Инаугурационная речь Вашингтона, написанная в 1789 году, весьма сложна для восприятия современным человеком, что не удивительно – правила официального языка конца XVIII века предполагали определенный уровень формальности. Её текст состоит из огромных предложений, часто по 12–15 строчек, переполненных придаточными и вставными частями.
#{help=248874}Первый президент США так и не произнес её, но текст общедоступен: Вашингтон планировал поговорить о личном, в частности сослаться на свой преклонный возраст и слабое здоровье, а поэтому поблагодарить «за оказанную честь». Этот момент имеет особое значение, если учесть, что избирался Вашингтон на безальтернативной основе.
Эта инаугурационная речь объяснимо задала тон последующим посланиям, в которых в обязательном порядке уделено немалое место отношениям с Богом. «Нет ни одного народа, которому следовало бы признать и вознести хвалу невидимой длани, руководящей делами людей, в большей степени, нежели народ Соединенных Штатов», – отмечал Вашингтон в своей речи.
Ну и естественно, что одной из главных тем в обращении Вашингтона была не так давно обретенная Америкой независимость. Причем в плане конкретных шагов по обустройству молодого государства он сознательно отказывается от конкретики, предпочитая больше места уделить патриотическому и гражданскому пафосу. «Вместо внесения конкретных рекомендаций по этому предмету я вновь буду полностью полагаться на вашу проницательность и приверженность общественному благу», – пишет Вашингтон.
Интересно, что в финальной части речи он категорически отказывается от какого-либо «персонального вознаграждения», рассчитывая лишь на восполнение «фактических расходов», необходимых для выполнения обязанностей. Впрочем, вряд ли богатый рабовладелец Вашингтон действительно нуждался в зарплате со стороны американского государства.
#{help=248875}А вот речь Авраама Линкольна в 1861 году была совсем не формальной, что связано с важнейшими для США историческими событиями, на фоне которых проходила инаугурация. После избрания на пост президента лидера республиканцев, выступавших за отмену рабства, южные штаты объявили о своем отделении от США.
Так, во время инаугурации Линкольн пытался развеять опасения южан, что «с приходом республиканской администрации их собственность, мирная жизнь и личная безопасность могут оказаться под угрозой». И пообещал, что не будет «прямо или косвенно вмешиваться в функционирование института рабства». «Я считаю, что не имею законного права делать это, и я не склонен делать это», – говорил Линкольн.
Он даже подчеркнул, что не будет вмешиваться в порядок выдачи «беглых слуг или работников», заключенный в конституции. «Таким образом, предложение, что раб, чей случай подпадает под действие этой статьи, «будет выдан», получает единодушное одобрение, сформулированное в виде клятвы», – убеждал 16-й президент.
Вообще, в своей по-настоящему длинной речи Линкольн многократно говорил о необходимости беспрекословно соблюдать конституцию и важности сохранения единого государства. А в своем призыве к лидерам южных штатов даже пообещал, что не будет навязывать «лиц со стороны», если «в каком-нибудь внутреннем районе не позволят исполнять обязанности федеральным чиновникам».
«Правительство не собирается нападать на нас. Вы не получите конфликта, если не нападете первыми. Мы не враги, а друзья. Мы не должны быть врагами», – взывал Линкольн. Однако его усилия оказались бесплодными – южане отвергли все предложения, разразилась Гражданская война, которая привела к победе Севера и отмене рабства, а Линкольна сделала национальным героем Америки.
#{help=248876}Инаугурационная речь 35-го президента США Джона Кеннеди уже больше похожа на привычную современную уху риторику Белого дома – она «на экспорт», основная роль уделена внешней политике, а не внутренним проблемам «дядюшки Сэма».
Так, объявляя приверженность революционным идеалам 175-летней давности, Кеннеди обещает, что американцы нового поколения будут нести «факел свободы и прав человека» по всему миру. «Пусть каждая страна, желает ли она нам добра или зла, знает, что мы заплатим любую цену, вынесем любое бремя, пройдем через любое испытание, поддержим любого друга, воспрепятствуем любому врагу, утверждая жизнь и достижение свободы», – говорил Кеннеди в 1963 году.
Кеннеди поочередно обращается к «давним союзникам США», «новым государствам», «бедным народам» и «братским республикам к югу». Первым и последним он обещает безмерную поддержку, а вторым и третьим предлагает забыть рудименты колониального прошлого и предостерегает от пути тирании. Интересно, что особое внимание в своей речи президент уделяет деятельности ООН, той организации, на решения которой в начале XXI века США неоднократно наплюют.
Предсказуемо, что значительная часть послания Кеннеди была посвящена «тем странам, которые пожелают стать нашим противником», под которыми подразумевается Блок Варшавского договора во главе с СССР. «Мы обращаемся не с обещанием, а с предложением: обеим сторонам следует заново начать поиски мира, прежде чем темные разрушительные силы, высвобожденные наукой, поглотят человечество в предумышленном или случайном самоуничтожении», – говорил Кеннеди.
Оставляя за Вашингтоном право обеспечивать себя достаточным вооружением, американский лидер признает, что «обе стороны чрезмерно обременены расходами на современные вооружения и справедливо обеспокоены неуклонным распространением смертоносного атома». «Пусть обе стороны творят чудеса, а не ужасы науки. Будем вместе исследовать звезды, покорять пустыни, искоренять болезни, измерять океанские глубины, поощрять искусство и торговлю», – призывал он.
И, конечно, по-настоящему крылатым стало выражение: «Дорогие американцы, не спрашивайте, что страна может сделать для вас, спросите, что вы можете сделать для своей страны».
#{help=248878}З8 лет спустя в начале своей инаугурационной речи Джордж Буш заявил, что «мирная передача власти редко происходит в истории», а вот в США «она в порядке вещей». Этой довольно спорной в первой своей части мыслью Буш задал тон всему выступлению, в котором окончательно выкристаллизовалась идея о распространении свободы и демократии, а также исключительности роли Вашингтона в данной сфере.
«На протяжении большей части минувшего столетия вера Америки в свободу и демократию была утесом в бушующем море. Теперь же она представляет собой семя, летящее по ветру и пускающее корни во многих странах. Если наша страна не будет возглавлять борьбу за дело свободы, то ее не возглавит никто», – выражал уверенность Буш, который тогда же заявил о пресловутой «борьбе с распространением оружия массового уничтожения», что Ираку, как известно, аукнулось.
В то же время немалая часть речи 43-го президента была посвящена внутренним проблемам США, в том числе и экономическим. «Нуждающиеся американцы – это не чужеземцы, они являются гражданами, не проблемами, а приоритетами. И всем нам становится хуже, если у кого-то нет надежды. Правительство несет большие обязательства в отношении безопасности и здоровья населения, гражданских прав и государственных школ», – говорил Буш.
При этом, по его мнению, «иногда нужда и боль так глубоки, что помочь могут только духовные наставники или молитвы духовного пастыря». Буш, известный своей религиозностью, поднимал вопросы веры куда больше многих своих предшественников. «Церкви, синагоги, мечети и благотворительные организации демонстрируют образцы гуманного отношения к людям, и они занимают почетное место в наших планах и в наших законах», – отмечал президент.
#{help=248880}Сменщик Буша начал с проблемы, с которой предыдущая администрация справиться не смогла. В первую очередь Барак Обама признал серьезность кризиса, переживаемого Америкой. «Наша экономика серьезно ослаблена вследствие алчности и безответственности отдельных лиц, но также из-за нашей общей неспособности сделать трудный выбор и подготовить народ к новым временам. Потеряно жилье, сокращены рабочие места, закрыты предприятия», – заметил 44-й президент.
И все же, практически повторяя некоторые тезисы своей предвыборной программы, он призвал американский народ сплотиться и преодолеть трудности. «Начиная с сегодняшнего дня мы должны собраться и начать перестраивать Америку», – сказал Обама. По его мнению, США на это способны: «Мы остаемся самой процветающей, самой могущественной страной в мире. Наша способность трудиться велика, как и раньше».
Что же касается внешней политики, тут тезисы Обамы скорее напоминали моменты инаугурационной речи Кеннеди. Отвергая «ковбойскую дипломатию» Буша, новый президент напоминает, что «наши отцы и деды сокрушили фашизм и коммунизм не только с помощью ракет и танков, но благодаря твердым убеждениям». «Они знали, что наше могущество растет, если применять силу осмотрительно, и что справедливость нашего дела, сила примера, скромность и самоограничение – источники нашей безопасности», – подчеркнул Обама.
Нашла место в речи Обамы и констатация того факта, что он стал первым чернокожим президентом Америки. Говоря о предках, работавших на благо будущих поколений, он упомянул тех, кто «выносил удары кнута и пахал целинные земли». А также в качестве примера развития свободы в США сказал: «Человек, чьего отца менее 60 лет назад могли не обслужить в местной закусочной, сейчас стоит перед вами и готовится принять самую священную присягу».
Завершил свое выступление Обама со свойственным ему красноречием: вспомнив войну за независимость США, когда английские войска пошли в масштабное наступление, а Джордж Вашингтон выпустил обращение к народу, в котором призывал «встать как один перед лицом надвигающейся угрозы».
«Америка! Перед лицом общей угрозы в зиму наших трудностей давайте вспомним те бессмертные слова. И пускай дети наших детей скажут, что в час испытаний мы не позволили нашему пути закончиться, что мы не повернули вспять, мы не дрогнули. Устремив глаза к горизонту, с верой в Бога мы сохранили этот великий дар свободы и донесли его до будущих поколений», – резюмировал Обама.