В начале этой недели президент России Дмитрий Медведев пообщался в Кремле с корреспондентом Reuters . Речь шла о коррупции, о свободе слова, о преемственности в российской политике и о взаимоотношениях Москвы и Брюсселя. В конечном счете глава российского государства подтвердил те свои тезисы, на основании которых зарубежная пресса создает международный имидж нового хозяина Кремля: «Свобода лучше, чем не свобода» и «Национальные интересы России прежде всего».
Свобода и лузеры
На главный приоритет Москвы – российские национальные интересы – акцент будет сделан всегда, и никакая критика этого не изменит
Глава российского государства с ходу отбрил тезис журналиста о том, что в период президентства его предшественника – действующего премьера и председателя партии «Единая Россия» Владимира Путина – пресса в РФ стала «менее свободной».
«Не могу с вами согласиться, что это какая-то характерная черта президентства моего предшественника или его предшественника. Никакого специального контроля за средствами массовой информации, который бы отличался от тех форм контроля, которые существуют в других странах, у нас нет. Российские СМИ абсолютно свободны», – отрезал Медведев.
При этом президент подчеркнул, что данный тезис относится к СМИ любого рода – и электронным, и печатным, и Интернету. «Считаю, что у нас абсолютно зрелое, современное телевидение, которое показывает жизнь в Российской Федерации во всем ее многообразии. У того, кому эти передачи не нравятся, есть выбор: можно включить другие каналы, можно включить иностранные каналы, частные каналы, можно открыть газету, можно залезть в Интернет и получить вообще все что заблагорассудится», – пояснил глава государства, резюмировав следующим образом: «Славу богу, мы живем в свободном обществе».
С этим мнением, разумеется, не согласна российская оппозиция, но у Медведева есть свое объяснение на данный счет. «Понимаете, в каждой стране есть набор политических лузеров, которые считают, что их средства массовой информации несвободны, потому что они не представлены там каждый день. Но это их собственные проблемы, а не проблемы средств массовой информации», – подчеркнул президент России.
Ремень и коррупция
Таким образом, президент уверен: ограничения свободы СМИ – проблема надуманная, тем не менее в России есть проблемы вполне реальные – это бедность и коррупция, «специфические российские проблемы». Изжить эти проблемы Медведев планирует с помощью экономических стимулов и перестройки российской ментальности (в данном случае речь идет о росте правосознания и правовой грамотности, о чем Медведев заявлял уже неоднократно).
«Бедность мы пока не преодолели, – признал Медведев. – И решение этой проблемы является самой главной для государства. Мы будем этим заниматься последовательно на протяжении ближайших лет, используя на это все наши экономические возможности», – сообщил он.
Что касается коррупции, то есть проблемы, которую президент не мог не отметить. Медведев выразился следующим образом: «Коррупция – это системный вызов, это угроза национальной безопасности, это такая проблема, которая порождает неверие граждан в возможности государства навести порядок и обезопасить их».
Напомним, что, по оценкам Генпрокуратуры, в карманах у коррумпированных чиновников оседает 120 млрд долларов ежегодно. Медведев обещает не сдаваться и готовит пакет законодательных и иных мер для «создания экономической мотивации у должностных лиц к тому, чтобы не совершать коррупционных преступлений».
«И наконец, сфера идеального, это – правосознание, это именно воздействие на психическую сферу, выработка у людей хорошего стереотипа к правильному законопослушному поведению. Это самое сложное, но этим в том числе мы тоже намерены заниматься. И это, может быть, третья составляющая антикоррупционного плана», – добавил он.
В качестве примера работ по «перестройки ментальности» президент привел автомобильные ремни безопасности: «…или потребность пристегнуться уже есть в сознании, она в ментальности существует, или ее никакими запретами не выработать. К сожалению, в нашей стране пристегиваются далеко не все».
Бороться с этими проблемами Медведев планирует в одной команде с Владимиром Путиным. «Вы знаете, я считаю, что у нас действительно неплохой союз для решения тех сложнейших задач, которые стоят перед Российской Федерацией. И мы будем работать столько, сколько это потребуется для достижения тех целей, которые стоят перед нашей страной. В рамках, естественно, отведенных законом», – подчеркнул он.
При этом Медведев в очередной раз подтвердил, что преемственность курса сохраняется, хотя некоторых «нюансов тона» не избежать. «Понимаете, нюансы тона, нюансы произношения, нюансы стиля всегда присутствуют, это совершенно очевидно. Они должны быть у любого человека. Политик – тоже человек, у него тоже должен быть свой стиль и свой тон. Это не меняет базовых основ политики, но иногда, конечно, стилистические особенности имеют значение», – резюмировал глава государства.
Россия – часть Европы
Что касается не «специфических российских проблем», а угроз мирового масштаба, президент России уверен: большинство из них носит универсальный характер. «Это угрозы, связанные с международной финансовой нестабильностью, продовольственным кризисом и всеми проблемами, которые вытекают из этих процессов. Если говорить о других факторах, то они тоже очевидны: терроризм, наличие международной преступности».
Все эти угрозы президент планирует обсудить с зарубежными коллегами и на саммите Россия – ЕС в Ханты-Мансийске, и на саммите «Восьмерки» в Японии. Президент подчеркивает, что декларируемые Западом ценности (свобода, демократия, защита прав собственности) Россия разделяет, более того – будет их всячески отстаивать. Однако на главный приоритет Москвы – российские национальные интересы – акцент будет сделан всегда, и никакая критика этого не изменит. В свою очередь Москва постарается воздержаться и от критики в адрес европейских соседей, придерживаясь тезиса невмешательства в дела партнера и призывая к тому же остальных.
«Что же касается нашей внешней политики , то она, конечно, будет определяться не объемом критики, которая звучит в наш адрес, а нашими внутренними ценностными установками. Суть заключается в том, чтобы отстаивать национальные интересы России», – подчеркнул Медведев, пояснив, что в этой связи российская внешняя политика «не может характеризоваться ни как либеральная, ни как консервативная, ни как какая-то иная».
Как бы там ни было, Россия «осознает себя, определяет себя как часть Европы» и надеется на подписание «серьезного пакта» с партнерами из Брюсселя. При этом Медведев охарактеризовал ЕС как партнера «комфортного» и «надежного». Более того, внутренние проблемы ЕС, вызванные провалом Лисабонского договора на референдуме в Ирландии, Россию объективно расстраивают. Причины же проблем – как системных Евросоюза, так и во взаимоотношениях Москвы и Брюсселя – Медведев видит в злоупотреблении принципом евросолидарности.
«Евросолидарность создает зачастую проблемы функционированию механизма самого Евросоюза. Когда мы понимаем, что, скажем, значительная часть государств Евросоюза готовы пойти на то или иное развитие взаимоотношений, на те или иные шаги, в то же время, скажем, одно государство или несколько государств способны заблокировать эти шаги», – сказал Медведев, намекнув на сложности в отношениях Москвы с Варшавой и Вильнюсом.
Ввиду этого глава российского государства настаивает, что соглашение с Европой должно быть именно рамочным, конкретным: Москва не желает быть связанной по рукам и ногам «детальными обязательствами» (именно на этом, к слову, настаивает Литва). При этом в эти рамки должно входить политическое партнерство, энергетическая кооперация и совместная борьба с преступностью.
«Я даже специально сейчас об этом не буду рассказывать, именно потому, что мы, в общем, и так этим занимаемся ежедневно, и, слава богу, здесь в общем гораздо больше позитива, чем проблем», – подытожил Медведев.