Первый этап начался в ноябре, когда президент Янукович передумал подписывать соглашение об евроинтеграции, и закончился 22 февраля захватом власти в Киеве оппозицией. Второй этап начался в конце февраля и завершился 18 марта принятием Крыма в состав России. Те, кто думал, что Крымом все и закончится, глубоко ошибались, потому что изначально Россия ведет битву с Западом за всю Украину, а не за ее отдельные куски.
Для того чтобы не позволить увести Украину в европейское и атлантическое сообщество, Москва и предпринимает самые разные шаги. Крым упал с украинской телеги, но это не значит, что Россия будет спокойно смотреть на то, как киевская власть будет продолжать гнать повозку на запад. У Владимира Путин остается право на использование войск, а у населения Украины – право на выбор своего пути. Россия по-прежнему заинтересована не в расчленении Украины, а в союзе с ней, но киевские политики упорствуют в своем желании изменить тысячелетнюю судьбу Малороссии, оторвать ее от России – и тем самым ускоряют гибель Украинской Республики. Недовольство юго-востока не только украинизацией или крахом экономики, но и самим фактом выбора западного вектора развития рано или поздно разорвет страну. Вопрос в том, наступил ли этот момент сейчас? И что будет делать Россия?
Интерес России понятен – нужно начать федерализацию Украины, которая, в свою очередь, обеспечит не только гарантию прав русских и юго-восточных областей, но и нейтральный статус самой страны. Для этого нужно сменить нынешнюю киевскую верхушку, то есть признать незаконным сам факт ее прихода к власти и образовать новое коалиционное правительство. Если этого не сделать, страна рискует не пережить выборы 25 мая, потому что они просто не пройдут на большой части ее территории. Но нынешние правители Киева явно не готовы поделиться властью ради сохранения страны – они пытаются давить сопротивление на юго-востоке, в ускоренном режиме подписывают соглашение с Евросоюзом, постоянно дразнят Россию напоминанием о НАТО. Запад, и прежде всего США, не торопится давить на своих киевских протеже с целью убедить их отказаться от «евроинтеграции». Получается, что никто не хочет договариваться с Россией по-серьезному – в США и в Киеве надеются, что им удастся легитимизировать разворот Украины на Запад на выборах 25 мая. В этих условиях понятно, что следующий ход Россия сделает, не дожидаясь конца весны.
Сейчас, после провозглашения Донецкой Республики, есть три вероятных сценария развития событий.
Шансов приглушить донецкий, луганский и харьковский протест у киевских властей не много, но пока что они есть. Если им удастся без большой крови освободить здания администраций, арестовать кого-нибудь из организаторов, значит, на какое-то время они смогут отложить юго-восточную проблему. Но на сколько именно – на неделю, месяц? Даже если удастся сорвать референдум, назначенный донецкими восставшими на срок до 11 мая, понятно, что после выборов 25 мая вопрос о федерализации встанет еще острее, а сами президентские выборы не будут признаны значительной частью населения юго-востока, которое начнет создавать свои структуры. А значит, бунты на юго-востоке вспыхнут снова – и будут набирать силу по мере обрушения украинской экономики и приближения зимы.
Сил зачистить юго-восток у Киева нет – любые жесткие силовые действия приведут к крови, что не только придаст новые силы сопротивлению, но и стократно увеличит риск вмешательства России. Для России тактика выжидания в течение нескольких месяцев, то есть наблюдения за ростом самосознания юго-востока и его радикализации, была бы, в принципе, возможной, если бы не влекла за собой риск обнаружить уже летом воинские соединения НАТО на западе и в центре Украины (под предлогом совместных военных учений).
Второй вариант – Киев идет на уступки юго-востоку и соглашается на проведение референдумов о федерализации одновременно с выборами 25 мая. Одновременно прекращаются все разговоры о сотрудничестве с НАТО, окончательный вопрос о евроинтеграции откладывается до выборов новой Рады (то есть подпись Яценюка под соглашением отзывается). Восставшие освобождают административные здания, после референдума начинается подготовка новой конституции федеративной Украины. Этот вариант возможен только в случае жесткого давления Запада на Киев – если в Вашингтоне поймут, что альтернативой является крушение Украины как единого государства. Шансы у этого варианта пока что очень небольшие.
Третий вариант – донецкое сопротивление продолжает удерживать здание обладминистрации, начинает подготовку к референдуму, получает косвенное признание от России и Януковича. По мере его приближения киевские власти теряют терпение и решаются на штурм здания администрации в Донецке. Операция проходит с жертвами, параллельно в других областях юго-востока идут зачистки сторонников союза с Россией и демонстрации в поддержку донецкого восстания. После чего Владимир Путин объявляет о вводе войск в Донецкую область (в зависимости от ситуации – и в ряд других областей, в первую очередь Луганскую).
В этом случае коллапс власти на Украине приобретает уже обвальный характер – в Донецке проходит референдум об образовании республики, выборы 25 мая фактически срываются на всем юго-востоке, ряд регионов которого устремляется по донецкому пути – провозглашение новых органов власти, назначение референдумов... США убеждаются в том, что обрушение всей Украины становится вопросом нескольких дней, и угрожают России введением миротворческих сил НАТО на территорию Западной и Центральной Украины. В ответ Россия закрывает небо Украины и возвращает Виктора Януковича сначала в Донецк, а потом и в Киев. Выборы отменяются, созывается конституционное совещание, которое готовит федерализацию Украины, новая конституция принимается на референдуме, после чего проходят выборы Рады и президента.
Конфронтация России с Западом при этом сценарии достигает апогея, но все же ни о каком военном конфликте ни с украинской армией, ни тем более с НАТО говорить не приходится. На Западную и Центральную Украину российские войска вводиться не будут, с частями украинской армии российское командование сумеет договориться, и провокационную опасность будут представлять только наспех сформированные подразделения Национальной гвардии и одиночные террористические группы.
Еще раз нужно напомнить о том, что единственный способ сохранить единство Украины (теперь уже без Крыма) состоит в том, чтобы прекратить попытки увести ее на Запад. Россия не заинтересована в присоединении Донецкой области, России нужна вся Украина, находящаяся с ней в союзных и дружественных отношениях. Но если в Кремле увидят, что единственный путь остановить прозападную киевскую власть лежит через поддержку Донецкой Народной Республики, Луганска или всего юго-востока, то несомненно, что Москва пойдет и на это.
Обсуждать сейчас, будет ли ДНР независимой или присоединится к России, примкнут ли к ней Луганск, Днепропетровск и Харьков или нет, в принципе невозможно. Унитарная Украина больше не существует, федеративная еще должна быть создана – чем больше будет пауза между двумя этими формами ее существования, тем меньше будет оставаться шансов на сохранение Украины как таковой. Никто не знает, будет ли через год Украинская Федерация без юго-востока, с югом, но без востока, или же сумеет сохранить свои нынешние границы. В любом случае главная задача России как старшей сестры Малороссии – сделать так, чтобы Запад осознал полную бесперспективность любых попыток «похищения Украины». Как только это произойдет, русские и украинцы договорятся о своих семейных отношениях сами, без посредников и иностранных марионеток. Если Запад поймет это после Донецка – хорошо. Если нет – значит, все дороги ведут в Киев.