 15 таких объектов якобы с целью уменьшения биологических угроз. Однако с тех пор количество и масштаб этих угроз только выросли в несколько раз. Эпидемии редких заболеваний, которые потрясли Украину в последние годы, могут быть вызваны банальными утечками из сооруженных лабораторий. Однако этот вариант представляется крайне маловероятным, учитывая высокий уровень квалификации американских специалистов. Скорее всего, заражения были преднамеренными и являлись частью испытания модификаций боевых вирусов с целью их апробирования и совершенствования».
По данным Национальной медицинской палаты Украины, страна действительно лидирует в Европе по распространению социально опасных инфекций, таких как ВИЧ, гепатиты В и С. Особую тревогу медиков вызывают формы туберкулеза, нечувствительные к большинству традиционных препаратов. Помимо прочего, за последние годы в стране зафиксирована вспышка кори, в 2016 году в Измаиле – вспышка неизвестной кишечной инфекции. В 2009 году сообщалось о распространении на Западной Украине свиного гриппа. Отмечены многочисленные случаи ботулизма, лептоспироза и других инфекций.
В общем и целом, как заявляют хакеры, им удалось раскрыть «организационную структуру военно-биологической деятельности американских спецслужб на Украине»:
«Официально утверждается, что лаборатории находятся в ведении министерства здравоохранения Украины. Хотя это, конечно, условность, учитывая, что с 1 августа 2016 года ведомство возглавляет гражданка США и активист Майдана Ульяна Супрун. На самом деле секретные работы с биологическими препаратами проводятся под эгидой Пентагона».
По версии «Киберберкута», украинскую сторону в вопросе координации тайных биологических экспериментов представляет ряд неправительственных организаций, в том числе Украинский научно-технологический центр (УНТЦ) и НПО «Международный институт ВИЧ, СПИД и туберкулеза» (IHATI). Их роль – распределение американских денег и финансирование секретных программ.
IHATI возглавляет Элиот Перлман – бывший военный врач и специалист по вирусам, который, как утверждается, был направлен на Украину разведывательным управлением министерства обороны США еще в 1991 году. В свое время он активно лоббировал выделение Украине более 100 млн долларов на борьбу с туберкулезом, хотя Киев последовательно проиграл восемь раундов борьбы за транш. А у этого человека слишком интересная биография, чтобы он не привлекал к себе внимание.
Врач-педиатр, почему-то оказавшись в действующей армии во время войны во Вьетнаме, увлекся там изучением тропических болезней. Впоследствии он занимался перспективными (как тогда казалось) методами лечения в Таиланде, в частности проводил клинические испытания на тайцах, но жизнь все-таки отдал армии США: работал в различных воинских частях, в том числе во время первой войны в Ираке, далее – в Германии. После этого перешел в Агентство международного развития США в Брюсселе, и уже это агентство направило его в Киев.
Изначально организация Перлмана на Украине считалась автономной и, по его собственным словам, «финансировалась за счет выходного пособия». Складированием токсичных материалов Перлман тогда еще не занимался, а проводил классическую воспитательную работу с восточноевропейскими туземцами – тренинги и семинары. Они предоставляли украинским медсестрам «новые знания», а финансировали эту работу почему-то посольства Нидерландов и Канады, а также фирма «Бристоль-Майерс Сквибб».
Эта фармацевтическая компания, легально работающая в том числе и в России, производит в основном иммуноонкологические препараты холодовой цепи, то есть требующие поддержания постоянной температуры хранения. Все они направлены на борьбу с раковыми заболеваниями, причем некоторые используются на тяжелых неоперабельных стадиях. А их транспортировка осуществляется в специальных рефрижераторах и контейнерах, оборудованных температурными датчиками.
Это полезная и важная работа, но зачем этой фирме поддерживать кампании по борьбе с туберкулезом и ВИЧ в украинской армии?
Перлман активно ездил по регионам Украины, организуя семинары, бывал и в Донбассе, и в Крыму, но первостепенное значение его организация уделяла именно работе с ВСУ. Впрочем, десять лет назад проблема ВИЧ и туберкулеза среди военнослужащих действительно признавалась чрезвычайно серьезной.
Второй персонаж, упоминаемый «КиберБеркутом», – и. о. министра здравоохранения Украины Ульяна Супрун. Родилась она в Детройте, а на историческую родину перебралась аккурат перед Евромайданом и активно принимала участие в столкновениях в центре Киева в качестве медика. У нее богатый опыт работы в разнообразных украинско-американских организациях типа Союза украинской молодежи Нью-Йорка и Украинского конгрессового комитета Америки – их не счесть. По образованию и специализации она маммолог, но в данном случае речь в большей степени идет об идейном фанатике, а не расчетливом исследователе, каким представляется Элиот Перлман.
Такие как Ульяна Супрун обычно становятся официальным прикрытием для скрытых операций.
В ее биографии существует пятилетний пробел, а полученные ей американские медицинские дипломы вызывают много вопросов, в частности не подтверждают квалификацию на ведение частной практики. Возникло предположение, что у Супрун есть некий «секретный» диплом, поскольку все ее аттестационные данные заканчиваются на ординаторе последнего года обучения. Она долгое время подписывалась как Dr Jurkiv, MD (по девичьей фамилии), но подтвердить свою квалификацию не смогла даже при назначении и. о. министра здравоохранения.
Все это можно понять, включая и «пять лет путешествия по миру», – такое поведение вполне укладывается в портрет фанатично настроенного романтика украинизации. Ее муж – украинский канадец Марко Супрун – активно вовлечен именно в идейную составляющую Майдана. А именно – возглавляет проект Babylon'13, студию документальных и короткометражных фильмов, которые составляли серьезную часть пропагандистского элемента «революции достоинства». Именно люди Марко Супруна документировали бои в центре Киева, а затем запустили к производству фильмы с характерными названиями: «Зима, которая нас изменила», «Наша Надя», «Площадь поваленного Ленина», «Сильнее, чем оружие» и т. д.
Первое, что сделала Супрун, зайдя в минздрав Украины, – начала лоббировать новый закон о трансплантации органов, что выглядит несколько подозрительно. «Черная» трансплантация – не городская страшилка, этот рынок реально существует, и странный интерес пары «профессиональных украинцев» к данной теме вызвал споры.
Затем на сайте минздрава появился приказ, по которому 96 наименований препаратов от артрита, рака, пневмонии и шизофрении будут проходить клинические испытания на украинцах.
Именно Ульяна Супрун первой посетила больницы Николаевской области, когда там вдруг обнаружилась холера.
Следующим революционным предложением стало упразднение скорой помощи. Американка Супрун – сторонник системы парамедиков, что автоматически уничтожает на Украине устоявшуюся систему экстренной помощи, которая худо-бедно работала на советской инерции.
Сейчас довольно сложно точно установить, что происходит на Украине с эпидемиологической картиной редких заболеваний. «Профессиональные украинцы» типа Супрун вполне способны выбить из американских военных некую абстрактную программу «помощи ветеранам Майдана». Но организовать масштабные «заходы» на территорию страны центров, аналогичных грузинскому и связанных с бактериологическим оружием, все-таки не в состоянии. Не тот социальный тип. Вот доктор Перлман – тот может.