Разворот России на Восток имеет отчетливый китайский акцент – и хотя им он не ограничивается, понятно, что сближение Москвы и Пекина носит стратегический характер, и от умения координировать интересы и усилия двух стран зависит очень многое. Причем не только для России и Китая – для всей Евразии, а значит, и для всего мира.
Новый шелковый путь» полностью меняет геополитическую ситуацию на своем протяжении: понятно, что никаких американских войск и баз там быть не может
Это не преувеличение – борьба атлантистов и евразийцев становится главным содержанием ближайших десятилетий: для того, чтобы остановить продвижение глобального англосаксонского проекта, нужно не просто собрать всех недовольных им, но и выстроить альтернативную ему международную архитектуру – от ценностей до безопасности, от финансов до инфраструктуры и экономики. Ключевые мировые цивилизации должны создать свой проект – сама по себе продвигаемая США глобализация («свободный рынок» через подконтрольные англосаксам финансовые институты и под присмотром американских авианосцев) не уйдет.
Географически центр тяжести мировой политики должен переместиться с Атлантики и Запада в Евразию и на Восток. Вместо «США плюс Европа и Япония» возникает евразийское единое пространство – Китай с Юго-Восточной Азией, Россия с Евразийским союзом и Евросоюз. К этой тройке тяготеют и Индия, и Ближний Восток, и Африка.
То есть все крутится вокруг евразийской дуги – это страшный сон англосаксонских геополитиков, всегда опасавшихся возникновения оси континентальная Европа – Россия – Азия, причем в любых ее вариантах: раньше Берлин – Москва – Токио, а сейчас Берлин – Москва – Пекин. Вместо этого англосаксы всегда пытались стравливать различные континентальные силы и завязывать на себя отдельные, желательно расположенные в ключевых транзитных точках части Евразии, и в первую очередь Европы.
Нынешняя попытка разорвать связи России с Европой как раз и направлена на недопущение потенциального союза евразийской России, континентальной Европы и Китая – вместо этого США усиленно проталкивают идею Транс-Атлантического партнерства, призванного обеспечить окончательную связку Европы и Северной Америки (а в Азии продвигают аналогичное Транс-Тихоокеанское партнерство). Проигрывая пока что борьбу со Штатами за Европу и разворачиваясь на Восток, Россия не отказывается от ставок на европейском направлении – просто пока что она займется сборкой восточной части (Россия – Китай) «тройного союза», а на западном направлении будет работать Китай.
«Новый шелковый путь», официальное название которого «Один пояс – Один путь», как раз и призван обеспечить связку Китая и Европы – как через Среднюю Азию, так и через Россию. До недавнего времени российский маршрут официально не звучал – речь шла только о Средней Азии – что давало повод для дешевых спекуляций наших китаефобов на тему того, что «Новый шелковый путь» убивает все планы России использовать выгоды транзита между Европой и Китаем. Но в заявлении Ван И говорятся вполне конкретные вещи – китайско-монгольско-российский коридор «будет проходить через весь евразийский континент»:
«Его появление будет означать воплощение китайской идеи построения экономического пояса «шелкового пути» «Один пояс – Один путь», монгольской идеи «степного пути» и российской идеи трансъевразийского коридора».
Таким образом, «шелковый путь» будет идти тремя маршрутами – два наземных и один морской (это не считая еще потенциального арктического – который обсуждают Россия и Китай). Хотя стоимость морских перевозок ниже сухопутных, проект «шелкового пути» имеет в первую очередь геополитическое измерение – поэтому самым главным из трех станет, конечно же, среднеазиатский. Он тоже касается России – потому что с образованием Евразийского союза как минимум два государства Средней Азии уже оказываются в одном пространстве с нами.
Вся протяженность пути – около шести с половиной тысяч километров, из которых большая часть, четыре тысячи, пройдет по китайской территории, от Тихоокеанского побережья до Синьцзяна. Дальше путь идет в Казахстан, оттуда в республики Средней Азии, входит в Иран и через Ирак и Сирию уходит в Турцию и Европу. Там он проходит через Болгарию, Румынию, Чехию и Германию. Кроме того, от пути будут ответвления.
В целом это огромные инвестиции – сотни миллиардов долларов, подразумевающееся строительство как транспортной, так и трубопроводной инфраструктуры. Но главное – это полностью меняет геополитическую ситуацию в регионе: понятно, что никаких американских войск и баз там быть не может. В случае со Средней Азией Россия и Китай становятся гарантами как экономической, так и политической стабильности региона – что они уже осуществляют в рамках ШОС – и почти такие же функции, в согласии с Ираном, им придется брать на себя в отношении Афганистана, Ирака и Сирии.
Морской путь будет столь же масштабным – он начнется в Гуанчжоу и пройдет мимо Вьетнама, Таиланда, Малайзии, Сингапура и Индонезии с выходом в Индийский океан. Оттуда мимо Индии (что вызывает озабоченность Дели, который разрабатывает свой «путь специй») в Красное море (а также и ответвления в Персидский залив и Африку, скорее всего, Кению), далее через Суэцкий канал в Средиземное море. Заканчивается путь в Венеции, куда будет подходить и сухопутный путь. Отдельной точкой входа в Европу может стать и Крым – такие проекты рассматривались Пекином еще до начала украинских событий.
С тех пор, как осенью 2013 года Си Цзиньпин выдвинул саму концепцию «Нового шелкового пути», китайцы ведут активную подготовительную работу – и это в первую очередь политическая работа. В прошлом месяце китайский премьер Ли Кэцян объявил о создании инвестиционного фонда Silk Road Company, который займется реализацией проекта – озвучив пока что сумму в 40 миллиардов долларов. Но деньги здесь имеют лишь прикладное значение, к тому же вкладываться в проект готовы не только китайцы, но и исламские страны, и европейцы – собственно говоря, присоединение к созданному Китаем Азиатскому банку инфраструктурных инвестиций всех ключевых стран Европы свидетельствует и об этом тоже.
Главное препятствие на пути сухопутной азиатской части проекта – необходимость обеспечить геополитические условия для его реализации. США разворошили Большой Ближний Восток – Ирак и Сирия в огне войны, Афганистан более чем взрывоопасен. Но само продвижение «Нового шелкового пути» становится способом принуждения к миру – конечно, только одним из, но немаловажным.
Другая часть работы по продвижению проекта – то, что Россия и Китай будут совместно делать через ШОС (которая расширится за счет Ирана, через который проходит путь), а Пекин – через свои контакты с Европой, крайне заинтересованной в проекте. На сегодня уже более 60 стран проявили интерес к участию в пути – то есть всем понятно, ради чего нужно, чтобы в регионах, через которые он проходит, был мир: китайцы обещают процветание и стабильность, такие же, как были две тысячи лет назад, во время первого Шелкового пути.
Заинтересованы ли в этом США? Вашингтон говорит о пользе «Нового шелкового пути», но в реальности Штаты понимают, к чему приведет его реализация. Не просто к провалу их проектов Транс-Атлантического и Транс-Тихоокеанского партнерств, но и окончательному закату американской мощи.
Поэтому война в исламском мире будет подогреваться Штатами едва ли не с большим рвением – чтобы никакой шелк не мог пройти через море огня. Но даже если война на Большом Ближнем Востоке затянется на десятилетие, сухопутную торговую и политическую связку Китая и Европы это не предотвратит – потому что их соединяет Россия. Новая инфраструктура, созданная в рамках «Нового шелкового пути» на его российской ветке, обозначит закат Атлантики и подъем Евразии. Все все равно встанет на свои места.