История советских штрафников Великой Отечественной началась 28 июля 1942-го после выхода приказа наркома обороны (НКО) № 227. В нем Сталин потребовал сформировать штрафные батальоны и роты, куда направлять отступивших без приказа командиров и бойцов, чтобы они на опасных участках фронта могли кровью искупить свою вину.
Но иногда преступления и ошибки были столь масштабны и символичны, что наказанию подвергались не отдельные военнослужащие, а сотни бойцов и даже отдельные воинские части.
Эшелон под трибунал
18 мая 1944-го на станции Красноармейская в Харьковской области произошло чрезвычайное происшествие. Его участниками были бойцы эшелона с маршевым пополнением из 6-й запасной стрелковой дивизии, стоявшего там трое суток. Сопровождавшие их офицеры не знали своих подчиненных, не работали с ними, позволяя им нарушать дисциплину. В результате красноармейцы самовольно уходили со станции в город, где покупали у спекулянтов спиртное. В эшелоне началось пьянство.
Спьяну подобрав неразорвавшуюся мину, бойцы стали разбивать ею доски для разведения костра. Мина взорвалась, несколько человек погибло и было ранено.
Впрочем, к тому моменту и сам эшелон напоминал бомбу замедленного действия. Личный состав маршевого пополнения формировался без должной проверки, в результате чего в него попало значительное количество уголовников. Воспользовавшись инцидентом с миной, преступные элементы организовали беспорядки. Бойцы разоружили и избили своих офицеров.
Вскоре о ЧП узнали в Москве. Так появился приказ НКО № 0023, подписанный Сталиным 9 июня 1944-го. Это был один из наиболее грозных дисциплинарных приказов, отданных наркомом обороны во время войны.
В нем Сталин приказал снять с должности и отдать под суд командующего Харьковским военным округом генерала Степана Калинина. Также «за формальное и безответственное отношение к формированию эшелона» с должностей были сняты начштаба 6-й запасной дивизии и командир 166-го запасного полка. Командир дивизии отделался выговором лишь потому, что недавно вступил в должность и в момент формирования и отправки пополнения был болен.
Зачинщиков беспорядков Сталин приказал отдать под трибунал, а весь остальной состав эшелона, включая офицеров, отправить в штрафные части. Данный случай является, вероятно, первым, когда в «штрафную» одним приказом единовременно были отправлены сотни военнослужащих. Но не единственным.
Утерянные святыни
Еще 21 декабря 1942-го своим указом советское правительство ужесточило наказание за утрату знамени, являвшегося святыней для воинской части. Если ранее за это часть ждало расформирование, то теперь новое положение о Красном Знамени гласило, что при его потере «вследствие малодушия воинской части ее командир и весь командный состав, виновные в таком позоре, подлежат суду Военного трибунала».
Эта мера должна была не допустить повторения потери знамен в 1941-1942 годах, когда советские войска оказывались в окружении. И несмотря на то, что с 1943-го Красная армия наступала, такие неприятные инциденты все еще происходили. К примеру, в октябре 1944 года в Венгрии были разом утрачены три полковых знамени.
В это время 2-й Украинский фронт маршала Родиона Малиновского проводил Дебреценскую операцию. Сначала советское наступление было успешным. Но немецко-венгерские войска организовали контрудар и даже окружили конно-танковые группы генералов Иссы Плиева и Сергея Горшкова. Малиновский приказал им прорываться из окружения.
Выход из окружения прошел в трудных условиях. По этому поводу Горшков позже доложил Малиновскому, что во время прорыва вражеская авиация бомбила и штурмовала боевые порядки его 5-го гвардейского кавкорпуса, «нанося большие потери в людях, лошадях и сжигая автомашины и повозки». Во время боев пропали знамена четырех советских полков. Два из них принадлежали 8-му и 10-му гвардейским десантным полкам из 3-й дивизии, а два других 214-му и 220-му из 63-й кавдивизии. Правда, знамя последнего вскоре нашлось.
Об остальных трех пропажах Малиновский был вынужден доложить в Москву. Теперь только Сталин мог решить судьбу трех полков и их командиров. Ознакомившись с подробностями произошедшего, главковерх принял соломоново решение.
16 декабря 1944 года вышел приказ НКО № 0405. В нем Сталин отметил, что десантные полки совершали прорыв в «исключительно тяжелых условиях». Бойцы и командиры обоих полков, охранявшие знамена, героически погибли в бою. Таким образом, их утрата произошла «не в результате малодушия, неорганизованности или трусости». Сталин приказал не расформировывать полки, сохраняя за ними гвардейские звания и ордена, и вручить им новые знамена.
Но знамя 214-го кавалерийского полка, которым командовал гвардии подполковник Евгений Данилевич, было утрачено при других обстоятельствах. 23 ноября Сталин издал приказ № 0380, в котором изложил свое решение. Во-первых, он отметил, что потеря знамени произошла из-за несогласованных действий частей. Сосед 214-го полка – 42-й гвардейский кавполк – оставил свою позицию по приказу, но не предупредил об этом. Это привело к выходу противника к командному пункту 214-го полка через оголенный фланг, что подтолкнуло ассистентов знаменосца к попытке унести знамя в безопасное место. «Знамя полка, направленное с ассистентами к штабу дивизии, было утеряно», – говорилось в приказе.
Во-вторых, Сталин отметил, что утрата знамени ведет к суду виновных, а часть к расформированию. Однако нарком учел, что утеря знамени 214-го полка произошла «не вследствие малодушия» его личного состава, а по «причине нераспорядительности» комполка. Поэтому, учитывая прошлые заслуги части, он решил не расформировывать ее, а перевести «в разряд штрафных», чтобы часть в боях искупила свою вину. Виновником утраты знамени Сталин назвал командира полка Данилевича, наказав его снижением звания до майора. Аналогичное наказание понес и командир полка, который находился с фланга – как тот, кто спровоцировал тяжелое положение соседа.
«Штрафной» полк
Решение Сталина было беспрецедентным. Впервые такому наказанию подвергались не отдельные люди или даже группы людей, а целая воинская часть, чей личный состав насчитывал не менее тысячи человек.
Однако это значило и то, что дальнейшая жизнь штрафного полка регулировалась лично наркомом, а не положением о штрафниках 1942 года. И оно не распространялось на его бойцов и командиров. Они не были лишены званий, продолжали получать награды и благодарности. Таким образом, штрафной статус 214-го кавполка был скорее моральным наказанием.
Не сказалось положение о штрафниках на военнослужащих 214-го полка и в плане боевых действий. Эта часть продолжала воевать наравне с другими частями своей дивизии. Более того, ей даже поручались важные задания. Например, в январе 1945 года группа казаков спасла положение 7-й стрелковой дивизии, предотвратив прорыв немецких войск в ее тыл. Казаки помогли пехоте, совершив, вероятно, одну из последних кавалерийских атак в той войне.
И уже окончательно свою вину 214-й кавполк искупил в конце января 1945-го в боях у венгерского озера Беленце, когда противник силами двух танковых корпусов СС предпринял попытку деблокировать Будапешт. 20-21 января полк Данилевича снова попал в окружение. Несмотря на тяжелое положение, казаки вели бой и начали отступление лишь по приказу, прорвавшись к своим под прикрытием темноты.
В целом в боях за Будапешт части 5-го гвардейского кавкорпуса, включая и штрафной полк, получили высокую оценку командующего фронтом маршала Федора Толбухина. В феврале 1945-го 214-й полк получил новое знамя, то есть искупил свою вину.