Избранный (или, как сказано в редакционном комментарии Financial Times, «грядущий» – incoming) президент России Дмитрий Медведев поверг британский истеблишмент в растерянность. В интервью одной из самых авторитетных британских газет он подробно изложил как социально-экономические, так и идейно-политические основы политики, которая будет им осуществляться начиная с 7 мая.
Играя роль передового отряда «атлантической демократии», британские лейбористы могут воображать себя законными наследниками Британской империи
Реакция Лондона не заставила себя ждать. Уже во вторник МИД Великобритании официально сообщил, что надеется на улучшение отношений с Россией и ее новым руководством. «У нас нет каких-то особых комментариев по поводу данной конкретной статьи, но мы подтверждаем нашу ранее высказанную позицию по поводу британо-российских отношений и их развития», – заявил РИА «Новости» представитель пресс-службы Форин-офиса.
Вслед за Уайтхоллом о том же заявили и на Даунинг-стрит. Устами пресс-секретаря премьер-министра Великобритании Гордона Брауна правительство Соединенного Королевства поведало, что «всегда искало возможности улучшить отношения с Россией и надеется на расширение сотрудничества по ряду вопросов».
Однако в тот же день из тех же источников прозвучали и совсем иные слова. Во вторник был обнародован доклад британского МИДа, в котором было сказано, что британцы будут продолжать добиваться от России выдачи Андрея Лугового. «Великобритания привержена тому, чтобы продолжать требовать экстрадиции Андрея Лугового, с тем чтобы он мог предстать перед судом в Великобритании за убийство Александра Литвиненко», – говорится в документе, представленном министром иностранных дел Дэвидом Милибэндом.
Надо отметить, что тему выдачи бывшего офицера и бизнесмена Андрея Лугового, обвиняемого английскими властями в убийстве Александра Литвиненко – своего коллеги по госбезопасности, а позднее приближенного к беглому олигарху Борису Березовскому, британская сторона не поднимала после того, как фигурант стал депутатом (Луговой попал в Думу благодаря Владимиру Жириновскому, который подарил ему второе место в федеральном списке своей партии). А после публикации Медведева в FT вдруг вспомнили…
Дальше – больше: в среду все тот же МИД Великобритании опубликовал список из 22 стран, состояние демократии в которых вызывает у него наибольшие опасения. В него, наряду с Афганистаном, Кубой, Ираком, Ираном, Белоруссией, Узбекистаном и т.п., попала и Россия. Чтобы получить такой результат, британским экспертам пришлось вспомнить всё. И «положение демократических институтов», и «сокращение демократического пространства», и действия в отношении НПО, и закон о борьбе с экстремизмом...
Разумеется, указано было на «многочисленные нарушения» в ходе парламентских выборов. Упомянут рост насилия в отношении журналистов. «Особенное беспокойство» у Форин-офиса вызывает «общественная кампания и дискриминационные меры в отношении этнических грузин в России». Надо понимать, речь идет о напряженности в российско-грузинских отношениях, имевшей место два года назад.
В духе торжествующей европейской толерантности британский МИД вступился за права сексуальных меньшинств, которые, по мнению британцев, нарушены отказом в проведении гей-парада в Москве. Ну и, разумеется, беспокоится Альбион из-за ситуации на Северном Кавказе… Даже удивительно, почему в докладе не вспомнили ГУЛАГ, черту оседлости и опричнину.
При этом всё тот же МИД, гордо сообщивший о значительных суммах, потраченных на поддержку гражданского общества в России (более 700 тыс. фунтов стерлингов в 2006–2007 финансовом году, и еще 440 тыс. фунтов стерлингов на реализацию 16 проектов запланированы на 2007–2008), сделал в среду еще одно объявление.
Британский совет намерен сократить финансирование своей инфраструктуры в России. Официальная мотивировка – необходимость «эффективно использовать ресурсы». Однако нельзя не отметить, что речь идет именно о той структуре, из-за которой этой зимой у наших стран возникли проблемы…
Получается, что Британия одновременно подает России два противоречивых сигнала. С одной стороны – «готовы к сотрудничеству». С другой – «не дадим попирать демократию». И на то есть причины.
То, что такая линия поведения избрана лейбористским правительством в электоральных целях, для нас неважно. Это их внутренние проблемы, сами разберутся. Не очень важны и личные амбиции потомственного троцкиста Милибэнда, старающегося подсидеть своего шефа Гордона Брауна. Это факт его биографии.
Важно, что Британия находится в поле действия факторов, напрямую связанных с Россией. И оказывается первым индикатором того, как складываются отношения нашей страны с мировыми «грандами».
Соединенное Королевство под водительством Брауна и Милибэнда в прошлом году взяло на себя функцию авангарда «наступательной демократии» – во всяком случае, в отношении России. Отказаться от этой роли только потому, что новый российский лидер говорит правильные слова, они никак не могут.
К тому же постоянно возникающая экономическая составляющая не дает британцам расслабиться. Страшное слово «зависимость» не произнесено, но оно подспудно присутствует в информации о том, сколько российских денег в британской экономике (не говоря уж про углеводороды). И если «демократический спецназ» отступит перед Россией на политическом фронте, то слово прозвучит…
Не забудем также, что бороться с Россией для англичан привычно еще с екатерининских времен. И сегодня, играя роль передового отряда «атлантической демократии», британские лейбористы могут воображать себя законными наследниками Британской империи. Однако для России всё это хоть и создает напряжение, но, скорее, полезно.
Во-первых, у нас есть надежный индикатор. Поведение Британии ярче всего демонстрирует, какие настроения преобладают в западной элите по отношению к нам, а значит, дает внятную информацию о том, чего стоит ожидать.
Во-вторых же, как показывает случай с медведевским интервью, у этого самого передового отряда довольно уязвимые позиции. Слыша речи, выдержанные в понятных западному человеку ценностных рядах и политических терминах, противник тушуется. И дает слабину...
Собственно говоря, ничего удивительного. Ведь, если судить по литературе, когда-то Англия сдалась даже барону Мюнхгаузену.