Хотя в центре внимания российских СМИ остается противостояние в Сирии, на минувшей неделе более значимые события происходили на ливийском фронте войны с ИГИЛ*. «Ливийская национальная армия» под командованием фельдмаршала Халифы Белкасима Хафтара одержала внушительную победу над экстремистскими и террористическими формированиями на востоке страны. А именно – полностью освободила от боевиков второй по величине город Ливии Бенгази, завершив тем самым начатую 16 января операцию «Право мученика».
В 1987 году Хафтара захватили в плен чадские войска при поддержке Франции, а Каддафи, официально отрицавший присутствие ливийских военных в африканской республике, отрекся от собственного офицера
В то же время, продвигаясь на юг Ливии, силы Хафтара столкнулись с силами, лояльными Правительству национального единства, которое сам Хафтар не признает. Это вызвало очевидное беспокойство в ООН и на Западе, где поддерживают ПНЕ и видят в происходящем риск начала нового полномасштабного противостояния. Именно силы Правительства национального единства взяли на себя основную роль в освобождении «ливийской столицы ИГИЛ» – Сирта. При этом они выступают категорически против Хафтара, обвиняя его в желании навязать Ливии военную диктатуру. На Западе же Хафтара воспринимают как главного конкурента ПНЕ, само появление которого, по замыслу ООН, должно объединить разделенную страну. Продвижение сил фельдмаршала на юг комментируется такими словами, как «провокация».
Официально Россия тоже поддерживает ПНЕ, хотя и подчеркивает, что ведет переговоры и с другими участниками политического конфликта. Со своей стороны, ПНЕ тоже относится к России подчеркнуто доброжелательно, в том числе и как к посреднику. В начале января вице-премьер ПНЕ Ахмед Майтиг даже заявил, что «Ливия готова принять любую возможную инициативу России, чтобы наладить политический диалог в стране», пояснив, что Москва «обладает взвешенными позициями и хорошими отношениями со всеми сторонами».
Но дела у ПНЕ идут, мягко говоря, не блестяще, и западные СМИ настаивают – Россия склоняется к поддержке Хафтара, который контролирует все месторождения на особенно богатом нефтью востоке страны. Поводов так думать у них более чем достаточно. В прошлом году военачальник заявлял о своем согласии с российской ближневосточной политикой и дважды посещал Москву (в сентябре, согласно ряду данных, он встречался там с Михаилом Богдановым – спецпредставителем Владимира Путина по Ближнему Востоку). А 11 января, согласно сообщению Минобороны РФ, фельдмаршал посетил российский крейсер «Адмирал Кузнецов», где провел встречу с вице-адмиралом Виктором Соколовым и принял участие в видеоконференции с министром обороны Сергеем Шойгу.
«Адмирал Кузнецов» оказался у берегов Ливии неслучайно – крейсер вышел из порта в сирийском Тартусе в составе авианосной ударной группы Северного флота, выполняя распоряжение о сокращении численности российской военной группировки. И встреча с российскими военными, прошедшая фактически на территории Ливии, должна была продемонстрировать политическим конкурентам Хафтара, что он готов сотрудничать с Россией не менее тесно, чем покойный лидер Джамахирии Муаммар Каддафи.
В четверг итальянская La Stampa написала, что Россия готова поставить силам фельдмаршала оружия на общую сумму 2 млрд долларов, возобновив тем самым соглашение с Каддафи от 2008 года. А чтобы обойти эмбарго ООН, РФ якобы «готова действовать по схеме треугольника – с участием Алжира, давнего союзника Москвы». Издание утверждает, что договоренности на сей счет были достигнуты как раз на борту «Кузнецова». Сторона Хафтара описала эти договоренности как поставки запчастей к российским системам вооружений, используемым Ливийской национальной армией.
Сам Хафтар надеется, что его – непримиримого и эффективного борца с экстремизмом – поддержит еще и новый президент США Дональд Трамп. Пока этого не произошло, но действительно ли велики шансы фельдмаршала оттеснить поддерживаемое ООН правительство и объединить Ливию под своим руководством?
Вместо Каддафи
Халифа Хафтар является наиболее заметной фигурой в ряду ветеранов ливийской политики. Будучи молодым офицером, он состоял в группе путчистов, в 1969 году свергнувших короля Идриса ас-Сануси под руководством Муаммара Каддафи. Близость к «вождю» определила судьбу Хафтара – к середине восьмидесятых годов он уже получил звание фельдмаршала. Но его дальнейшему политическому возвышению помешал военный конфликт между Ливией и Чадом. В 1987 году Хафтара и его подчиненных захватили в плен чадские войска при поддержке Франции, а Каддафи, официально отрицавший присутствие ливийских военных в африканской республике, отрекся от собственного офицера.
После этого опальный военачальник был освобожден США, где и провел следующие двадцать лет своей жизни, будучи заочно приговоренным к смертной казни ливийским военным трибуналом. Естественным образом Хафтар стал американским «запасным вариантом» для Ливии, ждущим подходящего момента для «вступления в игру». Этот момент наступал дважды. В 1996-м Хафтар попытался возглавить восстание в горах южной Ливии, но оно потерпело неудачу. Следующую попытку возглавить революционное движение против Каддафи он предпринял уже во времена «арабской весны», вернувшись в Ливию в 2011 году.
Благодаря старым связям и поддержке США Хафтар быстро влился в революционное движение и стал третьим по важности человеком в «Национально-освободительной армии Ливии», воюющей с режимом Каддафи. Однако недоверие со стороны Переходного национального совета Ливии/Всеобщего национального совета заставило его «пойти своим путем». К 2014-му страна вновь погрузилась в гражданскую войну, на этот раз между вышеупомянутым Всеобщим национальным конгрессом, в основном состоящим из представителей ливийских «Братьев-мусульман» в Триполи, Президентским советом/Правительством национального единства тоже в Триполи и Палатой представителей – избранным парламентом страны, осевшим в Тобруке. Хафтар выступил на стороне Тобрука, возглавив «Ливийскую национальную армию», сплотившую в своих рядах как бывших сторонников Каддафи, так и «секулярных» оппозиционеров.
На сегодняшний день противостояние все еще продолжается, а фельдмаршал Хафтар называет своей основной целью борьбу с исламистами и последующее объединение страны.
Вопрос поддержки
Несмотря на противоречивую биографию, у Хафтара есть достаточное число сторонников внутри расколотого государства – в нужный момент граждане Ливии, проживающие в Тобруке, Триполи и Бенгази, с большей охотой встанут на сторону сильного «авторитарного лидера», нежели станут разбираться в сложных политических хитросплетениях. Произошедшие с момента гибели Каддафи «демократические изменения» не принесли стране стабильности, Ливией управляют три правительства (в Триполи при этом находятся сразу два), каждое из которых прямо или косвенно противостоит другому.
Внешнему наблюдателю может показаться, что фигура Хафтара одиозна, но другие «кандидаты в лидеры» Ливии выглядят еще более странно: главу самопровозглашенного правительства Халифу Аль-Гвелла не признает ООН, и, как показывают последние события, он не чурается откровенно террористических методов борьбы за власть, а глава Правительства национального единства Фаез Ас-Сарадж непопулярен и не имеет доступа к каким-либо серьезным рычагам управления страной.
#{interviewpolit}В связи с последними событиями главный аналитик по Ливии в «Международной кризисной группе» Клаудия Гаццини заявила изданию The Financial Times следующее: «Еще год назад я бы сказала, что он (Хафтар) бесперспективен, но настроения поменялись, особенно на Западе, и поддержка Сараджа и его правительства стала намного слабее».
В сложившейся ситуации Хафтару необходимо в первую очередь международное признание, и фельдмаршал прикладывает все возможные усилия для его достижения. Россия – это лишь один из возможных успехов. Благодаря своей вражде с «Братьями-мусульманами*» фельдмаршал добился не только покровительства Саудовской Аравии, но и партнерских отношений с Египтом при президентстве Абдель Фаттаха Ас-Сиси.
Сомализация Ливии, произошедшая после падения режима Каддафи, в немалой степени затронула интересы соседнего Египта. Синайский полуостров стал конечной точкой маршрутов нелегальных поставок оружия с территории бывшей Джамахирии, а боевики ИГИЛ, оккупировавшие окрестности Триполи, успели принести немало бед египетским гражданам. К примеру, два года назад в интернете была опубликована видеозапись с кадрами убийства египетских коптов, рыбачивших в районе ливийско-египетской границы и пропавших месяцем ранее. Каир отреагировал крайне жестко, не дожидаясь предварительного одобрения США или Совбеза ООН: уже на следующий день после публикации видеозаписи египетские ВВС при поддержке ливийских военных нанесли массированный удар по позициям террористов в ливийском городе Дерна. По данным, полученным СМИ из анонимных источников, бомбардировка предваряла наземную операцию, в результате которой египетскими солдатами были взяты в плен 55 боевиков.
Год спустя, 28 января 2016 года, после шестидневного визита премьер-министра Правительства национального единства Ливии Фаеза Ас-Сараджа Египет посетил и Халифа Хафтар. Правительство Египта никак не прокомментировало состоявшийся визит и суть переговоров между фельдмаршалом и его египетскими коллегами, однако в свете многочисленных летних визитов Хафтара было вполне очевидно, что на фоне длительного политического кризиса Тобрук начал рассчитывать на Каир как на потенциального стратегического партнера, способного оказать помощь в борьбе с политическими конкурентами и экстремистами, аффилированными как с ИГИЛ, так и с «Братьями-мусульманами».
Ближние цели
На данный момент у Халифы Хафтара достаточно проблем. Его устранение до сих пор является приоритетной целью исламистской военизированной организации «Рассвет Ливии». А политические конкуренты из Нового всеобщего национального конгресса, по некоторым данным, располагают серьезной поддержкой Турции, Катара и Судана и едва ли умерят свои амбиции даже после возможного устранения Правительства национального единства и полного захвата Триполи.
До недавнего времени и без того напряженная внутриполитическая ситуация в Ливии усложнялась еще и проблемой оккупированного ИГИЛ Сирта, однако проведенная США в декабре прошлого года спецоперация «Молния Одиссея», хотя бы и временно, но разрешила эту проблему. Можно предположить, что в свете последних сирийских событий часть джихадистов передислоцируется в Ливию и проблема «гастролирующих» террористов вновь станет актуальной.
Вероятнее всего, сейчас Халифа Хафтар ожидает финального, третьего «тура» гражданской войны в Ливии и продолжает активную подготовку к нему. Едва ли вопрос снятия оружейного эмбарго, на который так напирает официальный Тобрук, играет настолько важную роль – вероятнее всего, Египет и Саудовская Аравия уже наладили поставки вооружения для «Ливийской национальной армии» по теневым и неподотчетным логистическим каналам. Куда большее значение здесь имеет вопрос поиска стратегических партнеров и инвесторов, способных поддержать будущее правительство единой Ливии, которое без всякого сомнения столкнется с множеством как внешне-, так и внутриполитических испытаний.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ