Ещё лет двадцать назад и представить себе нельзя было, что национальный фактор в России из сборников анекдотов шагнет в нашу жизнь с такой страшной и звериной серьезностью.
Когда пятый пункт присутствовал в анкетах и паспортах, относились к нему со смешком
Когда пятый пункт присутствовал в анкетах и паспортах, относились к нему со смешком (Мишке там сказали нет, ну а мне – пожалуйста, «Раймонду Паулсу за песню «Миллионы красных роз» присвоено звание народного артиста Грузинской ССР»). Убрали пункт, вроде, из документов, а он вот он – никуда не делся. Зубы показывает.
Часто говорят, что преступления национальности не имеют. В большинстве случаев дело именно так и обстоит. Но, извините, если взять случай с хуту и тутси – разве там преступники национальности не имели? Имели, потому что сама национальность была предметом преступлений.
Когда правозащитники говорят о преступлениях «русских скинхедов», то национальность у преступников тоже имеется.
А то, что происходит в последнее время, имеет одну и вполне ясную причину: разгул бытовой преступности при полной неспособности наших органов её подавить. Подчеркну: бытовой и уличной преступности. Нет безопасности на улицах наших городов. Ни для кого. И это полный привет. Так долго говорили о «ликвидации последствий девяностых», что проморгали момент, когда от этой самой ликвидации не осталось и следа. А ведь это был основной подспудный мотив партии власти: не хотите нас – попадете обратно в девяностые.
Да уже, уже попали, господа. Почти по всем пунктам, а по отдельным, может, и хуже стало. Потому что собственных бандитов, которые теперь люди солидные и в англиях отдыхают (кто выжил, конечно), сменили бандиты южные, у которых с местным населением вообще разговор короткий. Вот и все дела.
Напоминает итальянскую мафию – клановость, омерта, помощь сородичам на первых порах с последующей активной дойкой их же. У знакомой в Москве был приятель-чеченец. Милый, говорит, такой. Она ему в шутку: «Знаешь, ты нормальный, но я вашего брата всё равно побаиваюсь. Ну, как я что скажу случайно, а тебя заклинит?» Он смеется: «Не, я мирный. Обычный инженер». А потом серьезно: «Но ты знаешь, если из диаспоры попросят, я всё для них сделаю, не откажусь. У меня родственники там, а это такое дело...»
Вот и всё. Никто, конечно, инженеру автомат не даст, но вот принесут ему какой-нибудь сверток, попросят подержать у себя пару дней, он и подержит. Куда денется.
Осложняется это тем, что наша гордая Сицилия не за морями, а под боком, составная часть Отчизны, куда деться.
Мы это всё видели в «Крестном отце» – раз, два, три. Романтика, туды её. Смотреть волнительно, но не думаю, что простой американский обыватель был так уж счастлив переживать это на личном опыте. Хотя ему итальянцы давали не только мафиозо, но и писателей, певцов, режиссеров, пекарей и кондитеров. А здесь один Садулаев, остальные – борцы-чемпионы-погромщики.
Обычные люди хотят просто спокойно жить, ходить по улицам так, чтобы им в лоб не стреляли из травматики, не воровали борсетки и мобильники, не улюлюкали вслед. Для русских это всё усугубляется еще и тем, что некуда им отсюда деваться. Нигде не ждут больше. Тут Родина, тут Родос, тут прыгай.
Однако власть всё курлычет о толерантности и кулачком по столу бьёт. Государство не имеет политики в этом вопросе никакой. Все больше детей со слабым знанием русского, а специалистов нет. И для взрослых школ нет. И нет практики введения в среду. О религии даже говорить не буду.
Никто со мной по этому поводу и не разговаривает. Никакие правоохранительные органы не отчитываются, никакие депутаты ничего не говорят. Проблема есть, стоит она остро. Позиция «как бы чего не вышло» в данном случае ведет только к накоплению внутренней агрессии, к возможному будущему взрыву. О чем же думают власти?
Чтобы понять анамнез болезни и предотвращать вот эти бессмысленные убийства, драки и стрельбу на улицах столицы и других городов, надо понять, в том числе, есть ли в них национальная компонента. Если есть – не замалчивать это обстоятельство. Иначе последствия могут быть обширные и на самом деле ужасные.
Ну, и последняя история в качестве бонуса. Один русский режиссер снял много-много серий теленовеллы и получил за это приличный гонорар. Решил поменять квартиру – двушку на трешку. Тогда ещё нельзя было выписываться в поле, и ему пришлось выписываться к знакомым. В Москве на такую операцию никто не согласился (всё понимаем, но и ты пойми). Согласных режиссер нашел только в Майкопе. Прописался там, продал квартиру, купил другую, пришел за новой регистрацией. А ему говорят:
– Вы, товарищ дорогой, теперь на особом учете.
– В чем дело?
– Вы же к нам с Кавказа прибыли, сами понимаете. Время такое, будем за вами наблюдать. Вот, визитку возьмите.
Взял режиссер визитку и прочел: «Капитан Беридзе». Бинго.
Источник: «Трибуна Общественной палаты»