23 августа 2018 года в рамках международного форума «Армия-2018» состоялась конференция «Психологическая оборона». Основная задача конференции – обсудить новые вызовы и угрозы в информационной сфере, а также планы и перспективы создания в структуре Министерства обороны системы противодействия операциям информационной и психологической войны. Для участия в конференции пригласили отечественных специалистов в сфере информационной безопасности, как военных, так и гражданских.
Сегодня противодействие информационным операциям вероятного противника – это в первую очередь комбинация оперативных, агентурных и информационно-психологических методов воздействия.
Стратегия «психологической обороны» должна иметь наступательный характер, позволяющий перехватывать инициативу у противника в сфере проведения информационных операций и отражения информационных атак, направленных на первых лиц государства (президента и его окружение).
Следует отметить, что «Армия-2018» – первое столь масштабное мероприятие, на котором обсуждаются вопросы организации «психологической обороны» (противодействия информационной войне). Прежде вопросы этого порядка обсуждались кулуарно и в основном в закрытом или существенно ограниченном формате, в присутствии ограниченного числа лиц. В итоге дальше общих рассуждений дело так и не продвинулось.
На момент весны 2014 года у России не было ни собственной системы информационного противоборства, ни специалистов в области информационных и психологических операций. А у США и «коллективного Запада» они были.
В результате в сфере информационной войны началась «игра в они ворота»: США били по России то «панамским досье», то «Кремлевским докладом» на пару с «допинговым скандалом», раздутым WADA, а мы, в свою очередь, то невнятно оправдывались, то «крепчали».
Финалом этой необъявленной войны стало «дело Скрипалей», представляющее собой стандартную оперативную комбинацию-четырехходовку, «игру с пошаговым повышением ставок», которую наши попросту «проспали». В результате США даже выпустили отдельный «химический» билль о новых санкциях против России, привязанных к инциденту в Солсбери как к ключевому информационному поводу. И снова им это сошло с рук.
Однако теперь ситуация может существенно измениться, причем уже в самое ближайшее время.
МО РФ «психологической обороной» фактически анонсировало создание в структуре министерства системы информационного противоборства и, возможно, даже сил информационных операций специального назначения (СИОСН). И этим ведомство Сергея Шойгу вырвалось вперед, обойдя на вираже своих возможных конкурентов в данной сфере – Росгвардию и спецслужбы, также занимающиеся активной проработкой планов создания подобного рода служб.
Действительно, к идее создания собственной (на первых порах – ведомственной) службы информационных операций в последние годы наперегонки двигалось несколько ведомств. Так, в Росгвардии на базе Новосибирского университета уже начаты (в экспериментальном порядке) набор и обучение нескольких групп курсантов по направлению «информационная война; отражение информационных атак».
Для МО РФ это несомненный успех, потому что в случае создания такой службы результаты ее деятельности всегда будут в центре внимания руководства страны, которое вынуждено отражать многочисленные внешние информационные атаки, не имея для этого специализированного аппарата и надежного технологического инструментария.
Структурно такая служба может состоять из подразделений мониторинга, выявления и предупреждения об информационных атаках на ранних стадиях; службы быстрого реагирования (на внезапно выявленные информационные атаки); кризисного центра; психологической службы (может быть создана с использованием опыта психологической службы МЧС) и др. И тогда информационные операции ЦРУ и Госдепа будут нам не страшны.
В этом плане основными направлениями «психологической обороны» могут стать:
– обеспечение информационной безопасности первых лиц государства, отражение информационных операций и атак, направленных на первых лиц (президента, премьера, др.), планирование и реализация собственных операций и контропераций информационной войны;
– обеспечение собственной информационной и психологической безопасности руководства ведомства, в составе которого будет создан Центр информационных операций;
– контридеологическая и контрпропагандистская борьба с идеологами цветных революций, в том числе в социальных сетях;
– выработка эффективных средств противодействия технологиям конфликтной мобилизации молодежи для участия в протестном движении;
– мониторинг политической активности и протестных настроений в информационном пространстве (в том числе выявление признаков подготовки цветной революции или применения цветных технологий политической дестабилизации, конфликтной мобилизации, вербовки в социальных сетях);
– военно-научная деятельность.
Впрочем, создание «психологической обороны» в МО – всего лишь первый этап, призванный со временем вывести эту структуру сначала на общенациональный, а затем и на международный уровень. Так, для противодействия информационным операциям США необходимо использовать колоссальный ресурс межгосударственного сотрудничества России со странами БРИКС, ШОС, ЕАЭС.Основанием для создания единого пространства коллективной безопасности стран БРИКС в информационной сфере является общая для всех указанных стран потребность в противодействии транснациональной киберпреступности и в отражении операций информационной войны, организуемых зарубежными противниками и конкурентами БРИКС.
При этом первыми конкретными шагами в данном направлении могут стать создание киберполиции БРИКС и, под российской эгидой, центра информационных операций БРИКС, призванного противостоять информационной войне.
К этой работе может подключиться и Госсовет РФ, взяв на себя координацию международной составляющей деятельности по созданию системы «психологической обороны» БРИКС, ШОС, ЕАЭС и других организаций и объединений.
Нет сомнений в том, что формирование в БРИКС собственной системы наднациональных органов, отвечающих за обеспечение информационной безопасности объединения в целом, может стать основой функционирования эффективного механизма коллективного противодействия операциям информационной войны.
В этом плане такая система органов может быть организована, используя опыт создания и функционирования соответствующих наднациональных органов Европейского союза. И все это – перспективы, открывающиеся благодаря инициативе МО РФ в сфере «психологической обороны».