Во вторник в сербском парламенте появятся коалиция и спикер. Временно председательствующий в парламенте Сербии Йован Кркобабич объявил накануне, что заседание недавно избранной скупщины состоится 24 июня в 18.30. Это может означать только одно – правящее большинство сформировано.
Горизонталь власти
Если Россия действительно хочет видеть Сербию стратегическим партнером, то союз Тадича и социалистов для нас объективно выгоднее, ибо долговечнее
Как известно, первыми о намерении составить такое большинство заявили представители блока «Демократическая партия Сербии – Новая Сербия» и радикалы. Согласно данной задумке пропрезидентский блок «За европейскую Сербию» Бориса Тадича, победивший на парламентских выборах, остался бы за бортом и к дележке министерских портфелей допущен не был.
В таком случае премьерский пост вновь бы достался Воиславу Коштунице, а кресло спикера парламента получил бы лидер радикалов Томислав Николич. Однако для того, чтобы новый парламентско-правительственный пасьянс окончательно сложился, радикалам и ДПС необходимо было заручиться согласием еще и Социалистической партии, которую в свое время возглавлял Слободан Милошевич.
Первоначально нынешний председатель соцпартии Ивица Дачич вроде бы был готов дать свое согласие и даже обещал, что ни при каких условиях не будет блокироваться с Тадичем, движение которого, по неподтвержденным слухам, даже сулило социалистам определенные материальные преференции. На фоне этой дискуссии Дачич даже вылетел в Москву, согласно опять же слухам – за советом и «политическими консультациями». Официальная Москва отреагировала сдержанно, четко подчеркнув, что формирование коалиции – внутреннее дело Сербии.
Как бы там ни было, спустя месяц глава социалистов поспешил взять свои обещания обратно: накануне Тадич и Дачич официально объявили о формировании собственной коалиции, поставив тем самым крест на амбициях Коштуницы и Николича.
Как заявил сам президент, его блоку и социалистам удалось «решить все имевшиеся ранее противоречия» и начать полноценные переговоры о составе правительства. В свою очередь Дачич отметил, что основными принципами новой коалиции станут защита национальных интересов, последовательная политика сохранения Косова и Метохии в составе Сербии, евроинтеграция, а также развитие экономики, борьба с коррупцией и вопросы социальной справедливости.
По неофициальным данным, парламентское большинство обошлось Тадичу недешево: лидер СПС выторговал себе пост вице-премьера, курирующего вопросы внешней политики и безопасности, его коалиционный партнер Йован Кркобабич будет отвечать за социальную сферу, а пост спикера парламента достанется социалистке Славице Джукич-Деянович. Кроме того, социалисты рассчитывают получить посты министров энергетики и инфраструктуры.
Впрочем, за «европейцами» останется ключевой пост премьера, который, как сообщает РИА «Новости», может достаться нынешнему министру финансов Мирко Цветковичу, и должность вице-премьера по евроинтеграции, на которую претендует бывший спикер парламента Оливер Дулич.
К слову, бывшие товарищи по несостоявшейся коалиции крайне болезненно отреагировали на предательство социалистов, разрушивших их мечты.
Как заявил Николич, новая коалиция направлена против всей Сербии, а посему радикалы не будут сотрудничать с ней ни при каких обстоятельствах. Демократическая партия Коштуницы была более сдержанна, заявив, что ожидала от социалистов «свиньи».
«Уже давно было очевидно, что СПС ведет двойную игру, скрывая свои истинные намерения. Правительство, созданное на тайных встречах, под влиянием мафиози и иностранных послов, не принесет Сербии ничего хорошего», – цитирует «Русская линия» заявление пресс-службы партии.
Таким образом, внутреннюю и внешнюю политику Сербии теперь будут определять Тадич и его люди, в связи с чем стоит расставить некоторые акценты.
Между Москвой и Брюсселем
В России бытует мнение, что коалиция радикалов и демократов была бы более пророссийской, ориентированной на Москву, а не на Брюссель. В частности, об этом открытым текстом заявлял спикер Совета Федерации Сергей Миронов, публично огорчившийся тем, что на президентских выборах победил демократ Тадич, а не радикал Николич. Заявление это выглядит несколько странным, благо Тадич взял власть и Москве с ним теперь работать, а о том, что третье лицо в России болело за его оппонента, президенту-триумфатору знать не обязательно.
Впрочем, общую косность этого мнения (которое разделяет, к слову, не только Миронов) можно оставить за скобками. Благо оно неверно в принципе.
С тем же Тадичем Москва сотрудничает давно и продуктивно. В частности, действующий президент Сербии всегда поддерживал идею заключения между Москвой и Белградом соглашения по «Южному потоку» и присутствовал при его подписании. А если совсем коротко, Тадич не может быть антироссийским политиком просто потому, что в Сербии таких политиков вообще нет. Дружба с Москвой – осознанный выбор сербского избирателя, и поле для чиновничьего маневра тут минимальное. Отступ же означает политическую смерть.
Да, Тадич выступает за интеграцию Сербии в Евросоюз, но это также осознанный выбор сербов. Об этом свидетельствуют все без исключения соцопросы, и понять братский народ легко: в одно общее желание стать частью ЕС увязли и география, и воспоминания о политической блокаде, и волокита с визами. Но желание вступить в Евросоюз отнюдь не противоречит намерению дружить с Москвой. Тадич победил сначала на парламентских, а потом на президентских выборах именно благодаря тому, что удачно увязывал эти два направления, а также сумел доказать сербам, что если кто-то и может решить проблему Косова, то только он.
Собственно, Косово и стало первопричиной распада предыдущей демократической коалиции Тадича и Коштуницы. Последний настаивал, что, пока страны ЕС не заклеймят независимость Косова как ошибку, ни о какой евроинтеграции и речи идти не может. По данному вопросу он и нашел союзника в Николиче, который традиционно стоит на ультрапатриотических позициях.
Однако сербы здраво рассудили, что если возвращение Косова вообще возможно, то договориться по данному вопросу с Европой Тадичу заведомо проще, благо в Брюсселе он «свой», а Николич – почти маргинал, партийный босс которого, Воислав Шешель, до сих пор находится в Гааге. Кроме того, Николичу так и не удалось избавиться от имиджа «ястреба», а если сербы от чего и устали, так это от войны.
Вообще, если Россия действительно хочет видеть Сербию стратегическим партнером, союз Тадича и социалистов для нас объективно выгоднее. Просто потому, что теоретически он долговечнее. Косово – это единственное связующее звено между демократами Коштуницы и радикалами Николича (это уже не говоря о социалистах, бывшего лидера которых – Слободана Милошевича – Коштуница лично «свергал»). Идеологически их партии – непримиримые оппоненты в настоящем и заклятые враги в прошлом. Причем это касается не только политики, но и экономики.
Тадич и социалисты в эпоху Милошевича тоже были непримиримыми врагами, однако с тех пор утекло много воды. Точнее, людей. После смерти одиозного лидера «боевое» крыло социалистов перетекло в другие партии (большинство, кстати, к радикалам), что превратило СПС в классическую левую партию европейского типа.
Существует и еще один фактор, теоретический, но опасный. Правление радикалов, на каждом углу заявляющих о «дружбе с Москвой», могло заморозить все процессы по евроинтеграции. И рано или поздно в своем электоральном сознании сербы могли бы увязать для себя, что дружба с Москвой равносильна ссоре с Европой. И вот тогда теплые чувства братского народа к России перестали бы носить характер единодушия.