Вообще, Брюссель пытается утвердить документ на смену породившему ЕС Маастрихтскому договору и действующему договору Ниццы уже не первый год. В 2005 году жители Франции и Голландии отвергли проект конституции Евросоюза, посчитав, что он слишком централизует власть в Европе, лишая национальные государства части важных полномочий.
Нужно так подготовить второе голосование в Ирландии, чтобы его можно было выиграть
Подписанный в декабре 2007 года лидерами стран Евросоюза Лисабонский договор является, по сути, облегченным вариантом провалившейся конституции. Но на этот раз руководство ЕС решило обезопасить документ и отказалось от идеи народного одобрения, поручив ратификацию национальным парламентам.
Однако с одной из стран случилась заминка – конституция Ирландии просто не разрешает принимать решения подобной важности без всенародного референдума. В итоге 53,4% жителей Изумрудного острова высказались против договора. Резоны противников основного документа те же, что и три года назад, – превалирование роли Евросоюза над национальным законодательством.
Заведующий отделом европейской интеграции Института Европы РАН Николай Кавешников считает, что текущий кризис был вызван давней структурной проблемой Евросоюза. «Вся эта история лишний раз доказывает, что в ЕС имеется большой разрыв между элитами и населением, разрыв по вопросу европейской интеграции. Элиты хотят углубления интеграционных процессов, население в массе своей говорит: «хватит, давайте остановимся на том, что есть», – заявил эксперт в интервью газете ВЗГЛЯД.
В итоге, несмотря на то, что 18 из 27 стран – членов Евросоюза уже ратифицировали договор, дальнейшие его перспективы под вопросом: для вступления документа в силу необходимо одобрение всех без исключения государств ЕС.
Реакция еврочиновников и лидеров стран ЕС на демарш ирландцев не заставила себя ждать. Многие обвинили Дублин в предательстве европейских интересов и в организации системного кризиса, который свел на нет все усилия по евроинтеграции. В прессе даже звучали призывы исключить Ирландию из состава Евросоюза. Неожиданную поддержку результаты референдума получили только от президента Чехии Вацлава Клауса, который назвал их «победой демократии и разума над европейской бюрократией».
Впрочем, главные локомотивы евроинтеграции – Германия и Франция – призвали не драматизировать ситуацию, а успокоиться и продолжить процесс ратификации Лисабонского договора, попутно нащупывая выходы из сложившегося правового тупика.
Уже на саммите глава Еврокомиссии Жозе Мануэль Баррозу призвал «проявить солидарность» с Ирландией и «не клеймить их как виноватых». «Мы должны не только заниматься исследованием причин такого исхода референдума в Ирландии, но и конструктивно подумать о дальнейших шагах», – передает его слова РИА «Новости».
Еврокомиссар считает, что после ирландского нет Евросоюз не должен «испытывать чувство шока». «От открывающегося сегодня в Брюсселе саммита ЕС должен исходить четкий сигнал, что мы хотим спасти договор о реформах», – отметил глава Еврокомиссии.
Тут же подоспело известие о том, что британский парламент внял просьбам лидеров ЕС и ратифицировал договор, за что и получил благодарность от того же Баррозу.
Однако после встречи с премьер-министром Ирландии Брайаном Коуэном оптимизма у функционеров Евросоюза поубавилось. Глава правительства мятежного острова заявил, что пока не готов высказать свои предложения по выходу из кризиса и потребовал время для обдумывания ситуации. «Пока слишком рано говорить о немедленном решении. Прошла лишь неделя с того момента, как ирландцы выразили свое мнение. Его необходимо уважать», – пояснил Коуэн.
Баррозу в свою очередь заверил премьер-министра, что Дублин получит необходимое ему время для решения проблем, а вот другой видный деятель евроинтеграции – глава МИД Люксембурга Жан Ассельборн – в своих оценках был куда более резок.
«На саммите Ирландия должна объясниться, а все европейские страны должны до конца года гарантировать ратификацию, а другие страны не должны прятаться за Ирландией», – заявил Ассельборн, добавив, что речь идет, в частности, о Польше и Чехии, президенты которых являются убежденными противниками Лисабонского соглашения (впрочем, республики это парламентские).
Наблюдатели отмечают, что в сложившейся ситуации может быть три варианта преодоления кризиса. Первый и самый вероятный заключается в том, что Ирландию попросят провести повторный референдум.
Подобной позиции придерживается тот же Ассельборн, заявивший на саммите, что необходимо «так подготовить второе голосование в Ирландии, чтобы его можно было выиграть», а Евросоюз, со своей стороны, мог бы дать ирландскому народу гарантии и показать, что его сомнения не обоснованы.
Кстати, опыт переголосования в рамках Евросоюза у Дублина уже есть. В 2001 году ирландцы отвергли ныне действующее базовое соглашение ЕС – договор Ниццы. Спустя год, на повторном референдуме, власти добились от электората необходимого Брюсселю да, и договор открыл дорогу в ЕС 10 странам Восточной и Центральной Европы.
При таком раскладе ирландцы, конечно, могут потребовать внести изменения в текст договора, дабы обеспечить для себя ряд выгодных условий, однако Баррозу уже высказался на этот счет. «Будет очень сложно внести какие-либо институциональные поправки в текст Лисабонского договора в том виде, в котором он уже был одобрен рядом стран», – отметил он.
По словам Николая Кавешникова, существует еще два пути решения проблемы. «Второй вариант – открыть переговоры заново по новому договору. Это очень сложно и трудоемко. Третий вариант – самый маловероятный и сложный: Ирландию могут исключить из-под юрисдикции Лисабонского договора. Тогда все страны будут жить по новому договору, а Ирландия – по старому», – пояснил эксперт.
Как бы то ни было, по итогам первого дня саммита европейские лидеры признали, что готовых рецептов у них нет. Премьер-министр Люксембурга и председатель Еврогруппы Жан-Клод Юнкер весьма категорично заявил, что прийти к окончательному решению на текущем саммите не получится. «Думаю, нам потребуется взять паузу на раздумья до осеннего саммита ЕС, который состоится в октябре», – передает слова Юнкера ИТАР–ТАСС.
«Ни один из возможных сценариев выхода из кризиса мне не нравится», – добавил он.
«Проблема в том, что в своем нынешнем состоянии Евросоюз малоэффективен. Из-за того, что он значительно расширился, а механизмы принятия решений остались прежними, очень сложно приходить к консенсусу и принимать общие решения. Лисабонский договор во многом направлен на то, чтобы сложности, связанные с расширением, минимизировались, что сделало бы ЕС более эффективной машиной. Но это стремление натолкнулось на нежелание европейцев передавать в Брюссель дополнительные полномочия», – пояснил Кавешников.
Эксперт Центра политической конъюнктуры Евгения Войко также констатирует в Евросоюзе серьезные структурные проблемы. «Можно уже в который раз наблюдать отсутствие консолидации европейских элит, отсутствие способности мобилизовать европейский электорат, европейских граждан на поддержание инициатив Брюсселя. Теперь уже можно говорить и об информационном кризисе, и о кризисе управления», – заявила эксперт корреспонденту газеты ВЗГЛЯД.