Недавний сильнейший шторм в акватории Черного моря затронул все прилегающие регионы, в том числе и практически всю зону СВО, за исключением крайне северного участка (Купянск – Сватово). Затем последовало резкое падение температур, означавшее наступление в Северном Причерноморье метеорологической зимы. Характер текущих боевых действий от этого пока существенно не изменился, но в истории погода и климат часто и серьезно меняли расклад на поле боя.
Многие подобные события сильно мифологизированы. Например, история с «божественным ветром», камикадзе, который дважды подряд разметал монгольский флот и спас Японию от полномасштабного вторжения. Да, монголы попали в тайфун, и так два раза подряд с разницей в несколько лет, но в этих местах тайфуны – ежегодная реальность, чего сухопутные монголы просто не знали.
Хрестоматийным примером влияния погоды на ход военных действий считают опять-таки шторм на Черном море, произошедший 170 лет назад во время Крымской войны. 14 ноября 1854 года небывалая буря разметала англо-франко-турецкую эскадру в Балаклавской бухте. Погибло более 30 кораблей, несколько сотен моряков утонуло, а экспедиционный корпус разом лишился запасов еды, палаток, теплого обмундирования, боеприпасов и много еще чего, включая пресловутый «золотой клад» – денег, предназначенных на выплату жалования.
На земле ветер разметал палаточные городки интервентов, а дожди превратили Сапун-гору в месиво грязи. Последствием шторма стали вспышки инфекционных болезней в утопшем в грязи лагере союзников, которые унесли около 3 тыс. жизней. Союзники все равно Севастополь взяли, но некое влияние на ход военных действий уникальный шторм все-таки оказал.
Все знают, что русский «генерал Мороз» победил Великую армию Наполеона. Но и в данном случае есть разные мнения.
Прежде всего, сам термин придумал лично Наполеон. Он возил с собой походно-полевые типографии, и во Францию отсылались «боевые листки». Когда Наполеон в Вильнюсе (Вильно) бросил остатки своей армии и понесся в Париж собирать новую, в этих полевых газетах и появился термин «генерал Мороз». Это должно было объяснить жителям Франции поражение непобедимого императора. На самом деле, опять же речь шла не об уникальном холоде, а о полном отсутствии у французской армии теплого обмундирования, достаточного для зимы количества калорийного питания и общей неприспособленности к холодному времени года.
А вот мороз времен очередного нашествия европейских орд на Россию – 1941 года – был действительно редчайшим по своей силе. И сказался он не только на личном составе немцев, но и на топливе танков, на двигателях машин, даже на автоматах. Замерзала смазка, разработанная для работы при совсем других температурах.
Однако для проводивших контрнаступление в декабре 1941 года советских войск мороз оказался просто дополнительным фактором, несколько облегчившим задачу. Кстати, синоптическая служба Советской армии тогда была почти разгромлена, поскольку основные пункты ее располагались в западной части страны. И ее пришлось создавать заново.
Вообще, во время Второй мировой войны погодный фактор сказывался в основном на действиях авиации. Это несколько раз переносило сроки некоторых наступательных операций. Например, высадки союзников в Нормандии. Ей помешал шторм.
В наше время с развитием технологий влияние погоды на ход военных действий сильно ослабело. Военная авиация летает в гораздо более широких погодных диапазонах. Крупному кораблю шестиметровые волны в открытом море не угрожают.
И все же есть нюансы, которые действительно до сих пор сказываются на текущих военных действиях. Прямо сейчас в зоне СВО интенсивность боевых действий в экстремальных погодных условиях на два-три дня резко снизилась.
Проблемы были у снайперов и минометчиков (на дальномерах нет такой опции – «ураган»), но ветер можно и переждать. Самое главное – не работали БПЛА (опять-таки авиация), без которых сейчас невозможно представить себе полноценную боевую работу. Шторм разметал боновые заграждения, преграждающие украинским безэкипажным катерам вход в севастопольскую бухту, их предстоит в ближайшее время восстановить.
В какой-то мере можно сказать, что зима действительно приносит тактическое преимущество российским войскам. В частности, западная техника, обильно поставленная ВСУ, в целом (хочется сказать – со времен Наполеона) более капризна к экстремальным погодным условиям. Российская техника гораздо более надежна при низких температурах.
Наступление зимы заставило срочно перекрашивать в белый цвет технику. Нужны маскхалаты, маскировочные сетки теперь должны быть белыми, а не зелеными или земляного цвета. Все это потребует денег и ресурсов, в том числе человеческих, а их у России заметно больше.
Впрочем, есть особенности, касающиеся обеих сторон конфликта. Влияние на работу танков может оказать замерзшая земля, повышающая проходимость почвы и создающая танкоопасные направления там, где еще вчера они были танконепроходимыми.
Кроме того, при появлении снежного покрова резко повышается эффективность тепловизоров. Это имеет прямое отношение к противотанковым действиям российских вертолетов в ночное время.
И тем не менее изменение погодных условий чаще всего сказывается не на ходе военных действий как таковых, а на их условном комфорте (если таковое можно оценить) и на интенсивности. На стратегические планы и расклады погодные условия никак не влияют. От количества и выучки войск, от оперативного искусства командиров, от эффективности ВПК и, наконец, от воли к победе результат СВО зависит в итоге гораздо больше, чем от любого шторма, мороза и снегопада.