Владимир Путин воспользовался поездкой в Израиль и выступлением на форуме, посвященном памяти жертв Холокоста, для того, чтобы выступить с неожиданным предложением – провести встречу глав пяти великих держав на высшем уровне. Место для подобного заявления было выбрано не случайно – в зале мемориала Холокоста «Яд ва-Шем», в котором выступал Путин, собрались руководители почти пятидесяти стран мира – были первые лица (включая королей) практически всех стран Европы (за исключением Польши, Украины и Прибалтики), вице-президент США, генерал-губернаторы Австралии и Канады, президент Аргентины.
Из пяти стран, постоянных членов Совбеза ООН, не был представлен только Китай: Россию и Францию представляли президенты, от США был вице-президент Пенс, а от Великобритании – наследник престола принц Чарльз. Таким образом Путин обращался одновременно и ко всему миру, и к коллективному Западу, представленному в зале на самом высшем уровне.
Почти четверть речи Путина, в которой он говорил о том, что «мы все несем ответственность за то, чтобы никогда не повторять страшные трагедии прошедшей войны», в итоге была посвящена его предложению о встрече в верхах. Президент перешел к этой теме через слова о том, что «забвение прошлого, разобщенность перед лицом угроз могут обернуться страшными последствиями, у нас должно быть мужество не только прямо сказать об этом, но и сделать всё, чтобы защитить и отстоять мир».
Теперь уже понятно, что содержавшийся в произнесенном неделю назад президентском послании пассаж о том, что «именно пять ядерных держав несут особую ответственность за сохранение и устойчивое развитие человечества» и должны «выработать обновленные подходы к обеспечению стабильности на планете, которые бы в полной мере учитывали политические, экономические, военные аспекты современных международных отношений», был только прелюдией к главной путинской инициативе, озвученной им в итоге в четверг в Иерусалиме:
«Забвение прошлого, разобщенность перед лицом угроз могут обернуться страшными последствиями. У нас должно быть мужество не только прямо сказать об этом, но и сделать всё, чтобы защитить и отстоять мир.
Пример, на мой взгляд, могут и должны подать страны – основательницы Организации Объединенных Наций, пять держав, которые несут особую ответственность за сохранение цивилизации.
Мы обсуждали с некоторыми коллегами и, насколько я понимаю, в целом увидели положительную реакцию: провести встречу глав государств – постоянных членов Совета Безопасности ООН России, Китая, США, Франции и Великобритании. В любой стране, в любой точке мира, где это будет удобно коллегам.
Россия готова к такому серьезному разговору. Мы намерены, не откладывая, направить соответствующие послания лидерам «пятерки».
Перед нами много задач. Одну из них мы совсем недавно обсуждали в Берлине по инициативе канцлера Федеративной Республики госпожи Меркель. Это Ливия. Но и нам предстоит в Совете Безопасности еще вернуться к этому вопросу и принять соответствующую резолюцию.
Но много и других проблем. Проведение такой встречи именно в этом, 2020 году, считаю важным и символичным. Ведь мы отмечаем 75 лет окончания Второй мировой войны и основания Организации Объединенных Наций.
Саммит государств, которые внесли главный вклад в разгром агрессора, создание системы послевоенного мироустройства, сыграл бы огромную роль в поиске коллективных ответов на современные вызовы и угрозы и, конечно, продемонстрировал бы нашу общую верность духу союзничества, исторической памяти, тем высоким идеалам и ценностям, за которые плечом к плечу сражались наши предки, наши деды, наши отцы».
То есть Владимир Путин предложил организовать встречу в верхах пяти великих держав – для того, чтобы не просто обсудить международную ситуацию, но и выработать «обновленные подходы» к мироустройству или как минимум провести серьезный разговор на эту тему. Путин готов к такому разговору в любое время и в любом месте – и хотя он рассказал о своей задумке только сегодня, понятно, что этот план созрел у него уже давно, и он даже провел подготовительную работу с коллегами по «большой пятерке». Которую еще предстоит создать – и если это получится, это само по себе станет важнейшим событием не просто этого года.
Не случайно выступавший вслед за Путиным Эммануэль Макрон тут же поддержал эту инициативу – подтвердив, что они уже обсуждали ее:
«Мой дорогой друг президент Путин, я согласен с вами, что пять стран – основательниц ООН несут особую историческую ответственность. И сейчас нам вновь нужно собраться вместе, и мы действительно говорили об этом несколько дней назад. Мы должны собраться вместе и говорить об этом, потому что мы, конечно же, понимаем важность исторических событий и должны обеспечить устойчивость мирового порядка, который опирается на международное право и на права человека».
Говорили на днях – имеется в виду на конференции по Ливии в Берлине, где были оба президента. Был там и Борис Джонсон – и во время его первой встречи-знакомства Владимир Путин наверняка рассказал ему о своей идее. Там же был и американский госсекретарь Помпео – через которого Путин мог передать свое предложение и Дональду Трампу (хотя с президентом США они могли обсуждать это и ранее, по телефону). Ну а с Си Цзиньпином Путин находится в постоянном контакте – частота их встреч и разговор не идет ни в какое сравнение с контактами президента России с лидерами остальных четырех великих держав, так что тут все наверняка было обсуждено уже давно.
Это очень важное предложение Путина – подобных встреч не было вообще никогда в истории. Да, в 1945-м именно эти пять стран выступили как главные отцы-основатели ООН, получив места постоянных членов Совбеза, то есть гарантов мирового порядка. Но по сути он был создан тремя странами – СССР, США и Великобританией. Франция была еще оккупирована Германией, когда в 1943-м в Тегеране возникла «большая тройка», а Китай воевал с Японией, а после 1945-го снова оказался в пучине гражданской войны. Если лидеры США, СССР и Великобритании встречались в 1943-1945 годах три раза (от Тегерана до Потсдама), то никакой встречи в верхах глав «большой пятерки» ни тогда, ни когда-либо еще не было. После начала холодной войны и победы коммунистов в Китае «пятерка» разделилась на два лагеря: СССР и КНР – с одной стороны, и США, Великобритания и Франция – с другой.
При этом коммунистическую власть в Китае Запад вообще не признавал – Вашингтон установил контакты с Пекином только в 1971 году. Поэтому все отношения в рамках «пятерки» до этого времени вообще строились в формате «СССР – Запад». Единственная встреча в верхах четырех держав прошла летом 1955 года в Женеве – там советские лидеры (а это было еще коллективное руководство) встретились с руководителями США, Великобритании и Франции. Это была первая и последняя такая встреча – в последующие годы все упростилось до формата саммитов СССР – США. Многосторонний формат в отношениях Запада с СССР ушел в прошлое – да и самой Москве имело смысл обсуждать все в первую очередь с Вашингтоном. Именно от их договоренностей зависели вопросы войны и мира – Лондон и Париж не привлекались к большой игре сверхдержав (хотя и участвовали в ней).
А когда СССР погиб, и Россия была принята в состав западной «Большой семерки» (в которую входили три из пяти государств – членов Совбеза ООН), это была уже совсем другая история – никакого обсуждения самих принципов мироустройства там не было. Да, в ней были представлены четыре из пяти великих и официальных ядерных держав, но по сути «Большая восьмерка» была клубом «США плюс семь» – в том смысле, что американцы с начала 90-х воспринимали себя как победившего и безусловного гегемона. С того момента, как Россия начала восстанавливать свои силы и амбиции, отказавшись играть по западным правилам, распад «Восьмерки» стал лишь вопросом времени. Смерть формата «Большой восьмерки» в 2014 году была лишь формально связана с Крымом – по сути «Восьмерка» к этому времени давно уже изжила себя.
Фактически ей на смену пришла, причем еще в конце нулевых годов, «Большая двадцатка». Она собирается с 2008 года – поводом для первой встречи в верхах стал всемирный экономический кризис, и с тех пор встречи стали ежегодным местом встреч лидеров крупнейших мировых держав. «Двадцатка» стала первым в истории местом встреч глав всей «большой пятерки» – местом, где собираются вместе лидеры КНР, России, США, Великобритании и Франции – но никто ее под таким углом зрения уже не воспринимал.
Потому что «большая пятерка» практически ушла не только из лексикона мировой политики, но и казалась неактуальной для решения мировых проблем. Да, это пять великих держав, да, только у них есть право вето в Совбезе ООН и только они официально владеют ядерным оружием. Но в реальности-то – США не считаются с ООН ни в чем (хотя бы при нападении на Ирак), ядерное оружие есть еще у нескольких стран, включая такую реально великую, как Индия. Да и что такое Франция и Великобритания? Они входят в НАТО – то есть зависят от США. И входят в Евросоюз – то есть являются частью нового, образующегося сверхгосударства. Чем может быть полезна эта «пятерка» на практике? Так казалось многим в 2008 году.
Но мир стремительно меняется – и сейчас уже видно, что США, будучи не в силах ни удержать статус гегемона, ни провести организованный отход на позиции «просто самого сильного на земле», сами заинтересованы в разговоре об изменении правил мирового порядка. Их предложение о создании «большой двойки», сделанное Китаю десять лет назад, было отвергнуто Пекином. Москва восстановила силу – и укрепила альянс с Китаем. Европа осознала предстоящее расставание и начало конфронтации со Штатами – но пока потеряла лишь Великобританию. И в этих обстоятельствах «большая пятерка» может получить вторую жизнь.
Франция при этом в ней будет уже не просто Францией, а представителем всего Евросоюза. Макрон не случайно претендует на роль политического лидера Европы – и в этом формате он получает то, что хотел. Находящаяся в процессе развода с ЕС Великобритания получает уникальное предложение – подтверждение ее статуса как самостоятельной великой державы. Да, пускай в качестве младшего партнера США – но это лучше, чем младшего партнера немецко-французской Европы.
Таким образом, Путин делает всем предложение, от которого никто не сможет отказаться. Джонсон получит статус, Макрон – лидерство в Европе, а Трамп, хотя и не любит коллективные форматы, будет доволен, что у него в «пятерке» по сути два голоса (Великобритания будет играть в его игру) – хотя внутри нее все решается не голосованием, а согласованием.
А Россия и Китай заинтересованы в пересмотре правил мироустройства – нужно зафиксировать провал атлантической глобализации (мира по-американски, однополярного мира – название не принципиально) и начать договариваться о новом, многополярном мире, основанном на балансе сил ключевых игроков. Да, их больше чем пять (считаю этими пятью США, Китай, Россию, ЕС и Великобританию), но эти пять действительно имеют определяющее влияние. И если они начнут договариваться – остальные присоединятся к процессу.
Поэтому идея Путина провести саммит «большой пятерки» практически беспроигрышна. Но у Путина есть еще более хитрый, но на самом деле простой план. Он хочет провести эту встречу в верхах в Москве – привязав ее к 9 мая, то есть к празднованию 75-летия Победы. Это было бы более чем оправданно – ведь и так в Москву уже приглашены все лидеры стран «большой пятерки». Точно будут Си Цзиньпин и Макрон, «хотел бы приехать», но посмотрит по внутренним обстоятельствам Трамп – и только Борис Джонсон недавно получил личное приглашение от Путина. В отношении него, кстати, можно не сомневаться – если в Москве на параде Победы будут четверо из пяти лидеров, Джонсон точно приедет, просто ради того, чтобы Британию не оставили в стороне от грандиозного процесса.
Удастся ли привязать саммит «большой пятерки» к московским торжествам? Шансы на это представляются довольно высокими. Альтернативой, конечно, может стать осенняя сессия Генассамблеи ООН в Нью-Йорке, но это будет менее эффектным для России и не очень желательным как для нас, так и для Китая. И хотя идея саммита «большой пятерки» имеет огромное значение сама по себе, а последствия возрождения ее в регулярном формате могут оказать сильнейшее влияние на всю мировую политику – тут как раз тот случай, когда место и время тоже имеют очень большое значение.