Агентство Bloomberg присудило России 14-е место среди инновационных стран. Мы опередили Китай, Канаду и Израиль по позициям «Доля публичных хай-тек компаний» и «Доля дипломированных специалистов». Однако такие критерии, как производительность труда и вклад производства в ВВП, для нас по-прежнему остаются проблемными.
Научная и промышленная база еще позволяет сделать качественный шаг вперед
Несколько лет назад федеральным правительством была провозглашена задача: к 2018 году нарастить долю инновационной продукции в ВВП России до 18% (тогда она составляла чуть более 1%). Согласно этим планам, к 2013 году этот показатель должен был вырасти до 10%, примерно этого же уровня должна была достичь доля высокотехнологичной продукции в общей структуре экспорта, потеснив сырьевую составляющую.
Однако реальная ситуация в последние годы такова. Доля продукции машиностроения и оборудования в структуре российского экспорта составляет порядка 4%, продукции авиастроения – около 1,2%, автомобилестроения – менее 0,1%, нанотехнологичная продукция занимает еще более скромные позиции – по итогам 2010 года на ее долю в общем объеме экспорта приходилось около 0,06%, 2011 года – немногим больше.
Сейчас по показателям экспорта высокотехнологичной продукции Россия соседствует с такими странами, как ЮАР и Турция (3–4%), причем в случае со второй страной разрыв постепенно увеличивается. Для сравнения: странами – лидерами по экспорту высокотехнологичной продукции в мире являются Филиппины (около 55%), Китай (более 50%), Тайвань (свыше 48%), Малайзия (около 45%), Израиль и Таиланд (порядка 30%), а также США (более 28%). Понятно, что экспортный высокотехнологичный потенциал большинства из этих стран обеспечивается инвестициями все тех же США, но это нисколько не умаляет заслуг этих государств, сумевших создать условия для притока инвестиций и реализации масштабных инновационных проектов.
В мировом масштабе – в совокупном объеме экспорта инновационной продукции доля России составляет практически статистическую погрешность – что-то около 0,15%. Для сравнения: КНР – почти 24%, США – около 12%, Германия – более 7%, Тайвань – порядка 6%, Япония – почти 5%. При этом львиную долю отечественного экспорта высокотехнологичной продукции составляют вооружения и прочая продукция ОПК, в чем Россия пока еще достаточно успешна – инерция советского оборонно-промышленного потенциала оказалась сильнее, чем можно было предполагать.
Пока, несмотря на все постановления, законы и программы, время от времени принимаемые и утверждаемые руководством страны, российская экономика по-прежнему ориентирована на экспорт сырья, доля которого в структуре ВВП составляет более половины общего объема.
Ключевая причина такого положения дел видится в отсутствии стимулирующих механизмов, побуждающих к развитию инновационной деятельности субъектов экономики. Взять, к примеру, принятую в свое время федеральную целевую программу «Исследования и разработки по приоритетным направлениям развития научно-технического комплекса России на 2007–2012 годы». Текст данного документа, занимающий 50 страниц, изобилует цифрами и плановыми показателями. Согласно ему, Россия к минувшему году должна была достигнуть заметного прогресса в инновационном развитии. Однако среди обилия цифр практически нет информации, свидетельствующей о наличии механизмов стимулирования субъектов экономики к инновациям. Более того, само понятие «инновация», исходя из посылов программы, можно трактовать по-разному.
Инновационные проекты в стране, если речь не идет об откровенно витринных проектах, курируемых Роснано или Ростехнологиями, реализуются, как правило, не благодаря созданным в стране условиям, а вопреки им.
Проблемы реализации таких проектов начинаются на уровне менеджмента, управления инновационными процессами. А уровню менеджмента в России традиционно уделяется мало внимания, процессами часто руководят люди, не обладающие достаточным уровнем компетенции. Между тем инновационный проект требует особого подхода, управление им следует рассматривать как особый вид профессиональной деятельности.
И все же Россия традиционно имеет высокий потенциал для инновационного развития. Научная и промышленная база еще позволяет сделать качественный шаг вперед. Однако для того чтобы запустить механизмы коммерциализации инновационных идей и разработок, создания инновационного продукта, востребованного рынком, необходима комплексная и системная работа. По статистике, даже в благополучных с этой точки зрения странах до уровня коммерческих продуктов доходят не более 10% инновационных разработок.
Для достижения результатов в России необходимо формировать не только условия для практической реализации инновационных идей, но и систему менеджмента таких проектов, ориентированную на достижение результата в условиях рынка. Пока же в отечественной практике преобладает бюрократический, административный метод управления инновациями. Например, ведущим игроком в сфере технических инноваций является государственный «монстр» – корпорация «Ростехнологии». Такая структура априори не может быть гибкой, мобильной и рыночно ориентированной, а именно это требуется для реализации инновационных идей. Весь мировой опыт говорит о том, что инновационные компании, будь то Apple или Google, начинались с малого, а уже затем, в процессе деятельности и экспансии на рынке, стали теми, кем стали.
В России любят ссылаться на опыт Китая. Да, сегодня Пекин обеспечивает более 50% производства высокотехнологичной продукции в мире. Только не стоит забывать, что это страна сама инновации практически не генерирует, а всего лишь воплощает чужие идеи. Пока у нас не получается сделать даже этого.
Ожидать, что в 2013 году в нашей стране произойдут какие-то принципиальные изменения и качественный рывок в инновационном развитии, конечно, не приходится, хотя минувший год был весьма насыщен разговорами об инновационной мобилизации и событиями, так или иначе свидетельствующими о намерении государства поставить инновации на поток. Это обнадеживает, но не более того.