Коммунистическая партия Российской Федерации не является коммунистической партией Российской Федерации. Это традиционалистская партия, правая партия, как выразился один из ее вождей в конфиденциальной беседе с представителем одной европейской партии, патриархальная, клерикальная, державная, народническая. То есть не пролетарская, марксистская, социалистическая, коммунистическая. Это партия популистов, тех, кто пытается спекулировать на социальных проблемах, но при этом не организовывает протест, не возглавляет трудящихся. То есть это партия, не связанная с рабочим движением. А именно связь с рабочим движением делает партию левой, марксистской, коммунистической. Это главное отличие КПРФ и западных левых партий.
#{best_opinions}В Западной Европе действительно существуют левые партии. Их много. Они могут быть маленькими, могут быть большими, но они связаны с давно выросшим, укоренившимся в обществе рабочим движением, с профсоюзами, с их требованиями, с интересами наемных работников. И они связаны, в частности, с изменениями, которые произошли в обществе, с социальными реформами.
Какой стаж реформ у КПРФ? Даже если учесть, что в России два десятилетия шло неолиберальное наступление, чего удалось добиться КПРФ, каковы ее победы? Если мы зададимся этим вопросом, то увидим, что никаких побед у партии нет. Никаких реформ партия не пролоббировала, не добилась. Хотела ли эта партия что-то менять? Возможно, какие-то желания у руководства КПРФ были, но партия не стремилась к тому, чтобы реализовать социальный проект.
На то, что это партия небольших амбиций и очень большой осторожности, партия, которая с большим подозрением относится к рабочему движению, указывают расколы, которые произошли в КПРФ на протяжении 2010 года.
КПРФ знала расколы и прежде. Но эти расколы интересны тем, что они случились, когда партийное руководство было недовольно самой элементарной деятельностью своих лоялистских ячеек. Руководство боролось с организациями, которые были активны, но при этом не шли ни на какую критику партийного руководства, стратегии и лично бессменного вождя Геннадия Андреевича Зюганова. Они подверглись опале за то, что устраивали пикеты, пытались поднимать местные проблемы, что-то организовывать в протестном движении на местах. И это вызывало раздражение КПРФ.
Какие организации пострадали? Московская и питерская – они наиболее заметны. Организации, созданные партийным руководством еще до кризиса, до 2008 года, как те, на которые центральное руководство партии могло полностью опереться. И только когда руководство повело борьбу против этих непослушных ячеек, партийные активисты обнаружили, что на самом деле партия не такая уж коммунистическая, не такая уж левая, не такая уж рабочая, не такая уж протестная. Словно пелена спала с глаз, и они заметили, что вождь-то ненастоящий.
Конечно, расколы эти не имеют большого политического значения, но они показывают, куда меняется КПРФ. КПРФ меняется в сторону партии менеджерского типа. Есть центральное руководство, которое формирует заказ, а на местах есть исполнительные ячейки, которые выполняют команду. И, не дай Бог, не лезут ни в какие протестные акции. Действуют так, чтобы не подставить руководство, которому в принципе ничего не надо, кроме того, чтобы как-то сманеврировать и укрепить свои позиции в Государственной думе и сохранить свое положение в российской политической системе.
Из осколков КПРФ ничего не получится. Эти осколки будут тлеющими угольками. В России левое движение растет отдельно от КПРФ. Той частью протестного рабочего движения, которое реально является левым, КПРФ не воспринимается как левая партия. Ее осколки могут примкнуть к этому движению, раз уж произошло прозрение. Но сами эти осколки не будут центром притяжения, не станут основанием для новой партии. КПРФ будет по-прежнему держаться – лишь бы все, как было – на российском политическом полюсе, пока в стране не произойдут очень большие перемены, когда для КПРФ просто не останется места с этой их менеджерской суперумеренной позицией.
Источник: Russia.ru