В студии собрались политик Ирина Хакамада, журналист Russia.ru Илья Переседов, психолог Григорий Крамской, писатель, фотомодель Елена Ленина и вице-спикер Госдумы РФ Владимир Жириновский.
Лидер ЛДПР сразу же вступился за Ирину Беленькую, поправив Елену Ленину, употребившую слово «киднеппинг». «Мать не может похитить собственного ребенка, – сказал Жириновский, – тем более что российское законодательство на ее стороне».
Однако Елена Ленина, упомянув, что ее симпатии, безусловно, на стороне Ирины Беленькой, отметила, что, вне зависимости от мнения собравшихся, есть также версия французской стороны, и она несколько иная.
«В отличие от российских судов, по умолчанию оставляющих обычно детей с матерями, европейские долго разбирают все обстоятельства, прежде чем решить, с кем из родителей останется ребенок», – сказала Ленина.
По ее словам, киднеппинг считается на Западе одним из самых тяжких преступлений, именно поэтому поисками девочки занимаются более сотни сотрудников спецслужб: если по суду отец признан опекуном ребенка, мать не имеет права увозить его и прятать где-то, тем более с применением насилия. Так что в случае, если Беленькая окажется в руках французского правосудия, ей грозит 20 лет тюрьмы.
Ирина Хакамада напомнила, что перед этим инцидентом отец совершил на территории России абсолютно то же самое. Все присутствовавшие озадачились вопросом: почему, когда девочка была похищена в России, это не стало международным скандалом, похитители не были объявлены в международный розыск, а сотни сотрудники ФСБ не заполонили Европу?
«Дело в том, что в России ответственность за воспитание ребенка, прежде всего, ложится на плечи родителей. В Европе же наоборот, акт рождения ребенка – это в том числе и социальное действо, и государство берет на себя обязанность соучаствовать в его воспитании и развитии», – подчеркнул Илья Переседов.
С другой стороны, и во французском законодательстве есть немало спорных моментов. «Европейская судебная система зародилась в эпоху капитализма, и материальный критерий в ней главный: получаешь 2,5 тыс. евро в неделю – забирай ребенка. А то, что ребенок не может жить без матери, это никого не интересует. Типичная жесткая модель потребления», – сказала Ирина Хакамада. Российское законодательство, по ее словам, в этом случае более нравственно и, независимо от материального положения, защищает интересы матери.
Обсудив менталитеты, обязанности государств и необходимость развития институтов защиты прав и интересов детей, участники дискуссии сошлись во мнении, что и сами родители не должны доводить ситуацию до крайности.
«Нам необходима государственная программа по воспитанию нравственной готовности родителей к рождению ребенка, чтобы дети впоследствии не становились инструментом в борьбе с супругом либо супругой», – заявил Григорий Крамской.
В случае с Элизой суд не должен принимать никакого решения, пока родители не смогут договориться между собой без ущерба интересам ребенка. А адвокаты и психологи обязаны помочь им найти компромисс, а не разжигать ненависть в борьбе за ребенка, согласились участники беседы.