Россия и Украина якобы договорились, что в следующем раунде переговоров примут участие представители Европы, заявил спецпосланник президента США и его зять Джаред Кушнер. По его словам, такие изменения в формате позволят обсудить устройство европейской безопасности после окончания боевых действий.
«Долгосрочное прекращение боевых действий требует надежных гарантий безопасности, механизмов предотвращения конфликтов и взаимных обязательств по деэскалации, снижающих риск будущего конфликта», – сказал он. Кушнер добавил, что никакие более широкие договоренности не будут окончательно оформлены без учета интересов безопасности Украины и достижения соглашения об урегулировании конфликта.
Примечательно, что заявление прозвучало на фоне встречи американских представителей с Владимиром Зеленским на военном аэродроме Кейсмент в Балдоннеле под Дублином. Кушнер и Уиткофф отправились туда после переговоров с российским президентом Владимиром Путиным, прошедших в Москве.
Напомним, встреча в Кремле продлилась более двух часов. В ходе открытой части российский лидер призвал США помочь Европе определиться, чего она хочет – мира или войны. Путин подчеркнул, что любой ввод иностранных войск на Украину после заключения мира спровоцирует возобновление боевых действий, поскольку для Москвы их присутствие неприемлемо.
Он указал, что администрация Дональда Трампа предложила договориться об инструментах обеспечения безопасности в Европе в целом. «Что мы слышим от европейцев? Говорят: нет, только после мира на Украине. Но после мира на Украине они собираются вводить войска на территорию Украины. А это продолжение войны. Круг замкнулся», – приводит слова главы государства сайт Кремля.
Помощник президента России Юрий Ушаков после переговоров Путина с американскими эмиссарами заявил, что Москва готова вместе с Вашингтоном немедленно приступить к обсуждению европейской безопасности. По его словам, РФ рассчитывает, что страны Европы поддержат работу над новой долгосрочной архитектурой безопасности.
Тема европейского участия в переговорах обсуждалась и на трехсторонней встрече в Абу-Даби. Тогда глава российской делегации Владимир Мединский заявил, что конфликт на Украине показал – действующая система безопасности в Европе работает плохо. «По сути, болен весь организм. А на Украине просто прорвался гнойник. Поэтому надо лечить организм целиком. Пластырем тут не обойдешься», – отметил он.
При этом вопрос европейского представительства остается открытым. Так, представители Европы в дни трехсторонней встречи находились в ОАЭ, но за стол переговоров их не пустили. Как отмечал замглавы МИД РФ Александр Грушко, Евросоюз своей позицией, а также финансовой и военной поддержкой Украины «самовырезался», исключил себя из переговоров. В свою очередь Владимир Мединский допускал, что европейцы смогут присоединиться к диалогу по урегулированию конфликта, когда у них «проснется совесть».
Тем временем сам Евросоюз разрывают споры о том, кто будет выступать переговорщиком. Причем эта тема затмевает непосредственно повестку саммита в Дублине, пишет Politico. По информации издания, ЕС разделился на три основные группы по вопросу выбора представителя для диалога с Москвой по украинскому урегулированию.
Первая группа поддерживает кандидатуру главы Евросовета Антониу Кошты, считая его самым приемлемым кандидатом благодаря его институциональной должности. Второй лагерь выступает за переговорщиков из Франции и Германии. Эти страны не желают предоставлять Брюсселю монополию на представление европейских интересов. Третий, самый малочисленный лагерь предлагает назначить главу европейской дипломатии Каю Каллас. Однако ряд дипломатов считает ее худшим из возможных кандидатов из-за антироссийской позиции.
Впрочем, по мнению канцлера ФРГ Фридриха Мерца, Европу на мирных переговорах по Украине могут представить пять государств: Германия, Франция, Британия, Италия и Польша. В свою очередь премьер-министр Эстонии Кристен Михал испугался, что европейская сторона оказалась в «ловушке», согласившись обсуждать архитектуру безопасности региона. По его мнению, Россия якобы не может участвовать в обсуждении архитектуры безопасности.
В Кремле же заявили, что не слышали фамилии возможных участников переговоров. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков назвал действия руководства европейских стран противоречивыми. «Они, с одной стороны, вербально пытаются из последних сил демонстрировать какой-то настрой к миру, но одновременно в первый день переговоров в Абу-Даби они делают заявление о том, что они готовят контингент к размещению на Украине», – напомнил он.
Впрочем, как отметил политолог Станислав Ткаченко, у России нет никаких иллюзий, уже сегодня на территории Украины находятся иностранные советники.
«Когда мы наносим удары по Киеву, а затем читаем в британских СМИ некрологи о погибших британских офицерах – это и служит подтверждением того, что иностранные военные присутствуют на Украине»,
– сказал профессор кафедры европейских исследований факультета международных отношений СПбГУ, эксперт клуба «Валдай». Он напомнил позицию Москвы относительно размещения международного военного контингента в соседней республике: появление европейских войск сделает их законной целью ВС России. «Мы находимся в сильной переговорной позиции и способны отстоять свою точку зрения», – уточнил собеседник.
Вместе с тем сами планы о размещении контингентов на Украине могут поставить крест на диалоге об архитектуре безопасности, считает в свою очередь Вадим Козюлин, главный научный сотрудник Дипломатической академии МГИМО МИД РФ. «Европейские политики настроены нанести поражение России и вести разговор с позиции «победителей». За счет Украины они готовы воевать без конца: деньги для этого найдутся. Поэтому идеи США о переговорах без какой-то минимальной готовности к компромиссам со стороны Европы представляются нереализуемыми», – подчеркнул эксперт.
На этом фоне немецкий политолог Александр Рар предположил, что европейцы попросту не хотят менять существующую систему безопасности. «Они считают, что архитектура Европы должна базироваться на силе НАТО и Евросоюза, на сдерживании России и на подключении Украины к западным структурам. При этом, по их мнению, у Москвы нет права менять эту систему в свою пользу. Поэтому готовность администрации Дональда Трампа искать компромисс с РФ в этом вопросе вызывает у европейских политиков непонимание», – сказал он.
Однако собеседник указал – в столицах стран ЕС осознают: у США есть рычаги, чтобы заставить их согласиться на некий новый договор с Москвой, а Трамп вполне может проигнорировать партнеров и шантажировать их выходом из НАТО.
«Отсюда решение европейцев тянуть время: не соглашаться ни на что, не назначать собственных переговорщиков, продолжать поддерживать Украину и надеяться на скорое укрепление позиций демократов в США, которые вернут политику к прежним «байденовским» позициям»,
– пояснил аналитик. Впрочем, ситуация внутри ЕС неоднозначна. «Жесткую и принципиальную линию поддерживают Германия, Франция, Польша и Дания. К ним относится и Британия, которая за кулисами руководит внешнеполитическими процессами. Отдельные страны – например Словакия, а теперь также Финляндия и Норвегия, – хотят смягчить линию и договориться с Москвой, но плана у них нет», – уточнил Рар.
«Если говорить о кандидатах на роль переговорщика, то глава Евросовета Антониу Кошта видит, что в Европе разброд, и не хочет рисковать, выступая в роли посредника. Фигуру финского президента Александра Стубба отвергают в Германии – там боятся, что он окажется слишком уступчивым», – детализировал спикер.
По его словам, есть также мнение, что переговоры должны вести немцы, которые «и так за все платят и все решают». «Но канцлер Фридрих Мерц сам отказывается говорить с Владимиром Путиным. Он не хочет сдавать позиции Украины», – указал политолог. «Таким образом, остается Кая Каллас. Наверное, ее и пошлют на переговоры, подобные тем, что прошли в Абу-Даби», – допустил эксперт, добавив, что против могут выступить США. «Глава евродипломатии совсем несговорчива, к тому же – явная русофобка», – акцентировал он.
«Как бы то ни было, Европа будет тянуть время до саммита G20 во Флориде. Возможно, Мерц и Эммануэль Макрон вынуждены будут лично переговорить с Путиным. Что из этого получится, сказать трудно, ведь американцы и европейцы по-разному оценивают кризис на Украине.
Администрация Трампа видит вину Запада в начале конфликта, в то время как Евросоюз рассматривает все как одностороннюю агрессию России»,
– рассуждает Рар.
В этой связи призыв Владимира Путина к Европе определиться, хочет она мира или войны на Украине, следует трактовать как признание абсолютного непостоянства современной европейской элиты, считает Ткаченко. Ситуация может измениться лишь в двух случаях, полагает политолог. Первый – смена лидеров в Европе электоральным путем либо в результате правительственного кризиса. «Впрочем, последние выборы говорят о том, что новое поколение европейских лидеров принципиально не отличается от предыдущего», – заметил собеседник.
Второй вариант – перевоспитание европейской элиты. «Задача США – убедить европейцев, что они не способны одержать победу в этом конфликте, а претензии России обоснованы: мы лишь хотим вернуться к разговору о системе общеевропейской безопасности, где все вооружения прозрачны, контроль за их перемещением обеспечен, а размещение новых систем согласовывается сторонами», – детализировал Ткаченко.
Политолог напомнил, что Москва в 2021 году предлагала не приближать к границам Европы ракеты «Искандер». «Мы брали на себя ограничения по размещению ракет на своей территории, то есть проявляли готовность к уступкам. Европейцы этого не поняли.
Сейчас мы предлагаем США снова объяснить европейским политикам: шаги и обязательства должны быть взаимными»,
– подчеркнул аналитик.
По оценкам Козюлина, надежда на то, что Трамп переубедит европейцев, есть, но шансы невелики. «Дело в том, что Европа готова дождаться окончания срока полномочий главы Белого дома – тогда, как они полагают, все вернется на круги своя и у них снова будет поддержка со стороны Вашингтона. Сами они не воюют, а решают свои геополитические задачи за счет Украины, которую им не жалко», – пояснил эксперт.
По его мнению, изменить установку европейцев на подготовку к войне с Россией вместо создания новой архитектуры безопасности может резкое ухудшение экономического положения Украины вследствие боевых действий или капитуляции Киева. «Все по-прежнему решается на поле боя», – заключил Козюлин.