Журнал проводит рейтингование в пятый раз – журналисты придумали этот ход в 2009 году и за это время уже успели достаточно раскрутить его. Все определяют американские эксперты, так что опрос дает представление о том, как видят мир из США, и важен именно тем, что демонстрирует подвижки в восприятии глобальной политики американцами.
Россию в этот раз в рейтинге представляют четверо – больше, чем от любой другой страны, кроме самих США: Путин, Медведев (53-е место), Игорь Сечин (60) и Алишер Усманов (63). А почти половину участников рейтинга составляют американцы – 30 человек. Причем это не только первые лица – так, последнюю, 72-ю строчку занимает заместитель главы Федеральной резервной системы (сам глава ФРС Бернанке – седьмой). 25 американцев – бизнес-элита, от Билла Гейтса до Сергея Брина, главы компаний и международных финансовых организаций. И всего пять политиков и чиновников (один из которых, впрочем, тоже олигарх): Обама, Клинтон, мэр Нью-Йорка Блумберг, спикер палаты представителей Джон Бейнер и глава Верховного суда Робертс. Много и международных чиновников – от Всемирного банка до ВОЗ и ФИФА.
Чтобы нынешнее влияние Путина помогло стать столь же влиятельной и России, предстоит сделать еще очень многое
Всего, не считая США, в список попали руководители 16 государств. При этом по два человека вошли только от России и Индии, что объясняется тем, что руководитель правящей партии ИНК Соня Ганди действительно обладает большим влиянием, чем премьер Сингх.
Влиятельными признаны 12 руководителей стран «большой двадцатки»: России, США, Китая, Индии, Германии, Англии, Франции, Саудовской Аравии, Японии, Южной Кореи, Бразилии и Мексики.
Из остальных стран отмечен высший руководитель Ирана аятолла Хаменеи, премьер Израиля Нетаньяху, молодой северокорейский лидер Ким Чен Ын и президент Объединенных Арабских Эмиратов. Показательно, что в Африке, на американский взгляд, вообще не осталось вождей, со всего континента эксперты отметили единственного человека – миллиардера Алико Данготе из Нигерии. Точно так же «недооценен» и арабский мир – и это явно осознанная политика. Видимо, в США считают, что всех самостоятельных лидеров в регионе уже успели зачистить, а Башара Асада можно не принимать во внимание, и именно поэтому решили ограничиться всего двумя монархами стран Персидского залива. Впрочем, и эти монархи еще способны удивить США – совсем недавно саудиты заявили о смене курса и отказе от ориентации на Вашингтон.
Продемонстрированные в этом году Путиным качества действительно позволяют считать его безо всякого преувеличения влиятельнейшим человеком на земле, но в данном случае интересен тот факт, что это не могут не признавать в стране, где к нему относятся практически враждебно. За пять лет существования рейтинга Владимир Путин занимал в нем третье (в 2009 году), четвертое (в 2010 году), второе (в 2011 году) и третье (в 2012 году) места. Первое место, за исключением 2010 года, отводилось Обаме – и лишь однажды он уступил китайскому лидеру Ху Цзиньтао. Критериев, по которым оценивают влиятельность персон, четыре: важность принимаемых ими решений для большого количества людей, контроль над финансовыми потоками и ресурсами, влияние в нескольких сферах деятельности, и то, как активно используется имеющаяся власть.
Понятно, что помогло Путину подняться в глазах редакторов «Форбс» с третьего места на первое, – они пишут о деле Сноудена и Сирии: «Добился впечатляющих результатов сразу в двух громких дипломатических скандалах: сначала глава российского государства предоставил политическое убежище беглому американскому разоблачителю Эдварду Сноудену, который стал головной болью для всего мира, а затем нашел взаимоприемлемый компромисс для всех сторон сирийского конфликта». А Барак Обама, наоборот, резко ослабил свои позиции – не только благодаря тем же двум историям, что укрепили авторитет Путина, но и вследствие недавнего бюджетного кризиса. Нечасто в американской истории переизбравшегося всего год назад президента называли «хромой уткой» – обычно в таком положении он оказывается в последний год своего правления, но про Обаму теперь иначе и не скажешь. Синхронизация взлета Путина и падения Обамы в глазах американских журналистов и стала причиной того, что двух президентов поменяли местами.
Примечательно, что общее отношение американской элиты к Путину остается более чем негативным – тот же «Форбс» пишет, что в этом году Путин еще больше укрепил свою власть в стране, так что термин «диктатор» уже не кажется преувеличением. То есть американцы не начинают лучше понимать Россию или уважать наши представления о власти и государстве – они просто сталкиваются с тем, что в тот момент, когда международный престиж и влияние США в мире падают, Россия все больше выступает как сильный и самостоятельный игрок.
И тут действительно имеет большое значение роль личности, потому что, хотя мощь России несоизмерима с американской, опыт и воля Путина точно так же несоизмеримы с личными качествами очень многих из тех, с кем ему приходится иметь дело на мировой арене. Это тот случай, когда уверенный в себе и опытный игрок способен обыграть неуверенного и малоопытного соперника, имеющего несравненно лучшие карты.
Действительно, с кем из мировых лидеров можно сегодня сравнить Путина? 14 лет на вершине власти, в ситуации, когда сложнейшие внутренние проблемы необходимо пытаться решать ежедневно, не забывая при этом о все более и более ухудшающейся международной обстановке. Собирание страны, прогнившая, паразитическая и космополитическая (то есть не просто не понимающая национальные интересы, но и прямо им враждебная) часть элиты, стремительно изнашивающая инфраструктура, социальное и национальное напряжение и прочие последствия распада страны и социума в 90-е – да малой доли этих проблем хватило бы большинству руководителей государств, чтобы забыть о вообще какой-либо активности на внешнем фронте. Но для России это невозможно, потому что внешние вызовы столь велики, что, даже уйдя в глухую оборону (что в принципе невозможно в нынешней ситуации), страна не сможет сохраниться. Распад или реинтеграция постсоветского пространства, выстраивание отношений с Китаем и страхи Европы, противодействие попыткам Запада манипулировать нашей внутренней политикой, потребность бывших союзников в нашем возвращении в Азию и Африку – это лишь часть внешнеполитических вызовов. И всеми этими проблемами нужно заниматься постоянно – и именно Путину.
Четыре года назад в рейтинге «Форбс» Путина поставили на четвертое место – впереди него были не только главы Китая и США, но и король Саудовской Аравии Абдалла. Монарху тогда было 85 лет, и при почти полной закрытости его жизни и политики королевства сложно было что-либо сказать о том, как же все-таки журналисты сумели оценить как личную власть Абдаллы, так и то, насколько активно он ей пользуется. Его высокое место объяснялось только серьезным весом его страны – и совсем другая ситуация с Путиным, который сейчас «весит» больше, чем Россия. Он не покидал вершин рейтинга и в тот момент, когда формально не был первым человеком в стране, – а где же сейчас в рейтинге «Форбс» Ху Цзиньтао, которого всего четыре года назад считали самым влиятельным человеком в мире? Да, он ушел с высших постов в КНР, но существующая у китайцев иерархия подразумевает, что бывший руководитель (если он не в опале) все же пользуется достаточным влиянием при определении стратегии. Конечно, если бы рейтинг составляли китайцы, то в нем нашлось бы место не только Биллу Клинтону, но и их собственным бывшим руководителям – Ху и его предшественнику Цзян Цзэминю. Но американоцентричный взгляд на мир не подразумевает внимания к деталям.
Ставший в прошлом году главой КНР Си Цзиньпин не имеет того международного опыта, что есть у Путина, он всего лишь четыре года перед этим проработал заместителем председателя КНР (кроме того, сама стратегия китайской внешней политики подразумевает гораздо меньшую активность первых лиц). Барак Обама учится внешней политике уже на президентском ходу – четыре года работы в сенате хотя и подразумевали международные дела, но на достаточно любительском уровне. Европейские политики измельчали настолько, что уже и в самом ЕС это становится заметно все большему количеству людей. Личные отношения Путина со Шредером и Берлускони и некоторыми другими европейцами помогли ему лучше понять как степень самостоятельности руководителей современной Европы, так и уровень их компетентности.
Шутливая жалоба Путина на то, что после смерти Махатмы Ганди ему не с кем поговорить, вовсе не так уж и далека от истины – даже Генри Киссинджер на фоне многих из нынешних «лидеров» смотрится Аристотелем. Впрочем, в этом году в рейтинге сразу на четвертой позиции появился человек, который не только прекрасно осведомлен обо всех скрытых механизмах мировой политики и отличается глубоким пониманием реальных проблем, но и способен на честный разговор об этом, – это новый римский понтифик Франциск. Пока что Владимир Путин не знаком с ним, но во всем нынешнем списке «Форбс» есть, пожалуй, еще только один человек – рахбар Хаменеи, – с которым российский президент мог бы беседовать о судьбах мира на одном уровне: о том, как могут развиваться цивилизации, которые не хотят быть марионетками англосаксонского глобализма, о том, какие принципы должны быть заложены в новую, постатлантическую архитектуру мирового порядка. Это и есть настоящее влияние – когда личная воля и опыт руководителя опираются на нравственные ценности его народа, той цивилизации, которую он представляет.
200 лет назад самым влиятельным человеком в мире был император Александр Первый, 70 лет назад – Иосиф Сталин. Тогда это признавалось всеми как медицинский факт – и точно так же это отмечают и сегодняшние учебники. Но для того чтобы нынешнее влияние Путина помогло стать столь же влиятельной и России, предстоит сделать еще очень многое, прежде всего внутри страны. Внешнее признание силы Путина будет хорошим подспорьем в этой работе. И в случае ее успеха никакие рейтинги уже будут неинтересны.