«Мне очень приятно пообщаться в преддверии предстоящего саммита «Большой восьмерки». Для меня это будет первая поездка на это мероприятие. И я с удовольствием расскажу о своих представлениях и предпочтениях по основной повестке дня этого саммита», – сказал Дмитрий Медведев в начале встречи с журналистами. Однако вопросы касались не только повестки саммита.
Внешняя политика: Косово, Курильские острова и исключение России из «восьмерки»
Достаточно странно, когда Совет Безопасности не высказался, а генеральный секретарь на эту тему что-то сказал
Практически сразу после начала интервью, посвященного очередному саммиту «Большой восьмерки», один из журналистов напомнил президенту России об инициативе кандидата на пост президента США Джона Маккейна, который не так давно выступил за исключение России из «восьмерки».
В ответ Дмитрий Медведев заметил, что «устойчивость американской экономики к кризисам связана также с тем, что Соединенные Штаты Америки в целом стараются проводить сбалансированную политику. Эта политика не должна зависеть в целом от того, кто стоит у руля».
«Совершенно очевидно, что какие-либо тезисы об исключении России или давлении на Россию выглядят просто несерьезно. Мировая «восьмерка» существует не потому, что это кому-то нравится или не нравится, а потому, что это объективно самые крупные экономики и самые серьезные с точки зрения внешней политики игроки. Попытки кого-то ограничить в этом качестве как минимум нанесут ущерб всему мировому порядку», – подчеркнул президент России. И добавил, что «в последнее время об этом (исключении РФ из «восьмерки». – Ред.) специально никто не говорил».
Учитывая место проведения очередного саммита «восьмерки», одним из подводных камней здесь может стать вопрос о Курильских островах, который вряд ли удастся обойти. Ответ на вопрос японского журналиста показал, какую позицию займет здесь Дмитрий Медведев.
«Мы должны двигаться вперед, обсуждать эту тему в соответствии с теми декларациями, которые были ранее сделаны, – заявил президент России. – Мы не должны пытаться достигнуть максимальных результатов за короткий период, потому что, скорее всего, они невозможны, но мы должны открыто обсуждать и те идеи, которые уже существуют, и те идеи, которые формируются».
Медведев добавил, что переговоры по вопросу спорных территорий «никогда не прерывались». «Как мне кажется, здесь главное, с одной стороны, не ждать каких-то чудес, а с другой стороны, не ослаблять контактов, работать в дружественном ключе. И в этом случае у нас есть шансы по этой проблеме договориться», – подчеркнул президент.
Еще один вопрос касался косовской проблемы. «Есть ли шанс, что Россия в Совете Безопасности ООН прекратит блокаду против направления гражданской миссии Европейского союза в Косово, потому что там ситуация очень сложная и грозит двоевластием?» – спросил журналист.
«Во-первых, Россия никакой блокадой в Совбезе не занимается, – отреагировал Дмитрий Медведев. – Мы достаточно четко и ясно заявили о своей позиции по косовскому урегулированию. Мы с этой позиции не соскакивали».
«Мы считаем косовский прецедент крайне опасным, неудачным, – подчеркнул президент России. – Считаем решения, принятые по этому вопросу, не единичными, как принято говорить у дипломатов, не casus sui generis, а абсолютно прецедентной вещью. И расхлебывать все это будет Европа еще долгие десятилетия. Кроме того, соответствующая позиция будет использоваться и рядом других сепаратистских режимов, это совершенно очевидно, для оправдания собственной правосубъектности. И здесь не нужно наводить тень на плетень».
Дмитрий Медведев заметил, что удивлен позицией генсека ООН Пан Ги Муна.
«Мы считаем, что основным мандатом должны обладать соответствующие силы Организации Объединенных Наций», – сказал Медведев. По его словам, генсек ООН «в обход Совета Безопасности ООН сформулировал соответствующую декларацию о необходимости замены этих сил».
«Как минимум такие решения не должны приниматься генеральным секретарем ООН единолично, это компетенция Совета Безопасности. И достаточно странно, когда Совет Безопасности не высказался, а генеральный секретарь на эту тему что-то сказал», – заметил глава России. По его словам, миротворческие контингенты должны быть санкционированы в соответствии с Уставом Организации Объединенных Наций и резолюцией 1244.
Внутренняя политика: политическая конкуренция и независимость судов
Далеко не всегда решения, которые принимаются государствами ОПЕК, влияют на цены на нефть
«Who is mister Medvedev?» – этот вопрос все еще не дает покоя журналистам. «Вы считаете себя либералом?» – спросил один из журналистов третьего президента России.
«У меня есть определенный набор базовых ценностей, привитых мне еще в университетские времена, – ответил Дмитрий Медведев. – Я всегда исходил из того, что должен соблюдаться приоритет законов и верховенство законов, принимаемых парламентом, по отношению к подзаконным актам; считаю, что необходимо бороться с правовым пренебрежением, с правовым нигилизмом; экономика должна основываться на ценностях рынка, а право собственности подлежит безусловной защите. Права и свободы человека также должны подлежать безусловной защите и являются приоритетом любой государственной деятельности». «Каким образом охарактеризовать такой ценностный набор – это ваше дело», – добавил глава российского государства.
Медведев также заметил, что «государство – очень ценное изобретение человечества. И нельзя быть разумным человеком сегодня, отрицая ценности государственного механизма». Но надо помнить, что «недопустимы крайности. Государство, которое выродилось в диктатуру, – это та крайность, которая препятствует развитию человечества, душит свободы и зачастую уничтожает людей. Государство, которое саморазрушилось и, по сути, представляет аморфную массу, государство, которое не способно решать государственные задачи, столь же опасно, как и диктатура».
Президент России напомнил, что «в истории нашей страны были периоды, когда было и то и другое. И то и другое в разные периоды заканчивалось катастрофой. Во втором десятилетии ХХ века наше государство превратилось в пыль и на его основе, по сути, возник диктаторский режим».
Отвечая на вопрос о необходимости сильной оппозиции, Дмитрий Медведев подчеркнул, что «всякого рода соревновательность, состязательность полезна».
Международные суды не являются высшей инстанцией для национальных судов
«Почему мы достаточно жестко, может быть, не так, как нам бы хотелось, но все-таки достаточно жестко внедряем конкурсные процедуры в экономике? – заметил Медведев. – Именно потому, что, когда есть выбор между несколькими вариантами, все-таки, очевидно, коррупционное решение не пройдет. В этом смысле состязательность политических сил тоже необходима для того, чтобы политическая система была устойчивой».
Он добавил, что «система, которая построена на праве на истину одной партии, показала свою слабость 20 лет назад. Она не смогла справиться с новыми вызовами и прекратила свое существование. Поэтому для обеспечения конкурентоспособности нашей страны в глобальном масштабе мы должны использовать и политическую конкуренцию».
«Но она (конкуренция. – Ред.) должна быть разумной. Это именно конкуренция, построенная на законе. Это конкуренция в рамках законов тех политических сил, которые настроены на нормальное состязание за лучшее будущее России. Без такой конкуренции, конечно, полноценная борьба с коррупцией тоже будет невозможна», – считает Дмитрий Медведев.
Вместе с тем президент России заявил, что «образование парламентской демократии на территории Российской Федерации будет означать гибель России как страны, при всем моем уважении к парламентской форме демократии. Россия на десятилетия, может быть, на столетия вперед должна оставаться президентской республикой, для того чтобы сохраниться как единое государство».
Один из журналистов сообщил Дмитрию Медведеву, что недавно в Россию приехал французский политик, который встретился с матерью Михаила Ходорковского* и заявил, что, с его точки зрения, имеет место политическое измерение этого уголовного дела. «Возникает вопрос: считаете ли вы такой приезд в Россию со стороны зарубежного политика вмешательством во внутренние дела Вашей страны?» – спросил журналист.
«Уголовное право и уголовный процесс – это национальное законодательство, – ответил на это Дмитрий Медведев. – И решения, которые принимаются национальными судами, не могут быть отменены напрямую международными судами. Существует процедура обжалования, но эта процедура основана на доброй воле, на конвенционных соглашениях. Международные суды не являются высшей инстанцией для национальных судов. Я считаю, что все процедуры, которые в нашей стране существуют, должны быть правовыми, основанными на нашем процессуальном и материальном праве, уголовном праве. У государства по этой теме не должно быть позиции. По теме уголовного преследования любого лица, в том числе и Ходорковского, позиция может быть только у правоохранительных органов, если они считают ее достаточной, они предъявляют обвинение, позиция должна быть у защиты. Вполне понятно, защита всегда существует для того, чтобы искать изъяны в обвинении. Наконец, финальная позиция должна быть у суда».
«До тех пор, пока я руковожу страной, являюсь президентом Российской Федерации, я буду исходить из этого. Мы должны обособить судебную власть от всех способов влияния на нее как со стороны частных лиц, бизнес-корпораций, так и со стороны других государственных органов», – заявил Дмитрий Медведев.
Еще один вопрос, который задается практически на каждой встрече третьего президента РФ с прессой, – взаимоотношения с премьер-министром России.
«Сколько времени вы каждый день разговариваете с господином Путиным?» – спросил один из журналистов. «Иногда мы несколько раз созваниваемся или видимся, иногда вообще не разговариваем, – терпеливо ответил Дмитрий Медведев. – Слава богу, государственное устройство и система принятия решений у нас такие, что для того, чтобы решать какие-то актуальные вопросы, вовсе не обязательно постоянно созваниваться. Это зависит от текущей ситуации»
«А знаете ли Вы, что некоторые постараются подорвать ваши партнерские отношения с Владимиром Путиным?» – спросил другой журналист. «Можете ли вы сказать кто?»
«Я уверен, что текущая конфигурация власти не нравится определенному числу политиков, она, наверное, не устраивает и определенную часть населения, – ответил Дмитрий Медведев. – Но это и есть демократия».
«В любом развитом государстве существует система политической конкуренции. Вы об этом в том числе и спрашивали – про политическую конкуренцию. Я считаю, что это нормально и для нашего государства. Главное, чтобы политическая конкуренция не превращалась в жесткое антиконституционное противоборство. Этого наша страна наелась в ХХ веке», – подчеркнул глава РФ.
Экономика: мировой кризис, иностранные инвестиции и руководство госкорпорациями
Во втором десятилетии ХХ века наше государство превратилось в пыль и на его основе, по сути, возник диктаторский режим
По словам президента России, главными вопросами, которые будут обсуждаться на очередном саммите «Большой восьмерки», станут мировой экономический и продовольственный кризис. Дмитрий Медведев уверен, что институты, «исторически создававшиеся в 70-е, в 60-е годы, сегодня не справляются». И поэтому стоит «постараться отрегулировать эту финансовую систему по-новому».
«Она должна быть более справедливой. Она должна учитывать тот набор рисков, которые являются актуальными на сегодняшний день. Она должна учитывать негативный опыт, связанный с перегревом экономики: и мировой экономики в целом, и экономик отдельных государств», – отметил глава российского государства. По его словам, такие предложения готовят несколько стран (Медведев упомянул Великобританию), в том числе есть они и у России. Из слов Дмитрия Медведева следует, что наши предложения касаются прежде всего мультивалютного подхода.
«Эта система должна быть основана на сбалансированности ведущих экономик, на их устойчивом росте и на принципе нескольких резервных валют. Такой мультивалютный подход мы тоже считаем достаточно важным, когда при наличии стабильного, а не слабого, как сегодня, доллара имеются другие резервные валюты, которые помогают мировой экономике и отдельным государствам справиться с проблемами. Речь идет, естественно, и о европейской валюте, и о тех идеях, которые сегодня формулируются на Востоке. Мы говорим также и о возможности в будущем рассмотреть вопрос о том, чтобы придать рублю качество региональной резервной валюты», – заявил Дмитрий Медведев журналистам.
Отвечая на вопрос о слишком высоких ценах на нефть, президент России отметил, что год назад он говорил журналистам, что цена на нефть будет 150 долларов. «Реакция была, естественно, эмоциональная. Мне было сказано, что это в принципе невозможно в ближайшее время», – напомнил Дмитрий Медведев. Он заметил, что цены продолжают расти и это создает проблемы для мировой экономики.
«Я думаю, что здесь мы должны рассматривать эту тему не только исходя из позиций стран-потребителей, но и с позиций тех стран, которые нефть производят или нефть прокачивают, транзитируют. Только в этом случае мы можем принимать какие-то сбалансированные решения», – подчеркнул Медведев.
«Что же касается потенциала ОПЕК или других международных структур, то, как показывает мировой опыт, этот потенциал нельзя преувеличивать. Далеко не всегда решения, которые принимаются государствами ОПЕК, влияют вдолгую, что называется, на цены на нефть, равно как, конечно, и воздержание от каких-то решений тоже не влечет успокоения на рынке», – отметил глава России.
Также Дмитрий Медведев еще раз подтвердил, что Россия нуждается в иностранных инвестициях, и объяснил почему.
«Во-первых, ряд задач можно решить только вместе с иностранными инвесторами, которые обладают или опытом, или позволяют консолидировать очень значительные финансовые средства, – заметил президент России. – Во-вторых, приход иностранных инвестиций, как правило, показывает самочувствие экономики: является ли она здоровой, или же она стагнирует, закрывается. В этом смысле иностранные инвестиции – индикатор развития рынка, индикатор, если хотите, экономических свобод. То государство, которое отгораживается от иностранных инвестиций, свободным считаться не может».
Вместе с тем, по словам Медведева, «вопрос в том, куда и кого пускать. И по этому вопросу, по этой теме сегодня идут основные дебаты. В России мы для себя эти вопросы решили и открыто о них сказали. Еще пять лет назад иностранные инвесторы меня упрашивали: примите закон, где покажете специальные сферы, где наше присутствие или нежелательно, или возможно только в пуле с российскими структурами. Мы такой закон приняли».
Дмитрий Медведев добавил, что «единственным основанием для отклонения иностранных инвестиций, как правило, являются соображения безопасности».
«Могу вам сказать, что наша трактовка далеко не самая жесткая. Я не буду называть другие страны, но их законы – я просто специально их читал – гораздо более жесткие, а с другой стороны, гораздо более основаны на решении административных органов, чем наши. У нас все перечислено: какие инвестиции, кто принимает решение. А в ряде других стран в законах написано, что это решение по собственному усмотрению примет или комиссия какая-то, или какое-то министерство», – отметил Медведев.
Президент РФ еще раз объяснил свою позицию по присутствию госслужащих в руководстве государственных корпораций. «Эту идею никто с повестки дня не снимал, в том числе и в отношении крупных компаний, но делать это нужно в соответствии с нашим акционерным законодательством, в те сроки, когда это возможно, и с пониманием ответственности, которая связана с работой той или иной крупной компании», – заявил Дмитрий Медведев.
Тем не менее «если говорить о такой компании, как «Газпром», да и «Роснефть», наверное, тоже, то я считаю, что даже при наличии значительной части независимых директоров в совете все-таки с учетом важности этой компании возглавить совет директоров все равно мог бы и, наверное, должен представитель государства. Речь идет не о том, чтобы обязательно во главе совета директоров встал независимый директор, а о том, чтобы решение совета директоров принималось бы более квалифицированно, с использованием опыта независимых директоров. Но это применительно к крупнейшим компаниям. Если говорить о компаниях второго-третьего эшелона, то я абсолютно допускаю и возможность избрания председателем совета представителя независимых директоров или человека, который не находится на государственной службе», – отметил Дмитрий Медведев.
* Признан(а) в РФ иностранным агентом