«Создание ракетного поезда – боевого железнодорожного ракетного комплекса, БЖРК – вскоре возобновится, – заявил замкомандующего Ракетными войсками стратегического назначения Андрей Филатов в эфире радиостанции «Эхо Москвы». – В советское время такие поезда, несущие ракеты «Молодец», делали на Украине. Материализации этой идеи произойдут в ближайшее время. В советское время очень много зависело от этого комплекса, и на Западе вызывало плохо скрываемое раздражение, что такой вид оружия есть у Советского Союза».
Продлевать ресурс любого типа вооружения до бесконечности невозможно. Это все равно что модернизировать пулю, когда у вас уже нет ружья
Ранее о возобновлении проекта и новых ракетных поездах, которые могут появиться уже к 2019 году, сообщали также источники в оборонно-промышленном комплексе. Иначе говоря, впервые получено официальное подтверждение планов России по воссозданию этих ракет, полностью выведенных из состава РВСН еще в 1994 году.
Достанем всех
Внешне боевой железнодорожный ракетный комплекс (БЖРК) выглядел как обычный товарняк. Те же рефрижераторы, пассажирские вагоны, та же МПСовская раскраска. В то же время опытный глаз железнодорожника сразу бы отметил, что, в отличие от обычных вагонов, на БЖРК стоит не четыре, а восемь пар колес. Кроме того, в состав поезда входило целых три локомотива. В пассажирских вагонах не было привычных окон. Все они заменялись имитаторами, защищенными изнутри броневым листом. Внутри, как и в обычных пассажирских поездах – купе для офицеров и прапорщиков, плацкартные места для солдат, медпункт, столовая и помещения психологической разгрузки. Но главные вагоны БЖРК – это те, в которых располагались три баллистические ракеты SS-24 «Скальпель», командный пункт боевого расчета, автономная электростанция и холодильные установки.
«Скальпель» весил более 100 тонн, нес на себе 10 полумегатонных ядерных блоков индивидуального наведения. Собственно, из-за точности систем наведения ракете на Западе и присвоили имя «Скальпель». Она действительно предназначалась, можно сказать, для хирургически точного вскрытия хорошо защищенных объектов противника: подземных бункеров, командных пунктов и шахтных установок стратегических ракетных комплексов.
В теории ракетные поезда в угрожаемый период должны были рассредоточиваться по стране, сливаясь с обычными товарными и пассажирскими составами. Отличить одни от других из космоса невозможно. Значит, и БЖРК мог безболезненно уйти из-под удара американских баллистических ракет – и нанести свой залп с любой точки маршрута. Но это в теории. На практике ракетные поезда покидали свои базы всего несколько раз за все несколько лет их существования.
Железная дорога против
Главными противниками БЖРК оказались не американцы, настоявшие на их утилизации в рамках договора СНВ-2, а советское же железнодорожное руководство. Состав с надписью на бортах «Для перевозки легких грузов» после первого же прохождения по маршруту выводил из строя железнодорожные пути. Железнодорожное руководство обратилось в ЦК КПСС с петицией – дескать, война войной, но кто за ремонт дороги платить будет?
В итоге составы с ракетами по стране гонять не стали, а подготовку офицеров-машинистов ракетовозов стали проводить на гражданских составах, следующих по предполагаемым маршрутам движения БЖРК. Это оказалось не только гуманней по отношению к железнодорожникам, но и значительно дешевле и безопасней.
Невозможность использовать всю территорию страны для боевого патрулирования стала не единственной проблемой эксплуатации БЖРК. С момента вступления на боевое дежурство в 1985 году БЖРК покидали территорию своих баз всего 18 раз, прошли 400 тыс. км. При этом, при декларируемой возможности произвести пуск ракет с любой точки маршрута, ракетному поезду все-таки была нужна точная топографическая привязка. Для этого по всему маршруту боевого патрулирования строили специальные отстойники, куда в час «Икс» прибывал поезд, привязывался к точке и мог произвести залп. Надо понимать, что это были далеко не «буранные полустанки», а хорошо охраняемые объекты с предательски выдающей их назначение инфраструктурой.
Стратегический размен
Решение отказаться от эксплуатации БЖРК было принято в 1993 году в рамках российско-американского договора СНВ-2. По нему Россия должна была снять с вооружения все ракеты РТ-23УТТХ до 2003 года. На время снятия с вооружения у России имелось три дивизии железнодорожных комплексов в Костроме, Перми и Красноярске – всего 12 поездов с 36 пусковыми установками. Для утилизации «ракетных поездов» на Брянском ремонтном заводе РВСН была смонтирована специальная «разделочная» линия. Несмотря на выход России из договора СНВ-2 в 2002 году, на протяжении 2003–2007 годов были утилизированы все поезда и пусковые установки, кроме двух демилитаризованных и установленных в качестве экспонатов в музее железнодорожной техники на Варшавском вокзале Санкт-Петербурга и в Техническом музее АвтоВАЗа.#{weapon}
«Продлевать ресурс любого типа вооружения до бесконечности невозможно, – заявил газете ВЗГЛЯД бывший начальник штаба РВСН Виктор Есин. – Это касается и БЖРК, особенно с учетом того, что этот уникальный комплекс создавался на Украине. Ведь сегодня уже нет и тех предприятий, которые были задействованы в его разработке и производстве. Это все равно что модернизировать пулю, когда у вас уже нет ружья. На павлоградском заводе, где раньше делали пусковые установки для БЖРК, теперь производят троллейбусы...»
Впрочем, главной причиной отказа от комплекса все-таки оказалась нерешенная проблема развертывания и возможности стрельбы ракетами с любой точки маршрута. Это делало БЖРК не столь неуязвимым, а значит, и не столь эффективным оружием, как требовалось. Тем более что в России в это время пошли в серию куда более современные ракетные системы Московского института теплотехники РТ-2ПМ2 «Тополь-М».
Тополь ядерной безопасности
Особенность «Тополя-М» в том, что эта твердотопливная ракета стартует значительно быстрее всех имеющихся в мире стратегических комплексов. Благодаря использованию в ее конструкции нескольких десятков вспомогательных двигателей этот полет становится еще и трудно предсказуемым для противника.
Найти и отследить расположенную на колесном шасси машину во время ее патрулирования крайне сложно, если не сказать невозможно. В отличие от предшественников, мобильной системы РТ-2ПМ «Тополь» и боевого железнодорожного комплекса с ракетой SS-24 «Скальпель», ей не нужна топопривязка и специальные отстойники для получения целеуказания. «Тополь-М2» – первый российский стратегический комплекс, способный реально быть автономным.
Этим свойством обладает и более совершенный РС-24 «Ярс», пришедший на замену мобильным «Тополям-М». По данным сайта «Стратегическое ядерное вооружение России», на вооружении РВСН на январь 2014 года стояло 33 таких комплекса. Наследуя боевые достоинства «Тополя-М», они несут не одну, а три или более боеголовок индивидуального наведения.
«Ярс» на рельсах
В РВСН не комментируют, какая именно ракета станет основой нового боевого железнодорожного ракетного комплекса. Молчит об этом и промышленность. Однако эксперты не без оснований полагают, что это будет именно «Ярс». За это говорит то, что именно эта ракета представляет сегодня наибольший интерес для постановки в «железнодорожный вагон».
По открытым данным, размер РС-24 – 23 метра, ее вес с транспортно-пусковым контейнером не превышает 50 тонн. Обычный железнодорожный вагон имеет размер 25 метров и грузоподъемность до 60 тонн. То есть в случае монтирования внутри него ракетного комплекса «демаскирующих» БЖРК элементов в конструкции не будет. Кроме того, при сохранении массо-габаритных характеристик, в отличие от предшественника, новый БЖРК с ракетой «Ярс» станет действительно мобильным. У конструкторов появится возможность увеличить количество ракет в составе с трех до 10 и более, сравняв боевой потенциал ракетного поезда со стратегической атомной подводной лодкой.