Сравните допустимость поведения на трибунах у нас и в США. У нас любой махающий руками – это потенциальный хулиган, у них нет этого. Зато есть другие жесткие ограничения.
Система «не прикасаться» очень жестко делит общество на своих и чужих
США лет двадцать назад называли культурой – руками не трогать (don't touch). Нельзя без взаимного согласия хватать собеседника руками, а инициировать попытку просто неприлично. То же самое относится к пикапу.
Отсюда принципиально иное отношение к понятиям наглости. Можно подойти и попытаться познакомиться, а руками хватать без предварительного согласия не стоит.
Из этой «мелочи» вытекает очень многое. Прежде всего, достаточно спокойное и презрительное отношение к многим видам наезда – говорить, мол, имеет право, но и в ответ можно сказать, а руками все равно не имеют права тронуть. И одновременно это очень резкое, эмоциональное отношение, когда запрет нарушается или имитируется попытка нарушения.
Естественно, это не отменяет драк, ссор и дружеских объятий. Точно так же это не отменяет любви американок к сексу, включая групповой секс. Вопрос в ином – в отношении к наглости и психологическому давлению.
Например, кавказцы часто чувствуют себя в Америке неуютно. Их привычное поведение с некавказцами часто попадает в разряд наглого. Приходится вести себя иначе, а это создает внутреннее напряжение.
Не стоит себя обманывать допустимостью эмоционального поведения в американских СМИ и на сцене. Во-первых, такое поведение относится к допустимому, поскольку через экран все равно схватить зрителя за руку невозможно. Во-вторых, оно все равно относится к наглому. И тут переживаний больше.
Когда Царнаевы начали в американских СМИ давать свою версию теракта в Бостоне, американцы вздрогнули от их наглости куда больше, чем россияне вздрагивают в аналогичных обстоятельствах. Будь американцы на нашем месте, они давно бы взорвались от возмущения поведением проукраинских СМИ и частных лиц.
У нас идет очень медленная реакция. С американской точки зрения у нас народ эмоционально пришибленный, то есть не реагирует не в силу волевого настроя, что в данном случае лучше имитировать спокойствие, сколько в силу неспособности разозлиться. Русская бестактность во многом связана с ответной реакцией – к русским относятся бестактно, они не замечают поэтому, когда сами ведут себя бестактно.
Однако это не значит, что американцы неуязвимы. В силу иной эмоциональности они весьма уязвимы. Они очень тяжело реагируют на армейскую дрессуру или на поведение негров. Система «не прикасаться» очень жестко делит общество на своих и чужих.
Отсюда вытекают особая американская, англосаксонская скрытность и традиционные методы провоцирования чужаков. Прежде всего, система подстав. Понятие свой-чужой для американцев крайне актуально. На этом держится весь американский национализм.
Кризис американской культуры в том числе связан со стремлением либералов разрушить систему «не прикасайся» (don't touch). На это направлено многое – попытка запрета на владение и ношение оружия, поощрение негров к игре в нокаут, когда вас могут неожиданно ударить, поощрение игры в поцелуи и объятья знакомых при встрече, вечные призывы к толерантности и так далее.
Жестокость полиции тоже из этой области. В итоге в обществе зреет недовольство системой, все больше американцев начинает ненавидеть Америку и ощущает себя как в осажденной крепости.
Источник: Блог Алексея Богословского