Открывая заседание, глава ПАСЕ Рене ван дер Линден не переставал раздавать щедрые комплименты в адрес российского руководства. «Председательство России в Комитете министров Совета Европы – это признак того, что Европа вносит вклад в организацию своего единства и отсутствие разделительных линий на континенте», – отметил ван дер Линден.
Вопрос времени
Сколько бы усилий и времени ни потребовалось, ратификация протокола № 6 является для нас одним из национальных приоритетов
По его словам, настало время забыть о распрях прошлого и вместо этого обратить свой взор в общее будущее. Впрочем, добрые слова и на этот раз не уберегли российскую сторону от упреков, которые успели стать традиционными. Европейские делегаты беспрестанно повторяли, что «не пытаются судить Россию». Хотя только вопрос о перспективах ратификации протокола об отмене смертной казни прозвучал на заседании несколько раз. Европарламентарии спрашивали, что называется, прямо в лоб, но одних заверений со стороны российских коллег оказалось явно недостаточно.
«Сколько бы усилий и времени ни потребовалось, ратификация протокола № 6 является для нас одним из национальных приоритетов», – заметил в самом начале заседания спикер Госдумы Борис Грызлов. В том, что Россия не отказывается от обязательств, взятых на себя при вступлении в Совет Европы, заверил и глава МИД Сергей Лавров. В ответ европейские коллеги потребовали сообщить четкий график прохождения документа в Госдуме.
«Я, право, не знаю, что сказать, – на этот раз смутился Лавров. – Это равнозначно вопросу о том, когда у нас появится политическая воля». И далее отметил, что политической воли нам все же не занимать. «Воля есть, это только вопрос времени», – подчеркнул министр и мягко попросил европейских коллег считаться с настроениями российской общественности. «А настроения таковы, что, как только мы принимаем решение об отмене смертной казни, у нас тут же случаются трагические события», – сказал глава МИД, вспоминая захват школы в Беслане в сентябре 2004 года. «Поговорите с матерями Беслана, и вы многое поймете», – искренне обратился к европарламентариям Лавров.
Глава думского Комитета по международным делам Константин Косачев постарался рассудить здраво. «Не хотелось бы, чтобы решение о ратификации протокола стало вынужденным, – заметил депутат в беседе с журналистами. – Отмена смертной казни отвечает прежде всего интересам самой России». По его словам, любое промедление в решении этого вопроса грозит завести отношения с Европой в тупик. «Трудно предположить, что Европа и дальше будет сохранять равнодушие, – предположил Косачев. – Но чем дольше мы будем откладывать, тем сильнее будет оказываемое на нас давление».
Впрочем, со слов главы ПАСЕ Рене ван дер Линдена стало ясно, что еще некоторое время в Европе готовы ждать ответных шагов со стороны России. «Россия взяла на себя эти обязательства, и Россия их выполнит», – выразил твердую уверенность ван дер Линден.
По российским стандартам
Глава МИД Сергей Лавров (фото: ИТАР-ТАСС) |
А вот в России, похоже, больше не намерены терпеть то и дело раздающиеся упреки в отходе от европейских стандартов. Сергей Лавров в очередной раз посоветовал европейским коллегам не учить нас демократии. «Механически переносить чью-то модель демократии на другую почву не получается», – заметил министр. По его мнению, лучшим индикатором реализации демократического выбора является соответствие проводимого курса ожиданиям общества. «Это касается любой страны, прошедшей исторический путь и отличающейся от того, что принято называть стандартом на Западе, – указал Лавров. – Демократические модели, навязываемые извне, просто не работают».
«В России прогресс действительно налицо», – не стал спорить с министром и один из европейских парламентариев. По его словам, на пути построения демократии Россия продвинулась гораздо дальше, чем, например, Белоруссия. Но претензии к этой стране европарламентарии попытались переадресовать российскому руководству. «Всем известно, что Россия может оказать влияние на Белоруссию», – полагает другой парламентарий.
«В России не закрывают глаза на имеющиеся трудности в этой республике, – взялся держать ответ Борис Грызлов. – Однако мы категорически возражаем против надуманных обвинений в том, что Белоруссия якобы несет угрозу стабильности и безопасности в Европе». По мнению спикера, ультимативные обвинения только ухудшают политический климат в Европе, а «демонстративный отказ от равноправного диалога с легитимно избранным руководством страны не способствует снятию имеющихся опасений». К сказанному спикером Сергей Лавров добавил сомнения по поводу механизма мониторинга за ходом выборов в постсоветских республиках. По его словам, зачастую полученные данные не лишены предвзятости и грешат глобальными оценками.
Впрочем, это же касается и обвинения в адрес России по поводу нарастающих настроений ксенофобии. Один из европейских парламентариев попытался проинтерпретировать запрет на проведение гей-парада в столице как очередной всплеск национализма. На что получил твердый ответ министра Лаврова о недопустимости таких мероприятий. «В каждой стране есть свои законы, – отметил министр. – Демонстрация не была разрешена, и каждый потенциальный участник этого мероприятия должен был сделать выводы для себя».
И хотя борьба с «любыми проявлениями нетерпимости», ксенофобии и экстремизма требует, по словам Лаврова, универсального подхода и объединения усилий всех европейских стран, «искоренять эти позорные явления можно только сообща». «Нас в России не меньше беспокоят моменты, когда совсем недавно в Совете Европы сохранялось молчание в период разгона демонстрации антифашистов в одной из стран Балтии, когда одетые в лагерные робы со звездой Давида антифашисты были разогнаны и Совет Европы молчал», – не без удовольствия заметил Лавров, чем вызвал у европейских коллег явное замешательство.