Раньше считалось, что ценности всех этнических групп страны равноценны. Сейчас более актуальным станет вопрос интеграции этих групп в германское общество
Канцлер ФРГ Ангела Меркель в минувшие выходные сделала заявление, которое раньше в этой стране позволяли только маргинальные политики. Она признала, что любимая теория немецких либералов о создании в Германии «плавильного котла», то есть гармоничного сплава представителей разных народов, потерпела крах. Этот лозунг долгие годы служил идеологической опорой для крайне либеральной политики в сфере иммиграции, благодаря которой уже более 10% населения Германии составляют теперь переселенцы из-за границы.
«Установка на то, что мы строим мультикультурное общество, живем рядом и радуемся друг другу, эта установка полностью провалилась», – признала она на слете молодежного крыла своей партии – Христианско-демократического союза (ХДС), прошедшего в Потсдаме.
В понедельник в ФРГ были обнародованы итоги соцопроса, проведенного телеканалом АРД в начале октября. Немцев спросили, считают ли они, что эмигранты успешно интегрируются в немецкое общество. «Да» ответили лишь 8%. В ответ на вопрос, кто в этом виноват, 21% ответили, что это сами эмигранты отгораживаются от немцев. На третий вопрос («Довольны ли вы политикой правительства в сфере интеграции эмигрантов?») «да» ответила только треть населения – 37%. Остальные ответили «нет».
Как заявила теперь Меркель, иностранцы отныне должны сами думать об интеграции в германское общество, чтобы стать полноценными участниками рынка труда. В частности, она призвала их изучать язык страны пребывания. «Тому, кто не говорит по-немецки, мы не рады», – заявила Меркель. Ранее такие заявления многие в ФРГ расценили бы как неполиткорректные. Однако еще раньше, чем канцлер, схожую мысль озвучил лидер союзнической для ХДС партии баварского Христианско-социального союза (ХСС) Хорст Зеехофер. Он сказал, что «мультикультуризм в Германии мертв».
О том, к чему приведет политический поворот, корреспонденту газеты ВЗГЛЯД рассказал немецкий политолог русского происхождения Александр Рар.
ВЗГЛЯД: Александр Глебович, с чем связано признание Меркель? Это какой-то внутриполитический ход, призванный укрепить позиции канцлера?
Александр Рар: Можно сказать и так. Но правильнее все-таки будет отметить, что канцлеру приходится считаться со сложившимися в немецком обществе трендами. Правоцентристская коалиция ХДС/ХСС и СвДП, которая поддерживает Меркель, не может похвастаться прочной поддержкой в обществе и парламенте (в бундестаге у нее 322 голоса против 290 у оппозиции – ВЗГЛЯД).
Рейтинг правительства падает. Одна из главных причин недовольства – это как раз эмиграция из тех стран, чья культура воспринимается немцами как чужая: речь идет, прежде всего, об арабских странах и Турции. Причем наиболее остро на темы, связанные с эмигрантами, реагирует как раз традиционный консервативный избиратель правоцентристов. Можно сказать, что своим заявлением Меркель хочет удержать консервативное крыло коалиции.
Александр Рар (Фото: dw-world.de) |
ВЗГЛЯД: Почему проблема эмиграции из мусульманских стран стала актуальной сейчас? В 2000-е годы ее уровень как-то особенно вырос?
А. Р.: Скорее в немецкое общество пришло понимание или, если хотите, опасение того, что в Германии сложилось устойчивое этнокультурное меньшинство, которое не исчезнет, не ассимилируется, а наоборот, может вырасти, потеснив собственно немцев. Рано или поздно нечто подобное заявлению Меркель должно было прозвучать. Слишком долго в Германии старались замалчивать существующую проблему. Люди видели, что число эмигрантов, которые не собираются ни ассимилироваться, ни усваивать немецкую культуру, ни даже учить язык страны проживания, растет.
Люди видели, что во многих районах немецких городов немцы уже стали меньшинством. В то же время говорить об этом публично для политика и общественного деятеля считалось совершенно недопустимым. Рядового немецкого обывателя (в хорошем смысле этого слова) это раздражало. Он, безусловно, осуждает нацистское прошлое Германии. Но одно дело – осуждение прошлого, а другое – нежелание видеть очевидных, как многим кажется, вещей.
ВЗГЛЯД: И первым, кто заявил об этом открыто, стал глава германского Центробанка Тилло Сарацин, опубликовавший недавно книгу «Германия. Самоликвидация»... Книга стоила его должности.
А. Р.: Да, Сарацин сказал то, что у многих вертелось на языке. Хотя его, как и следовало ожидать, осудили, но опросы общественного мнения показывают, что его рассуждения многим немцам пришлись, что называется, «ко двору».
Стоит отметить, что страх потери европейской идентичности и некоторое недоверие к эмигрантам с Востока – это не чисто германское явление. Сейчас во всей Европе наблюдается рост популярности правых антиэмигрантских партий, есть попытки перехватить лозунги правых – вспомним историю с цыганами во Франции.
ВЗГЛЯД: Но во Франции Саркози все же не заявлял пока о крахе идеи мультикультурного общества...
А. Р.: Все-таки в Германии и Франции ситуация с эмигрантами отличается. Немцы изначально более склонны поддерживать «своих», здесь эмигрантам труднее почувствовать себя частью немецкого общества. Это, кстати, касается не только эмигрантов из мусульманских стран: просто они в наибольшей степени отличаются от других эмигрантов, в отличие от эмигрантов из европейских стран.
ВЗГЛЯД: Что же будет с идеей «плавильного котла» в Германии? Она уйдет в прошлое?
А. Р.: Скажем так: сейчас Германия ищет выход из сложившейся ситуации. Раньше считалось, что ценности всех этнических групп страны равноценны. Сейчас более актуальным станет вопрос интеграции этих групп в германское общество.