Задержать сенатора можно только после того, как Совет Федерации проголосует за снятие с него депутатской неприкосновенности. Если сенатор не прогуливает заседаний, то эта процедура в любом случае пройдет в его присутствии – так что следственные органы были обречены на получение санкции сената на глазах самого подозреваемого. Можно было, конечно, не арестовывать его прямо на месте – но зачем усложнять ситуацию? Что потом бегать за ним по Москве или искать его в ауле Хабез? Еще, не дай бог, и силу применять бы пришлось, перестрелку устраивать. Да ведь среди прочего подозревают сенатора и в нескольких убийствах – пускай и не лично совершенных.
32-летний Рауф Арашуков пробыл сенатором всего 2,5 года – но до этого занимал различные руководящие посты в родной Карачаево-Черкесии. Это один из самых маленьких субъектов Федерации с населением меньше полумиллиона человек – но арест Арашукова имеет огромное значение для всего Северного Кавказа, и даже шире – для всех национальных республик. Конечно, и в других субъектах Федерации есть кланы, спаянные коррупцией и родством, но в нацреспубликах эта проблема на порядок серьезней.
Борьбу с мафиозной клановостью Москва ведет уже много лет – и в последние годы достигнуты реальные успехи в Дагестане, где разгромлен целый ряд мощнейших кланов, подмявших под себя эту республику еще в 90-е годы. Занимались, конечно, не только восточным Кавказом, но и западным – в той же Карачаево-Черкесии был сложнейший клубок национальных проблем, одновременно и подпитывающих коррупцию, и мешавших борьбе с ней.
Вчерашний арест наносит мощный удар по самому принципу функционирования кавказских кланов – Москва дает понять, что не будет больше делать поправки на национальную специфику и позволять ловким кланам спекулировать на межнациональном вопросе.
Ключевой арест среды – это не задержание сенатора Арашукова, а арест его отца Рауля.
69-летний депутат Народного собрания КЧР и советник генерального директора «Газпром межрегионгаза» был задержан в Санкт-Петербурге – и именно он и был главой клана. Его влияние выходило далеко за пределы Карачаево-Черкесии – на пике своего могущества он был реальным «газовым королем» Северного Кавказа и Ставрополья. В конце 90-х он возглавил «Газпром межрегионгаз Ставрополь» и частично сохранял свое влияние даже после 2011 года, когда формально стал всего лишь советником руководителя «Газпром межрегионгаза».
Связи Арашукова позволяли ему успешно оставаться на плаву, несмотря на все обвинения, звучавшие в адрес его клана, в том числе и подозрения в причастности к громким убийствам, совершенным в КЧР в 2010 году. Дважды судимый за мошенничество еще в советские годы Арашуков очень не хотел снова садиться в тюрьму – тем более что букет обвинений теперь будет гораздо более тяжелым, чем хищение четырех тонн зерна в 1985 году.
Но даже тогда, когда можно было догадаться, что дело закончится плохо, Арашуков настолько рассчитывал на свои ресурсы, что не пытался бежать из страны. Действительно, его карьера в начале 90-х началась благодаря покровительству родственника и односельчанина Назира Хапсирокова, в 1994–2001 годах бывшего управляющим делами Генеральной прокуратуры России, а потом, когда в нулевые годы они уже поссорились, Арашуков мог рассчитывать на собственные связи, коррупционные и «деловые».
Огромное состояние (оценок нет, но следствие сейчас говорит о десятках миллиардов украденных у Газпрома рублей, и это только начало) и общее коррупционное прошлое, как ему казалось, должны были гарантировать ему свободу. Играл свою роль и национальный фактор – неужели Москва рискнет влезать в черкесский вопрос?
Арашуков – черкес по национальности, и хотя в самой КЧР его соплеменников всего 50 тысяч, они живут еще и в соседних Кабардино-Балкарии и Адыгее. Это все остатки огромного в свое время адыгского народа, населявшего весь восточный Кавказ, но после поражения в Кавказской войне большая часть его перебралась в Османскую империю. Отношения черкесов с неродственными ими карачаевцами и балкарцами (являющимися одним народом) довольно напряженные – на рубеже веков Москва была вынуждена урегулировать кризис, развернувшийся в КЧР после победы на выборах президента КЧР генерала Семенова (полурусского-полукарачаевца). Черкесы заявляли об украденной победе – и только вмешательство Кремля успокоило страсти.
Республикой традиционно руководят карачаевцы, а черкесы имеют свое представительство, в том числе и на уровне Совета Федерации – одно из двух кресел принадлежит им. Борьбу за него традиционно ведут два черкесских клана – Деревых и Арашуковых. Занимавший кресло сенатора до января 2016 года Вячеслав Дерев уже почти год как находится в московской тюрьме – по обвинению в хищении НДС. А теперь в заключении оказался и сменивший его осенью 2016 года в Совфеде Рауф Арашуков. Обвинения, предъявляемые Дереву и Арашуковым, конечно, несопоставимы. К тому же Дерев уже давно заявлял о причастности Арашукова к громким преступлениям в республике и, по данным СМИ, теперь стал одним из свидетелей по этому делу.
Черкесская тема крайне остра – наши англосаксонские и грузинские «друзья» не раз пытались разыграть против России «адыгскую карту», обвиняя ее в геноциде многомиллионного народа и требуя «вернуть земли». Особенно активно эта тема разыгрывалась накануне Олимпиады 2014 года в Сочи – «проводившейся на украденной у адыгов земле». Адыгская молодежь в целом не ведется на подобные провокации – но понятно, что улучшению отношений с русскими, да с и карачаевцами и балкарцами, это не способствует (представителей этих народов в свою очередь активно вербуют в исламистское подполье, на службу ИГИЛ* и «чистого ислама»).
Сейчас, когда руководство двух самых влиятельных в КЧР черкесских семей оказалось в московских тюрьмах, среди адыгов наверняка начнут разыгрывать национальную карту – вот, русские боятся нашего национального возрождения, лучших людей забирают. Будут и обратные претензии, вполне понятные – что же такое, вор на воре у них сидит. Но как сын не отвечает за отца (не в деле Арашуковых, конечно, где они являются одним целым), так и черкесы-адыги в целом как народ не отвечают за преступления Арашуковых.
К тому же и сами черкесы должны понимать, что такое был клан Арашуковых, как инкриминируемые им деяния позорили их народ в глазах как русских, так и других народов Кавказа. Не говоря уже о том, что убитые в 2010 году лидер движения «Адыге-Хасэ» Аслан Жуков и советник главы КЧР Фраль Шебзухов тоже были черкесами по национальности – а их кровь, по мнению следствия, на руках Арашукова.
Ни убийство, ни казнокрадство недопустимы ни для какой национальности, и расплата за них будет неминуемой – вот что хочет сказать нынешней акцией наша власть.
И это урок не только для черкесов, и не только для других северокавказских народов, но и для всех национальных кланов по всей России. И для их «партнеров» и покровителей – любого уровня и любой национальности.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ