– У вас и картошка есть? – Мы даже умеем делать из нее пюре! – Вот это да! А роллы, суши? Это такие... – Я знаю, что это такое. В японском ресторане можно заказать в любое время. – А трамваи, автобусы, троллейбусы?.. – Имеются! И вполне исправно работают! – А как же они по горам ездят?

Они создают образ Северного Кавказа как заповедника дикости, вечной стрельбы, кровопролития, бескультурья

...На этом вопросе моя толерантность, терпение, доброта, гуманность и прочие пропагандируемые человеческие качества улетучились. Я поставила на разговоре маленький красный крестик, кликнув в верхнем правом углу монитора, и оставила свою собеседницу по ту сторону экрана. Пусть ломает голову над движением трамваев по горам и прочими небылицами, связанными с Кавказом. А я подумаю о том, как информационный вакуум зажимает в тиски человеческий мозг, мешая ему полноценно развиваться и логически мыслить.

Я виню в первую очередь федеральные медиа в целом и телеканалы в частности. Это они создают образ Северного Кавказа как заповедника дикости, вечной стрельбы, кровопролития, бескультурья. Вспомните, какие кавказские сюжеты вы видели за последние дни, недели, месяцы, годы. Ночная съемка расстрелянного блокпоста, теракт, приезд высокопоставленного чиновника, кабинетный разговор о развитии региона. Но самого региона, его людей, его работы, его отдыха я не припомню. Не скажу, что жизнь обыкновенных людей других регионов освещается намного лучше. До катастрофы на Саяно-Шушенской ГЭС вы видели на экране людей, живущих и работающих там? Да и теперь не видно. До кошмара в Кущевке, продолжавшегося не один год, вы знали что-нибудь о ней? До страшного наводнения в Крымске хоть один человек оттуда попадал в сферу внимания федеральных СМИ? Но к жителям Кавказа ксенофобы намертво прикрепили эвфемизм «черные», заменяющий и звание гражданина России, и звание человека вообще. И стране, и нам, кавказцам, федеральные медиа не прямо, но косвенно, годами вдалбливают мысль о том, что мы разные, что мы чужие друг другу, что у нас друг с другом лишь мирное сосуществование. Это нормально?

С Яной, коренной москвичкой, кстати, будущим журналистом, я познакомилась в Сети. Знакомство было случайным, мы обсуждали что-то на форуме, потом перешли в «личку», чтобы поговорить без навязчивых комментариев остальных «юзеров». Как только она узнала, что я с Кавказа, пришла в дикий восторг. Мне даже на минуту польстило, что коллега из столицы так радуется преодолению тысячекилометровых расстояний за информационные миллисекунды. Но в процессе дальнейшего обмена репликами я поняла, что москвичка Яна принимает меня в лучшем случае за мумию Тутанхамона, случайно заглянувшую в окно цивилизации из глубокой древности. Сначала было даже интересно. Чувствовала себя разрушительницей мифов и самодовольно улыбалась компьютеру, получавшему издалека столько удивленных возгласов. Потом устала: на месте отрубленных голов дракона лжи («Они не такие, как мы!») тут же вырастали новые, не менее абсурдные.

Поймите же, у нас по улицам не ходят бородатые горцы в мохнатых папахах с автоматами наперевес, не свистят пули над головами, на заправках стоят не танки, а современные автомобили. Молодежь продвинутая, пишет в те же фейсбуки и твиттеры, пользуется планшетниками и айфонами. Национальные костюмы есть – в музеях и на сценах. Разница в темпераменте? Да. Но с горечью констатирую, что именно коллеги-журналисты создали в медиа образ безбашенных кавказских бунтарей, а горячий темперамент воспринимается как угроза национальной безопасности. Никто не пишет о неразрывной связи эмоциональности и культуры. По-моему, большинство пишущих и говорящих о нас даже не подозревают, что культура, искусство занимают гораздо больше места в жизни народов Северного Кавказа, нежели вооруженные конфликты, что это их идефикс, что их мысли заняты сохранением и развитием своей самобытности, которую нужно передать следующим поколениям. А еще кавказцы думают о том, как прокормить свои семьи и оплатить в конце месяца услуги ЖКХ. Все, как и у вас, друзья.

Один журналист, побывавший на Кавказе, писал потом в своем блоге: «...Местные девушки умеют пользоваться косметикой (!) и подчеркнуть фигуру стильной одеждой...» Он ведь не хотел сказать ничего плохого. А сказал. Почему, когда журналист, возвращаясь в редакцию не из диких прерий, а из субъекта РФ, мнит себя первооткрывателем? Или железный занавес не поднялся, а лишь изменил местоположение и национальность? Информация никогда не лежит на поверхности. Проглотив «вершки», добытчик «новостей» расписывается в непрофессионализме, навязывая аудитории стереотипы, разделяя мир на черное и белое. У беды не всегда смуглая кожа, черные волосы, карие глаза и нерусский акцент. Черная ночь, сверкающая глазами звезд, дарует отдых и сон. Белый саван – повод для горя и слез. Но «серый» журналист всегда предпочтет плыть по поверхности, потому что глубины он боится.

Источник: «Фабрика смыслов»