Основной вопрос, который задавали эксперты в уходящем году, звучал примерно так: «Ну хорошо, стабильность достигнута, но когда она сменится развитием?..» Вопрос, прямо скажем, не лишен логики: стабильность в какой-то момент начинает именоваться застоем, особенно в реалиях XXI века. Другой вопрос, что наблюдаются и зачатки развития, по меньшей мере если исходить из того, что промежуточной переходной фазой между этими этапами по определению становится реструктуризация.
Предвыборное партстроительство
Только за 10 месяцев 2006 года реальные доходы населения выросли на 11,5%
Реструктуризация, или, если угодно, переконфигурация, особенно хорошо заметна на примере партийно-политического строительства. До самого последнего времени отечественное партийное поле напоминало скорее гуляйполе из самых лихих времен российской истории прошлого века. Огромное количество разного рода партий и партиек, представлявших в ряде случаев их учредителей с приятелями и членами семей.
В какой-то момент возникло ощущение, что тенденция меняется на противоположную: заговорили об общей зачистке политического поля. Однако ситуация, при которой в стране более десятка политических партий, вряд ли дает основания для столь разных выводов.
А вот что действительно происходит – так это обретение партийным полем некоторой структуры. Прямо скажем, процесс очевидно контролируется «сверху» – но без этого, надо полагать, нормальная конфигурация, характерная для стран с развитой демократией, едва ли может быть достигнута в обозримые сроки. Притом что до парламентских выборов остается уже меньше года. Неудивительно, кстати, что именно в прошедшем году особенно отчетливо были заметны усилия власти на ниве идеологической (здесь как минимум можно говорить о том, что «лед тронулся»). А одним из важных аспектов суверенной демократии является именно тема партстроительства.
Новая структура партийного поля выглядит достаточно логично. Есть две очевидно теряющие партии-ветераны – КПРФ и ЛДПР. На выборах-2007 они, скорее всего, преодолеют 7%-ный барьер, хотя серьезной роли в парламентских коллизиях играть не будут. Равно как и далеко не очевидно их присутствие в Думе после выборов-2013. Есть еще с десяток партий самой разной направленности – от довольно маргинальных до имеющих некоторое влияние. Попадут ли они в новый состав Думы – большой вопрос, хотя у некоторых из них (к примеру, у СПС) определенные шансы сохраняются.
Наконец, есть, есть два «тяжеловеса», так сказать, новый и старый. И если «Единая Россия» традиционно позиционируется как партия власти, то вновь образованная «Справедливая Россия» имеет пока лишь не вполне понятный статус «второй ноги». Судя по всему, именно здесь и будет наблюдаться главная интрига предстоящего электорального сезона. Причем многое станет ясно уже после весенних выборов в региональные заксобрания.
Экономическая концентрация
В уходящем году экономический рост ускорился, приблизившись к 7%. Рос и внутренний спрос, причем как потребительский, так и инвестиционный. Только за 10 месяцев 2006 года реальные доходы населения выросли на 11,5% (год назад эта цифра составила 9,1%). На фоне достаточно успешной борьбы с инфляцией продолжился рост объемов ЗВР и Стабфонда.
Стабильная политическая и экономическая конъюнктура нашла свое отражение в росте рейтингов России по оценкам крупнейших мировых рейтинговых агентств. Что не замедлило сказаться на состоянии отечественного фондового рынка. Капитализация его еще до конца года превысила триллион долларов США, а индекс РТС к концу декабря перевалил за отметку 1900, более чем в полтора раза превысив прошлогодние показатели и в три с лишним – уровень 2004 года. Аналитики уверенно прогнозируют, что к весне 2007 года индекс РТС превысит рубеж 2000 пунктов.
При этом стали ясны новые «локомотивы роста», они же «голубые фишки». Концептуально структура пока не поменялась – основной прирост капитализации дает ТЭК. Однако теперь речь идет не просто о «нефтянке + Газпром»: так, декабрьский рост был обусловлен в первую очередь успехами РАО «ЕЭС» и Сбербанка. А вот что очевидно, так это «прибавка в весе» тех компаний, в которых высока доля государственного капитала, – и эту тенденцию можно, пожалуй, назвать структурной. Связано это как напрямую с сростом доверия к Российскому государству (как в стране, так и за рубежом), так и с той финансово-инвестиционной политикой, которую проводит менеджмент этих компаний. Многое уже было сказано о сверхамбициозном проекте Северо-Европейского газопровода, не остались внакладе новые акционеры Роснефти (в том числе и простые российские граждане), готовятся к выходу на IPO Сбербанк и Внешторгбанк. А на этом фоне подтягивается и частный капитал – от сырьевого до высокотехнологичного (к примеру, компании-операторы сотовой связи), причем речь идет в числе прочего и об экспансии на внешние рынки.
Иными словами, бизнес в условиях суверенной демократии сделал за отчетный год шаг вперед. Другой вопрос, что все, сказанное выше, относится в первую очередь к крупнейшим российским компаниям. Однако в условиях растущего потребительского спроса создаются и дополнительные возможности для среднего и малого бизнеса: его мобильность позволяет наиболее оперативно удовлетворять растущие потребности потребителей. Еще одна проблема – сохраняющийся перекос структуры экономики в сторону ТЭК. Здесь также заметны определенные подвижки (создание Инвестиционного фонда и т.п.), но реальных перемен можно ожидать лишь в будущем. Так или иначе, при наличии четкой политической воли со стороны государства на реальные позитивные сдвиги можно рассчитывать и здесь.