Сегодня, когда наша страна настойчиво ищет свое место в меняющемся мире и «скрипучий поворот руля» физически слышится в воздухе, имеет смысл поговорить о том, что именно Россия может предложить своим партнерам – прежде всего странам Глобального Востока и Юга.
Наши наличные ресурсы и перспективы развития более-менее понятны, несмотря на множество неизвестных, связанных как с санкционной политикой недругов, так и с тем, какими темпами мы на самом деле сможем осваивать новое и наверстывать упущенное.
Но нам, как всегда, этого мало. То тут, то там возникает разговор о необходимости «генерировать смыслы»; так, например, на недавнем фестивале культуры «Русское лето» в Воронеже прошел круглый стол философов, на котором обсуждался «Открытый русский космос» – тот комплекс идей, который мы могли бы дать миру как антитезу западной тенденции дегуманизации, отказа от человеческого в человеке. Понятно, что речь шла прежде всего о развитии наследия русского космизма, философии общего дела и т. п. Но насколько это наследие актуально для стран, которые сегодня нам близки? Можем ли мы увлечь этими идеями другие народы или нам нужно подумать о каких-то иных вещах?
Русских часто упрекают в мессианстве. Это вряд ли наша уникальная черта; в конце концов, крестовые походы были придуманы не у нас. Но мы действительно чувствуем себя не в своей тарелке, если не участвуем в мировой борьбе идей. Вновь вступая в эту борьбу после долгого отказа от нее, мы точно попадаем в нерв современности, поскольку в наше время крупная страна не может существовать без привлекательного национального бренда, в состав которого входят не только бытовые стереотипы (пресловутые «баня, водка, гармонь и лосось»), но и система идей и смыслов. Русские – это сегодня о чем? За что их стоит уважать? Чему у них можно научиться?
Конечно, есть соблазн пустить вперед проверенную команду из Достоевского, Толстого, Чехова. Классика всегда в цене, но это, пожалуй, чересчур отвлеченная ценность. Скажем, у персов литературная традиция древнее, так что авторитетом наших классиков их не задавить. Русской философией умы Востока и Юга тоже не покоришь, все-таки это наследие довольно герметично существует в рамках нашей собственной культуры.
Надо учитывать, что среди наших партнеров немало народов с глубокими традициями, поэтому наш нынешний курс на возвращение к традиционным ценностям, должно быть, кажется им неофитством. В самом деле, во всем мире, в том числе и на Западе, известно, что главный источник и поставщик всевозможной «духовности» – это Индия. Таково международное разделение интеллектуального труда, если так можно выразиться.
Ценности коммунистической традиции тоже не могут быть нашим уникальным интеллектуальным предложением. Мы в свое время сами от этого бренда отказались. И хотя мы вновь начинаем ценить лучшее, что было в советскую эпоху, более верными хранителями этой традиции оказались Китай, КНДР, Куба.
Кажется, что нам стоит развивать наши национальные смыслы на основе фактически сложившихся особенностей нашей страны. Россия сама по себе настолько уникальна, что и выдумывать ничего не надо.
Россия – самая большая по территории страна мира, и это само по себе – мощная идея. Русские умеют управлять пространством, выстраивать пространственные связи, вообще живут в совершенно ином пространственном масштабе. Поэтому закономерно, что народ, воспитанный в таких отношениях с пространством, стал первооткрывателем космоса. Здесь русский космизм мог бы найти свое место как один из содержательных компонентов этой пространственной идеи.
Затем, Россия – северная страна. Русские – «короли Севера», люди особой выносливости, которые могут жить в условиях, немыслимых для подавляющего большинства населения Глобального Востока и Юга. Народы России выработали уникальные традиционные практики жизни в экстремальных условиях, и это относится не только к этническим русским как таковым, но и, например, к якутам. Соответственно, каждый успех России в освоении Севера нужно использовать, чтобы показать величие и масштаб российской цивилизации.
Еще более важны для мира наши социальные и государственные практики, связанные с совместным проживанием множества различных, но равноправных народов. В отличие от колониальных империй Запада, Россия с самого начала строилась как многонациональное государство, то есть это не новейшее достижение и не продукт эволюции, а наиболее глубинная и органичная черта нашего государствообразующего народа. Мы изначально таковы – и в этом наша уникальность.
Эта идея тем более существенна, что российская модель открыта для мира, в отличие от модели Европы по Жозепу Боррелю – «цветущего сада», отгороженного высоким забором от окружающих «диких джунглей». Мы хотим, чтобы мир перенимал у нас лучшее, при этом идеал многополярного мира, к которому мы стремимся, конгруэнтен идеалу внутреннего устройства России.
И отсюда следует еще одна уникальная черта России. Это единственное крупное государство, преимущественно населенное людьми европейской культуры, которое в мировом противостоянии встало на сторону Юга и Востока. Поэтому нам доверяют в арабских странах – от Сирии, дружбу с которой мы унаследовали от СССР, до консервативных ОАЭ. Поэтому мы добились того, что Иран больше не считает нас «малым шайтаном». Поэтому страны Африки изгоняют французских неоколонизаторов, но приветствуют российских парней, которые несут не порабощение, а свободу. Репутация «хороших белых, которые за нас», дорогого стоит.
При этом мы спасаем честь Севера, выступая защитниками слабых и бедных. И это тоже магистральная линия русской истории, которая начиналась с борьбы Российской империи за освобождение славян и продолжалась борьбой СССР против западного колониализма.
Таким образом, российская земля и российская история сами по себе порождают очень правильные и нужные для мира смыслы. Всё, что от нас требуется – каждый день стараться быть на высоте этих смыслов и утверждать их сегодняшними делами.