В понедельник Конституционный суд провозгласил постановление по делу о проверке конституционности отдельных положений федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ по вопросам противодействия терроризму» и Уголовно-процессуального кодекса (УПК) России.
Право на суд присяжных не входит в число основных прав, неотчуждаемых и принадлежащих каждому от рождения
Как сообщает пресс-служба суда, поводом для оценки законов о противодействии терроризму стали жалобы граждан Файзулина Ф. Р., Кудаева Р. В., Шаваева А. И., Хасанова А. Д. и Зайнагутдинова Р. Р.
Суть заключается в следующем: в конце 2008 года был принят федеральный закон «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам противодействия терроризму». Этим документом было установлено, что уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 205 («Террористический акт»), 206 («Захват заложника»), 208 («Организация и участие в незаконном вооруженном формировании»), 212 («Массовые беспорядки»), 275 («Государственная измена»), 276 («Шпионаж»), 278 («Насильственный захват власти или насильственное удержание власти»), 279 («Вооруженный мятеж») и 281 («Диверсия»), не могут рассматриваться судом с участием присяжных.
Как отмечает пресс-служба Конституционного суда, заявители Файзулин, Кудаев, Шаваев, Хасанов и Зайнагутдинов обвиняются в совершении одного или нескольких из вышеназванных преступлений. А по данным СМИ, часть из них проходят обвиняемыми по делу о нападении боевиков на Нальчик в 2005 году. И они считают, что лишение их как части российских граждан права на суд присяжных нарушает конституционный принцип равенства.
Кроме того, они напоминают о 55-й статье Конституции, которая гласит, что в России запрещено принимать законы, отменяющие или умаляющие права человека. По мнению заявителей, лишение их права на суд присяжных существенно умаляет их права, так как суд присяжных в большей мере, чем другие формы судопроизводства, гарантирует от судебных ошибок. Особенно эти гарантии важны для людей, которые могут быть приговорены к самому суровому наказанию, говорят они.
Согласно последнему решению КС, Конституция РФ (статья 20) гарантирует гражданам право на рассмотрение их дел судом присяжных не во всех случаях, а только при рассмотрении дел об особо тяжких преступлениях. Все иные случаи, когда обвиняемому предоставляется право на суд присяжных, должны быть предусмотрены федеральным законом. То есть Конституция относит к компетенции законодателя определение категорий дел, подсудных суду присяжных.
Таким образом, согласно Конституции, право на суд присяжных не входит в число основных прав, неотчуждаемых и принадлежащих каждому от рождения, таких как право на независимый и беспристрастный суд или презумпцию невиновности.
При этом Конституция устанавливает, что суд присяжных является необходимым составным элементом права на судебную защиту лишь в случае, если обвиняемому может быть назначена смертная казнь. В этом случае право на такой суд имеет особую конституционно-правовую значимость, выступает гарантией основного права человека на жизнь.
Однако уже на протяжении многих лет в России действует комплексный мораторий на применение смертной казни, этот вид наказания у нас не может применяться, происходит необратимый процесс, направленный на его окончательную отмену.
При таких обстоятельствах, считает КС, федеральный законодатель имеет полное право вывести названные составы преступлений из-под юрисдикции суда присяжных, если это необходимо для защиты конституционно значимых ценностей.
Судьи отмечают, что изъятие из-под юрисдикции суда присяжных дел о терроризме не является чрезмерной мерой, а вызвано «спецификой этих преступлений, их чрезвычайным многообразием и повышенной сложностью в современных условиях». В постановлении КС говорится также о том, что «рассмотрение уголовного дела о преступлениях, связанных с террористической деятельностью, представляет особую угрозу для жизни и здоровья участников уголовного судопроизводства, в том числе присяжных заседателей, что может оказывать на них серьезное негативное психологическое воздействие и вызвать страх за себя и своих близких». На решение федерального законодателя повлияло и осознание того факта, что в нынешних условиях не исключается «эффект давления» (в том числе угрозами их жизни и физической неприкосновенности), который «также не может не влиять на беспристрастность и независимость присяжных заседателей».
В решении Конституционного суда содержится отсылка также и к мировому опыту: «Общепризнанные принципы и нормы международного права также не включают право на суд присяжных в число необходимых составных элементов права на справедливое правосудие. Конвенция о защите прав человека и основных свобод не относит это право к числу основных и охраняемых. Европейский суд по правам человека также полагает, что рассмотрение дела судом присяжных не является существенным аспектом справедливого судебного разбирательства».
Как сообщает ИТАР-ТАСС, адвокаты обвиняемых в нападении на Нальчик отмечали, что их клиенты все же имеют право на суд присяжных, поскольку они обвиняются не только в совершении терактов, но и в посягательстве на жизнь сотрудника правоохранительных органов, в убийстве с отягчающими обстоятельствами – то есть в тех преступлениях, которые даже после принятия закона о противодействии терроризму подпадают под юрисдикцию присяжных.
Юристы в Конституционном суде считают, что закон, лишающий террористов права на встречу с присяжными, был принят обоснованно. Так, представитель Совета Федерации в Конституционном суде Елена Виноградова заявила, что такое решение «допустимо в сложившихся условиях для обеспечения общественного спокойствия и безопасности». Представители Госдумы, Совета Федерации, Министерства юстиции и Генеральной прокуратуры в суде также считают это решение обоснованным, ссылаясь на большое количество оправдательных приговоров, вынесенных присяжными по делам о терактах на Северном Кавказе, а также на зарубежный опыт.
Как сообщала газета ВЗГЛЯД, 30 марта после взрывов в московском метро президент России Дмитрий Медведев на встрече с председателями Верховного и Высшего арбитражного судов предложил рассмотреть возможность изменения практики судопроизводства по делам о терроризме.
«Есть резон вернуться к проблематике отправления правосудия по террористическим статьям и подумать о необходимости совершенствования такого рода практики. Может быть, вы сделаете какие-то предложения», – сказал он судьям.
Второй вопрос, который рассматривал Конституционный суд в рамках состоявшегося в понедельник заседания, – это претензии к УПК со стороны Свердловского областного суда. Уголовно-процессуальный кодекс сейчас предоставляет обвиняемым в тяжких и особо тяжких преступлениях право выбора состава суда. По их ходатайству дело может быть рассмотрено либо коллегией из трех судей, либо судом с участием присяжных, а тем подсудимым, которые заключили со следствием договор о сотрудничестве, предоставляется право на рассмотрение дела в особом порядке.
Однако этому праву противоречит ч. 2 ст. 325 УПК. Согласно ей, уголовные дела, в которых участвуют несколько подсудимых, будут рассматриваться судом с участием присяжных, если хотя бы один из них заявил ходатайство о таком составе суда. Даже если остальные обвиняемые против этого возражают.
Свердловский областной суд посчитал, что такое положение дел нарушает принципы равенства всех перед законом и судом, ставит одних обвиняемых в зависимость от желания других.
КС постановил, что право обвиняемого на суд присяжных закреплено непосредственно в Конституции РФ и не может быть «парализовано волеизъявлением других обвиняемых по тому же делу».