Год назад был изменен существующий мировой порядок. Он еще не изменился, но старый закончил свое существование – новый начинает создаваться. Пока не ясно, означает это окончание существования Ялтинско-Потсдамско-Хельсинкского мира, но в любом случае его Мальтийско-Беловежская мутация умерла.

Народ всегда первичен, а государство всегда вторично

Самоопределение Крыма показало, что Беловежские соглашения отныне лишены флера легитимированной абсолютизации. Нервная реакция и объявленная странами Запада России дипломатически-экономическая война показала, что Мальты не только нет – ее как реальности никогда и не было. Холодная война не заканчивалась – она лишь меняла свою форму.

Беловежская мутация Потсдамского мира предполагала, что народы и страны можно делить произвольно, по искусственным границам, не спрашивая мнения разделенных этими границами людей.

Крым доказал, что такое деление может быть только временным.

Что народы и нации имеют право на самоопределение как до отделения, так и до воссоединения. И что право на самоопределение выше принципа территориальной целостности государств.

И потому, что право есть обязательность, а принцип есть лишь пожелание. И потому, что в данном случае речь идет о праве народа и о принципе государства – тогда как народ всегда первичен, а государство всегда вторично.

Прошедший год показал:

– при всех сложностях, которые оказались связаны с жизнью Крыма в условиях полублокады со стороны материковой границы, настроение народа, по данным социологического исследования Фонда ИСЭПИ, не изменилось, будь референдум сегодня – результаты его остались бы прежними;

– при всем давлении, которому подверглась со стороны стран Западной коалиции за этот год Россия, ее граждане не изменили своего отношения к возвращению Крыма в ее состав, а ее руководство и не раскололось, и не отказалось от своего курса и от принятого год назад решения по защите и воссоединению Крыма;

– при всех потерях и всей силе удара, нанесенного санкциями Западной коалиции по экономике России она не понесла критических потерь, а уровень жизни в стране радикально не снизился. То есть экономика России оказалась значительно более сильной, чем полагали инициаторы объявления России экономической войны;

– при том, что определенное снижение уровня жизни граждан произошло, уровень их поддержки курса президента России и доверия к нему не снизился и даже несколько вырос;

– при всей нервозности реакции как стран Западной коалиции в целом, так и непосредственных организаторов агрессии ЕЭС и США против Украины и против России оказалось, что в их распоряжении нет действенных средств принуждения России к исполнению их воли;

– при всем давлении дипломатических и специальных структур США практически на все страны мира им не удалось создать полноценную антироссийскую коалицию. Попытки изоляции и блокады России провалились, и их организаторы, т.е. США и их сателлиты, практически оказались в одиночестве;

– за год единство антироссийской коалиции США и их сателлитов не усилилось, в ее составе все больше нарастает действие центробежных тенденций.

США восприняли самоопределение Крыма как вызов своей претензии быть высшей инстанцией современного мира и его «единственной сверхдержавой» и в ответ попытались принудить Крым и Россию к покорности. И оказалось, что на сегодня они необходимыми ресурсами для этого не обладают.

То есть прошедший год показал, что Крым, похоже, покончил с эпохой попыток США быть глобальным лидером мира. Крым и Путин бросили вызов мироустройству – и спустя год мироустройство не смогло парировать этот вызов.

Несмотря на все декларации стран Западной коалиции о приверженности принципу соблюдения прав человека, демократии и антирасизму, все ведущие страны этой коалиции оказались замешаны в поддержке и использовании неонацистских сил на Украине, поддержали фашистский переворот и оказывают помощь неофашистскому руководству Украины.

Эти страны показали, что не способны отстаивать свои геополитические интересы демократическим и правовым путем и единственным инструментом их утверждения имеют терроризм, экономические диверсии, политический шантаж и боевые отряды неонацистов. Деградация морали и ценностей этих стран привела к тому, что неонацизм и неофашизм оказались сегодня последним способом отстаивания своих интересов Соединенными Штатами и их сателлитами.

Прошедший год во многом развеял иллюзии и комплексы, связанные с представлением о неспособности России проводить независимую от мировых центров силы внешнюю политику и отстаивать свои национальные геополитические интересы. Ложными оказались представления о предельной слабости российской экономики и ее неспособности к самостоятельному существованию.

Крым, принявший решение о воссоединении с Россией, и Путин, принявший решение о поддержке и защите жителей и суверенности Крыма, в течение года нанесли мощный удар по сложившемуся мироустройству.

Основой неадекватной реакции стран Западной коалиции является именно это: им кажется, что своими попытками оказать давление на Россию они защищают это сложившееся и кажущееся им комфортным мироустройство.

Однако проблема именно в том, что сила потрясения этого мироустройства от, казалось бы, небольшого государственного образования демонстрирует именно неустойчивость и слабость этого мироустройства, отсутствие его полноценной легитимности. Легитимность по своей природе предполагает минимизацию принуждения, поскольку легитимность по сути своей есть согласие на добровольное подчинение.

Решение руководства России о поддержке народа Крыма в его стремлении к воссоединению с Россией исходило в первую очередь из признания реальной опасности для крымчан, исходящей от утвердившегося на Украине фашистского террористического режима.

Спустя семьдесят лет после Победы СССР над фашизмом мир вновь разделился. И с одной стороны оказались страны, использующие в качестве своей ударной боевой силы фашистские режимы и неонацистских боевиков, а с другой – противостоящие им, объединяющиеся вокруг России силы антифашизма.