ВМФ рассматривают вопрос об оснащении новейших подводных ракетных крейсеров стратегического назначения (РПКСн) ракетными комплексами «Синева», если испытания комплекса «Булава» окончатся неудачно, – сообщил в пятницу агентству «Интерфакс» источник в источник в ракетно-космической отрасли.
Процедура эта обойдется дорого, но более приемлемого варианта в случае такого развития ситуации просто нет
Речь идет об изменении проекта уже строящихся субмарин класса «Борей». И если такая ротация произойдет, это будет означать не внесение частных изменений в существующий проект, а фактически полное перепроектирование кораблей.
По словам источника, «Синева» – самая вероятная альтернатива «Булаве». Если неудачи с «Булавой» не прекратятся, эта программа, скорее всего, будет приостановлена, и начнется перепроектирование строящихся ракетоносцев проекта «Борей» под «Синеву».
«Процедура эта обойдется дорого, но более приемлемого варианта в случае такого развития ситуации просто нет», – заявил собеседник агентства.
Таким образом, по утверждению источника, в качестве альтернативы ракетному комплексу Р-30 3М30 «Булава-30», летные испытания которого проходят с большим трудом, для вооружения подводных ракетоносцев проекта 955 «Борей» предлагается находящийся на вооружении и производимый серийно комплекс Р-29РМУ2 «Синева». Этими БРПЛ вооружены или перевооружаются в настоящее время РПКСн проекта 667БДРМ «Дельфин».
Казалось бы, решение самое логичное. Чего проще: заменить неудачный комплекс на отработанный и прекрасно зарекомендовавший себя в эксплуатации. Достоинства «Синевы» признают даже зарубежные эксперты. Так, авторитетное издание Jane’s два года назад назвало эту ракету «шедевром морского ракетостроения». Но даже смена калибра орудия на танке влечет порой такую гору связных изменений, что в результате получается совершенно новая машина. В случае со стратегическим комплексом сложности возрастают на порядки. Принципиальным моментом становится цена вопроса.
В случае модернизации под новый комплекс у стратегической субмарины, как правило, вырезается ракетный отсек и встраивается новый, после чего производится монтаж новых систем. В случае «рокировки» «Булавы» на «Синеву» эта непростая задача усложняется в разы. Дело в том, что ракета Р-29РМУ2 – жидкостная, тогда как 3М30 – твердотопливная. Несмотря на то, что жидкое топливо в таких ракетах находится в герметичных капсулах, эксплуатация подобных ракет требует принципиально иных систем, которых на «Бореях» нет.
Второй принципиальный момент – геометрические размеры ракет. «Синева» почти на три метра длиннее «Булавы». Ее ракетные шахты просто не впишутся в габарит корпуса лодки. Его придется надстраивать «горбом», как на «Дельфинах». Но в таком случае идут к черту все расчеты шумности корабля, а ведь корпус не в последнюю очередь проектируется исходя и из этого параметра. Кроме того, запас устойчивости подводных кораблей и без того не велик, и при механическом увеличении высоты корпуса лодка может просто перевернуться. Меры по предотвращению такой возможности так же потребуют внесения кардинальных изменений в исходный проект, читай – проектирования нового корабля.
Альтернатива на самом деле лишь одна – доводить «Булаву». Но доводить грамотно, а не «новаторскими» методами
Таким образом, закрытие проекта «Булава» вызывает как минимум большие сомнения. Возможно, ракету все же стоит довести до ума. Но сделать это грамотно, а не «новаторскими» методами, предложенными в свое время (начало и середина 1990-х годов) председателем Морского научного комитета контр-адмиралом Л. Г. Сидоренко и поддержанными тогдашним заместителем главкома ВМФ по вооружениям адмиралом Ф. И. Новоселовым, который, к слову, и был инициатором закрытия на выходе готового изделия удачно развивавшейся ГРЦ им. Макеева темы «Барк» и создания с нуля комплекса «Булава» в «сухопутном» НИИ теплотехники.
Начнем с того, что при создании БРПЛ первые пуски изделий проводятся с наземного стенда, как у обычных баллистических ракет. На этом этапе производится отработка двигателей и прочих систем, ответственных за нормальный полет изделия в воздушной среде. Следующий этап проводится на погружаемом плавучем стенде: тут изучается поведение ракеты на подводном участке траектории. И только после этого идут натурные испытания с корабля с глубоководными погружениями.
Все подобные стенды в России есть. Однако впервые в практике испытаний баллистических ракет морского базирования их решили проводить непосредственно сразу, без стендов, непосредственно с подводной лодки, переоборудовав для этого АПЛ «Дмитрий Донской». Ответственность за это решение в значительной степени несет и бывший командующий ВМФ России адмирал Куроедов.
«Незлым, тихим словом» следует помянуть и тех, кто все эти годы принимал решения о сокращении и даже полной ликвидации аппарата военных представительств на предприятиях, поставляющих технику как для ракет, так и для подводных лодок. Ведь часть неудачных пусков, как известно, произошла по причине поставки некачественных комплектующих, которые военпреды не пропустили бы.
Таким образом, на ветер (ведь «Булава» до сих пор не летает: из одиннадцати испытательных пусков успешным признан только один) брошены миллиарды. Это существенный аргумент для того, чтобы закрыть программу. Однако, возможно, переделка ракетных комплексов на «Бореях» обойдется еще дороже, чем попытка довести «Булаву» до ума.