Доверять рейтингам можно только тогда, когда есть понимание, как они устроены. Главной же особенностью рейтингов нашего времени остается их инструментальный характер. Они выступают в роли финансового, экономического или политического рычага.
Россияне меньше довольны своей жизнью, чем большинство европейцев или жителей Северной Америки
В последний год Соединенные Штаты активно атакуют рейтинги стран и коммерческих банков еврозоны. Международные рейтинговые агентства, расквартированные на территории США, снижают оценки и ухудшают прогнозы для Западной Европы. Результатом становится ослабление европейской валюты, производимое в целях стабилизации рынков и всей модели «объединенной Европы». Однако такое понижение рейтингов имеет объективное основание. Бюджетные и денежные проблемы у стран Евросоюза имеются. Правда, это не означает, что аналогичные структуры в Северной Америке не испытывают точно таких же затруднений. Увы, американские рейтинговые агентства не всегда спешат их замечать.
В международной политике рейтинги играют приблизительно такую же роль, что и в финансово-экономической конкуренции держав. Рейтинги политического окраса отличают лишь большая избирательность и часто много меньшая объективность. Они как будто субъективны. Если рейтинги финансово-экономического профиля легко можно подкрепить данными статистики, например макроэкономическими показателями, то политические рейтинги нередко висят в воздухе. Поэтому в них гораздо легче разглядеть некий заказ. Составители, как правило, не в силах скрыть свои связи с правительственными и межгосударственными структурами. Рейтинги могут составляться напрямую от лица подобных институтов. Они воспринимаются прессой всерьез и сразу становятся инструментом влияния в формате: у вас неблагополучно – слушайте нас.
Ловкие рейтинги могут быть недурным инструментом давления. Права человека, например, не слишком соблюдаются в Соединенных Штатах или Европейском союзе. Однако эти нарушения всегда остаются за скобками, если так нужно западным учреждениям, выставляющим оценки странам по параметрам свободы или благополучия.
Организация экономического сотрудничества и развития, объединяющая, прежде всего, развитые экономики, недавно представила «Индекс лучшей жизни». Составители рейтинга сразу оговорились, что хотя ВВП давно является ключевым параметром для понимания ситуации в экономике, но он не включает связанные с жизнью людей детали. Безопасность, распределение доходов, чистота окружающей среды, свободное время – такие области решили принять в расчет эксперты ОЭСР. В результате Россия по «Индексу лучшей жизни» получила низкую оценку. Страна была удостоена 5,3 балла, тогда как средний уровень по ОЭСР составил 6,7.
Решив отойти от экономической формальности и «посчитать счастье», аналитики ОЭСР сразу сделали объективность расчетов сомнительной. Например, россияне по опросам менее довольны своей жизнью, чем жители большинства входящих в ОЭСР стран. Еще интереснее, что они имеют меньше друзей. Последнее можно трактовать и как большую трезвость мышления, поскольку дружба проверяется на практике. Даже ВВП как параметр оценки развития стран вызывает большую критику. Куда надежней прослеживать ее по динамике розничных продаж, промышленного производства, реальных доходов и безработицы. Эти данные сложно трактовать противоположным образом.
По данным исследования ОЭСР, россияне меньше довольны своей жизнью, чем большинство европейцев или жителей Северной Америки. Однако этот факт можно трактовать совершенно по-разному. Рассматривать его можно как выражение больших или даже чрезмерных ожиданий, с которыми люди сопоставляют свою повседневную жизнь. Возможно истолковать его и как выражение заниженных требований в других странах. Депрессивность россиян зачастую воспринимается психологами как особенность национального характера. Разумеется, это неверно, но угнетенное душевное состояние не связано напрямую с уровнем доходов. Оно может порождаться неумением людей в новой социальной реальности выстраивать счастливую личную жизнь или сохранением агрессивных моделей поведения.
При критическом подходе производить сравнение становится сложно. Однако всем этим не отменяется критический прицел самого рейтинга. Он остается инструментом, и об этом не стоит забывать. Не только экономическое соревнование, но и геополитическое соперничество создает потребность в специальных рейтингах. В конечном итоге с их помощью дипломатии правительств легче становится добиться от других стран уступок, снятия требований либо принятия рекомендаций по «исправлению» плохих показателей. При этом сами рейтинги нечасто можно назвать объективными.
Специально для газеты ВЗГЛЯД