Всем известны строки Федора Тютчева: «Блажен, кто посетил сей мир в его минуты роковые». С этим можно спорить – например, китайские мудрецы утверждали нечто противоположное. Однако и желающих испытать подобное блаженство у нас немало. Это можно назвать современным милленаризмом, тем более что новое тысячелетие началось относительно недавно и связанные с этим подсознательные ожидания перемен еще не выветрились окончательно.
Впрочем, «минуты роковые» на самом деле случаются не так часто, поэтому тем, кто подсел на острые исторические ощущения, приходится эти минуты выдумывать или пользоваться услужливыми подсказками СМИ.
Например, одним из маркеров подобного хода мыслей можно назвать выражение «ушла эпоха». Кто бы ни умер из известных и хорошо поживших людей, мы обязательно прочитаем в блогах это сакраментальное «ушла эпоха». А спустя месяц, после очередного грустного известия, можно проводить эпоху еще раз. Нравится людям провожать эпоху за эпохой, что тут поделаешь.
Столь же заманчивыми оказываются манипуляции с другим устоявшимся выражением – «третья мировая война». Вообще-то эта фраза впервые была использована в американской прессе еще в 1941 году, когда мировая война номер два была очень далека от завершения. Со временем ожидание третьего и, надо думать, самого разрушительного глобального конфликта, становилось всё напряженнее. А где ожидания, там и спекуляции.
В принципе, любой современный вооруженный конфликт можно трактовать как преддверие третьей мировой, и торговцы военно-политическим кликбейтом этим умеют пользоваться. С другой стороны, существует риторическая концепция, согласно которой третья мировая давно идет, просто она не похожа на предыдущие, и мы находимся внутри этого процесса (здесь обычно говорят про «сетецентрическую», «когнитивную» войну и т. п). Такой взгляд на мир позволяет получать вечный кайф от «минут роковых», не вставая с дивана.
Разумеется, недавний обмен ударами между Израилем и США, с одной стороны, и Ираном, с другой, не мог обойтись без спекуляций вокруг третьей мировой войны, тем более что в этом сюжете есть детали, которые подобным спекуляциям помогали. Во-первых, у публики существует широкое убеждение в том, что последняя битва света и тьмы – Армагеддон – должна разразиться где-то на Ближнем Востоке, ведь в Библии просто так не напишут. А Армагеддон – это ведь и есть третья мировая. Вернее, последняя. Во-вторых, американская ракетная атака началась не когда-нибудь, а «22 июня, ровно в четыре часа», и мимо этого символа тоже трудно было пройти любителям досужей аналитики.
А надо сказать, что аналитики, экстраполирующей на долгий срок новости последнего часа, пишется очень много, теперь уже иногда и с помощью нейросетей. Если же следующий час принесет новость противоположного содержания, не беда. Можно снова разлиться соловьем и изобразить иные выводы, но столь же далеко идущие. Главное – провозгласить, что реальность радикально поменялась, произошло нечто невиданное и, следовательно, «мир никогда уже не будет прежним».
Но мир проявляет удивительную волю к тому, чтобы оставаться прежним и возвращаться, подобно маятнику, к привычным формам жизни. Смотришь, уже и взаимные клятвы сокрушить врага сменяются перемирием, и рабочие быстро разбирают развалины, и разбомбленные заводы и аэропорты вновь начинают работу, а на параде в Тегеране появляется генерал, ранее объявленный убитым. И снова люди радуются солнцу, ходят на концерты, сидят в кафе, влюбляются и заводят детей... Жизнь идет своим чередом, превозмогая все попытки нарушить ее обычное течение.
И тогда вновь на арену выходят аналитики и заверяют, что противники оказались слабаками и ничего серьезного между ними никогда не случится, поэтому «расходимся, граждане».
И тоже будут неправы.
Потому что мир, оставаясь прежним, все-таки меняется. Это очевидно, ведь четверть века тому назад я не мог писать тексты и узнавать новости в своем телефоне, а теперь могу. Но и тогда кто-то говорил о третьей мировой, например, в связи с терактом 09/11. А в итоге – разумеется, промежуточном – в Афганистане правят всё те же талибы, как будто и не было стольких лет. Только теперь у каждого талиба в кармане лежит смартфон. А мировой войны пока что не случилось.
Мир меняется, но мы не всегда можем понять, что именно его меняет. Может быть, совсем не те события, которые мы встречаем в заголовках новостей. Рассказ Рэя Брэдбери про раздавленную бабочку – в том числе и об этом. На днях я увидел на стене нашей квартиры паука и решил не убивать его, а выпустить на волю. Возможно, это мое решение повлияло на судьбы мира не меньше, чем ракетные удары по подземному объекту Фордо, которые, как говорят, не причинили особого ущерба иранской ядерной программе.
Великие перемены могут происходить из-за того, что в одной кузнице не было гвоздя, а в другой он как раз был. Например, опыт специальной военной операции показал, что дорогостоящие танки, крейсеры и стратегические самолеты могут оказаться бесполезными, в то время как копеечные дроны, собираемые кустарным образом, определяют характер и ход военных действий. Война изменилась, но это произошло само собой, без сенсаций, захватывающих воображение миллионов.
На фоне эффектных взрывов и грозного восточного бахвальства на Ближнем Востоке работа наших солдат на фронтах СВО не кажется впечатляющей и не будит воображения широко мыслящих обывателей. Иной раз даже раздражают наши военблогеры, выдающие одно за другим сообщения типа «ВС РФ заняли три дома в селе Новониколаевка». Вы еще голосом Левитана это прочитайте! Казалось бы, ну что это за успехи такие: там освободили лесополосу, тут продвинулись на 300 метров. Но именно эта тяжелая работа сегодня действительно меняет мир, хотя и медленнее, чем нам хотелось бы.
Чтобы понять будущее, приходится присматриваться к реальности во всем ее многообразии. К мелочам, которым не всякий сразу придаст значение. А вот играть с искусственными конструктами наподобие «третьей мировой войны» и рассчитывать на то, что в один прекрасный или ужасный момент мы увидим «новое небо и новую землю» – значит, упускать из виду тот огромный мир, который продолжает жить своей сложной и упорной жизнью и в котором тонет любой медийный водоворот.