Вера в силу как наилучший способ достижения целей, решения проблем и прекращения конфликтов чрезвычайно распространена и устойчива. И вместе с тем история знает немало примеров, когда насилие и принуждение либо вовсе не помогают добиваться искомых результатов, либо, как может показаться, помогают, но эти результаты оказываются эфемерными.
Сила ценится в XXI веке вряд ли меньше, чем она ценилась в начале истории
1. Недолговечная империя Александра Македонского
Александр Македонский, вступивший на престол в 336 году до н. э., реализовал планы, которые вынашивал его отец: предпринял победоносный поход против персов – давних врагов греков. Персидская держава, в то время уже довольно слабая, охватывала огромную территорию: нагорье Ирана, большую часть Средней Азии, всю Переднюю и Малую Азию, часть Индии и Египет. После первых побед у Александра возникла идея завоевания всей Персидской державы, а потом и установления мирового господства. Он стремился создать единое государство, которое бы объединило народы и просуществовало века, поддерживая мир и благополучие подвластных народов. Он полагал, что этого возможно добиться, прежде всего, военной силой, и отправился к осуществлению своего замысла в поход, двигаясь все дальше на восток. Только в 324 году до н. э., доведя свое изнуренное войско до реки Инд, Александр был вынужден закончить долгий военный поход. Казалось бы, пусть частично, но цель была достигнута.
Однако со временем Александр осознал, что его держава, удерживаемая лишь силой оружия, внутренне непрочна, и попытался сплотить завоеванные народы принятием социально-экономических и политических мер. Быть может, он добился бы этого, если бы преждевременная смерть не помешала ему. Вскоре после смерти Александра его империя распалась: она объединяла разные народы только на основе силового принуждения и неустойчивых союзов, а не на базе экономических интересов и культурного единства.
Если завоевания приобретены и поддерживаются только силой оружия и страха, то они непрочны. Стоит хватке ослабнуть, как они становятся лишь фантомом.
2. Тщетные гонения на ранних христиан
Во II–III веках христианство стало приобретать все большую популярность у населения Римской империи. Эта религия проповедовала принципиально новые для того времени идеи. Воззрения ранних христиан противоречили имперской идеологии, особенно идея о том, что поступки и мысли человека должны быть подчинены не службе государю, а прежде всего спасению собственной души.
Тем не менее какое-то время христианство мирно сосуществовало с государством. Однако с обострением кризиса и упадком, когда несовершенство общественных устоев становилось все заметнее, христиане стали жестко обличать развращенность римского общества и несправедливость государственного строя. И равнодушие государства сменилось открытыми гонениями на христиан. При императоре Валериане (253–259 годы) христианская церковь была объявлена антигосударственным учреждением.
Наиболее ярым гонителем христиан показал себя Диоклетиан. Сильнейшее его неудовольствие вызвала христианская идея о том, что человек предстанет перед судом своего Творца, для которого все люди равны независимо от сословия и статуса. Для многих подданных Римской империи христианство стало источником надежды на Божью милость, веры в то, что справедливость и истина восторжествуют и на земле. Главное обвинение, выдвигаемое императором против христианских проповедников, было то, что они «совращают, пользуясь легковерием людей, общественные нравы всякого рода надеждами на будущее и возбуждают умы народа».
Но преследования были бессильны воспрепятствовать распространению идей христианства. Наоборот, христианами гонения на них воспринимались как испытание их веры и подтверждение ее истинности. Их учение восторжествовало. В 313 году император Константин своим указом поставил христианство государственной религией.
Силовое давление порой укрепляет того, на кого оно направлено.
#{interviewsociety}3. Фатальная неумеренность князя Игоря
Этот сюжет про киевского князя Игоря Рюриковича встречается во всех школьных учебниках по истории России. Он наглядно показывает, как расправляются с теми, кто самонадеянно выдвигает непомерные требования и пытается принудить к их исполнению.
Осенью 945 года Игорь по требованию дружины, недовольной своим содержанием, отправился за данью к древлянам. Древляне не входили в состав войска, потерпевшего разгром в Византии. Возможно, поэтому Игорь решил поправить положение за их счет. Игорь произвольно увеличил величину дани прежних лет. Мало того, при ее сборе дружинники творили насилие над жителями. И вот, как говорится в Повести временных лет, на пути домой Игорь принял неожиданное решение:
«Поразмыслив, сказал своей дружине: «Идите с данью домой, а я возвращусь и похожу еще». И отпустил дружину свою домой, а сам с малой частью дружины вернулся, желая большего богатства. Древляне же, услышав, что идет снова, держали совет с князем своим Малом: «Если повадится волк к овцам, то вынесет все стадо, пока не убьют его; так и этот: если не убьем его, то всех нас погубит». [...] И древляне, выйдя из города Искоростеня, убили Игоря и дружинников его, так как было их мало. И погребен был Игорь, и есть могила его у Искоростеня в Деревской земле и до сего времени».
Кто пренебрегает интересами других, тот тем самым предает свои.
4. Незадачливый «жандарм Европы»
«Жандарм Европы» – такое название Россия получила в Европе за свою активную деятельность по подавлению революционных восстаний в Старом Свете в 1848 году. Длань Российской империи проникала во все щели, откуда дул «ветер перемен» в Европе. Николай I стремился силой обеспечить незыблемость порядков, которые он полагал единственно приемлемыми. Он полагал, что демонстрация и применение военной мощи поднимут престиж и укрепят интересы России в Европе.
А «ветер перемен» в Европе в то время веял вовсю. Когда во Франции 25 июля 1830 года королем Карлом X были подписаны ордонансы, фактически отменяющие конституцию, за этим последовали трехдневная битва в Париже и революция. Король бежал, а на престол взошел герцог Орлеанский под именем Луи-Филиппа I. Николай I отказывался признавать нового короля и даже грозился прервать дипломатические отношения с Францией, несмотря на объяснение французского посла в России, что Франция 1830 года уже не та, какой она была в 1814 году. Царь всерьез намеревался осуществить вооруженное вторжение во Францию с целью восстановления династии Бурбонов. Однако Англия, куда был отправлен послом знаменитый Талейран, сблизилась с Францией, и Россия оказалась в изоляции. От идеи вторжения пришлось отказаться.
Не оставила равнодушной российского императора и революция в Бельгии. В течение всей осени 1830 года Николай I призывал своих сподвижников по Священному Союзу Австрию и Пруссию к своего рода крестовому походу против мятежных бельгийцев. Но и здесь царю не удалось ничего достигнуть.
В 1848 году началась революция в Венгрии. Усилия ее деятелей были направлены на то, чтобы установить демократические права и свободы, ликвидировать феодальные пережитки, прежде всего в аграрных отношениях, а также добиться независимости от Австрии. В ходе революции были проведены коренные преобразования социально-политического строя Венгрии, провозглашена независимость от Габсбургов и создано демократическое государство. И хотя в результате интервенции русского экспедиционного корпуса Ивана Паскевича, а также действий австрийской армии в 1849 году революция была подавлена, интересам России это едва ли отвечало. Когда таким образом при российской помощи габсбургская держава окрепла, она с 1853 года стала занимать антироссийскую позицию.
Каков еще был результат силовой политики Николая I? В результате реакционных действий России в Европе, когда в 1853 году Османская империя объявила войну России и последней самой понадобились союзники, она их не получила. Наоборот, впоследствии к Турции примкнули великие державы, усматривавшие в действиях царя его желание стать новым Наполеоном и подчинить всю Европу своей воле.
Демонстрируя и применяя силу, полезно отдавать себе отчет в том, что этим ты восстанавливаешь других против себя.
Самонадеянная сила способна сокрушить саму себя. И в этом ее главная слабость
5. Провалившаяся фашистская агрессия
План нападения на СССР «Барбаросса» был утвержден Гитлером 18 декабря 1940 года. Он был рассчитан на молниеносную войну и предполагал разгром вооруженных сил СССР в ходе летней кампании 1941 года. К лету 1941 года на границе СССР от Баренцева до Черного морей была сконцентрирована небывалая мощь: 5,5 млн солдат и офицеров Германии и ее союзников, почти 5 тыс. боевых самолетов, более 3700 танков, свыше 47 тыс. орудий и минометов. Численность советских вооруженных сил на этом участке границы составляла 2,9 млн человек. Остальные 1,5 млн человек были рассредоточены на других участках, прежде всего на Дальнем Востоке и юге, где ожидалось вторжение войск союзников Германии – Японии и Турции. Целью фашистов было уничтожать и порабощать. Они угрожали самому существованию народов и наций.
Превосходная техническая оснащенность, боевой опыт и великолепная организация немецкой армии не смогли совладать с героизмом и несокрушимостью народов, живших в СССР. В час великих испытаний наши люди проявили такие мужество и самоотверженность, что этому до сих пор удивляется весь мир.
Ситуация смертельной угрозы, когда альтернативой победы является смерть, мобилизует все ресурсы, укрепляет дух, служит толчком к тому, чтобы сплотиться и противостоять превосходящей мощи.
6. Павшая Берлинская стена
Как известно, в 1945 году Берлин был поделен странами-победительницами: США, СССР, Францией и Великобританией – на четыре оккупационные зоны. На Потсдамской конференции, которая прошла 17 июля – 2 августа 1945 года, было решено, что каждый из союзников является полновластным хозяином своей оккупационной зоны. Хотя все союзники были едины в том, что Германия нуждается в демократических преобразованиях, их видение конкретных вопросов преобразований оказалось кардинально различным.
Стена разделяла нацию 28 лет. За эти годы выросло два поколения немцев. Все это время немцы предпринимали усилия к восстановлению насильственно прерванных связей. При попытке преодолеть стену с 13 августа 1961 года по 9 ноября 1989 года погибли 645 человек. Восемь пограничников ГДР были убиты нарушителями границы и выстрелами с территории Западного Берлина. В общей сложности за попытку побега из ГДР были приговорены 75 тыс. человек.
Когда в 1980-е годы СССР вступил в эпоху перестройки и гласности, прошло недолгое время – и стена «упала». После объявления упрощенного получения виз в ФРГ тысячи восточных немцев идут к Берлинской стене. Пограничники, сначала сопротивлявшиеся, вынуждены открыть границы. Западные берлинцы радостно встречали восточных. Две Германии объединяются в одну.
Единство нации, да и любой группы никогда так сильно не проявляется, как при ее насильственном разделении.
Сила ценится в XXI веке вряд ли меньше, чем она ценилась в начале истории. И вместе с этим теперь у человечества есть опыт и знание свойственных ей ограничений. Силой можно принудить другого бояться, но нельзя – уважать себя. Силой можно заставить подчиняться, но нельзя сплотить; можно привести к источнику, но нельзя заставить пить из него; можно прервать родственные, исторические, духовные и культурные связи, но нельзя их прекратить; можно отомстить и наказать, но нельзя добиться искреннего раскаяния. Силой можно устранить носителей идеи, но нельзя остановить распространение идеи, время которой пришло.
Самонадеянная сила способна сокрушить саму себя. И в этом ее главная слабость.
Послесловие
И сегодня мы снова убеждаемся, что силовые методы не позволяют добиться устойчивых и подлинных успехов ни в политической, ни в экономической, ни в какой-либо иной сфере. Полноценное разрешение общественных противоречий возможно, когда представлены все существующие в обществе группы интересов и все они имеют равные возможности участия в принятии общезначимых решений. В противном случае модернизация России, потребность в которой не вызывает сомнений, останется непонятой и мало кем разделяемой идеей, власть не услышит народа, а народ не станет доверять власти. Коммуникация между обществом и государством останется ущербной.
Не силовое противостояние, давление и угрозы, например споры о том, чей список невъездных «длиннее», а построение политического и правового консенсуса в России и в ее отношениях с зарубежными странами должно найти широкое применение в правовой системе и в практике разрешения конфликтов на всех уровнях.
И, думается, только на такой основе Россия сможет по-настоящему развиваться. Приоритетом должно быть переориентирование сознания нашего общества от культуры подавления и пренебрежения к культуре консенсуса.
Специально для газеты ВЗГЛЯД (текст написан в соавторстве с Людмилой Карайченцевой)