«У нас есть системы, которые способны поражать цели за 30 километров. Например, САУ 2С7 «Малка», которая способна отправлять снаряды на расстояние до 47 километров. Если мы говорим про активно-реактивные снаряды, то здесь мы располагаем высокоточными боеприпасами «Краснополь» и более дальнобойными «Краснополь-Д», – рассказал военный эксперт Алексей Леонков.
«Поэтому в данный момент HIMARS имеет преимущество в большей степени в информационном пространстве. У нас есть схожие системы, например – «Торнадо-С», с дальностью ведения огня до 120 километров. Единственная проблема была в том, что они несерийные. Перед СВО их закупили в количестве 20 образцов, однако положение постепенно выправляется – все больше и больше таких РСЗО поставляют в зону ведения боевых действий», – акцентирует собеседник.
«Вместе с тем в данной ситуации другая важная проблема – разведка. Своевременное обнаружение HIMARS и других подобных пусковых установок – это залог их успешного уничтожения», – указывает эксперт.
«В принципе, по первым двум партиями HIMARS мы работаем – стараемся уничтожать. Противник использует тактику «выстрелил – поменял позицию», и в этом заключается главная сложность борьбы с подобными системами», – сообщает Леонков.
«У нас, например, имеется беспилотник или самолет-разведчик, который засекает цель и передает ее координаты средствам поражения. HIMARS работают по другой логике. У них целеуказание выполняет космическая разведка. Поэтому они нацеливаются преимущественно на стационарные цели», – акцентирует эксперт.
«Были прецеденты, когда они били по динамическим целям. Например, по парому на переправе в районе Антоновского моста. Однако там был артиллерийский наводчик. Он и подтверждал координаты парома, по которому били. Если бы наводчика не было, то попасть в паром было бы невозможно», – подчеркивает он.
«Что касается нашей борьбы по РСЗО HIMARS, то она происходит при взаимодействии систем разведки и систем контрбатарейной борьбы. Обнаружение HIMARS на первоначальном этапе стало сложной задачей для ВС РФ. Эта система была сделана таким образом, что сверху для средств электронной разведки она похожа на обычный грузовик», – говорит Леонков.
«С таким типом РСЗО мы ранее не сталкивались, поэтому нашей разведке первоначально было трудно их идентифицировать. Однако за время ведения боевых действий данных по этим системам мы набрали достаточно. Теперь можем определять их месторасположение», – рассуждает эксперт.
«Для эффективной борьбы с ними в воздухе должна находиться дежурная пара истребителей с ракетами класса «воздух – земля». Вообще, разворачивание и сворачивание позиций у HIMARS находится в диапазоне 10 минут. В это время ПВО пытаются сбить ракеты, выпущенные системой, поэтому параллельная задача найти HIMARS иногда не решается», – считает Леонков.
«Стоит отметить и еще один скрывающий фактор – «зеленка». Летом HIMARS, обладая соответствующей окраской, мог маскироваться под цвет листвы. В зимний период времени замаскироваться будет сложнее», – указывает эксперт.
«Одновременно с этой зимой станет проще определить расположение РСЗО при помощи тепловизоров. Если раньше подстилающая поверхность давала положительную температуру и установка сливалась с окружающей средой, но в условиях поверхности с отрицательной температурой будет создаваться контраст. Кстати, стоит отметить, что в зимних условиях американцы HIMARS еще ни разу не эксплуатировали», – подчеркивает собеседник.
«Что касается «проблемы 30+», действительно, есть 30-километровая зона, в которой происходит «боевое соприкосновение». В ней находятся танки, артиллерия, пехота. Здесь находятся все основные силы, участвующие в контактном бою», – отмечает Леонков.
«Задача в зоне 30 километров – максимально кучно засеять поле снарядами. Боеприпасы проектируются таким образом, чтобы осколки поражали большую площадь. Внутри этой зоны все работает достаточно эффективно», – рассуждает эксперт.
«Наша 30-километровая зона является, по сути, зоной обороны дивизии. Все, что находится дальше, подчинено системам залпового огня. Это уже прерогатива армии и армейских корпусов. Эта логика работает как у нас, так и за рубежом», – считает Леонков.
«Очевидно, что зона обороны дивизии будет иметь тенденцию к расширению и тогда придется более активно работать над дальностью стрельбы. Однако если посмотреть зарубежные аналоги дальнобойных орудий, то там дальность достигается за счет длины стволов и специальных снарядов», – акцентирует собеседник.
«Проблема стрельбы на дальние дистанции в целом у нас решена. Однако вопрос заключается в том, сколько комплексов у нас стреляют на подобную дальность и сколько этих комплексов сосредоточено в районах боевого соприкосновения», – подчеркивает он.
Леонков также считает ошибкой недооценку роли артиллерии в современных конфликтах. «Между тем артиллерия до сих занимает ведущие позиции на поле боя. Тенденции ее развития смещаются в сторону высокоточного боеприпаса. Появляются программируемые снаряды, которые способны подрываться на заданной точке над или под землей. Постепенно увеличиваются дальность полета снарядов, снижается процент погрешности попадания, увеличивается живучесть стволов», – утверждает он.
«Те же американские гаубицы М-777 имеют очень ограниченный ресурс, потому что изначально они предназначались для интенсивности стрельбы два-три выстрела в минуту. Насколько я помню, у них живучесть ствола до тысячи выстрелов. У нас показатель в разы лучше – до пяти-семи тысяч», – акцентирует эксперт.
«При этом РСЗО HIMARS создавалась как средство контрбатарейной борьбы, однако на Украине цели значительно сменились. Идет борьба технологий. Мы впервые столкнулись со многими видами вооружения, в том числе с HIMARS, и параллельно осваиваем технологии противодействия», – резюмирует собеседник.
Напомним, ранее в Сети развернулась дискуссия о так называемой проблеме «30+», связанной с тем, что большинство российских артиллерийских систем имеют дальность стрельбы до 30 километров, в то время как ВСУ располагают натовскими системами (Excalibur и HIMARS), способными поражать цели на расстоянии до 45 и 80 километров соответственно.
Благодаря этим системам, как считается, ВС Украины наносили чувствительные и во многом безнаказанные удары по российской логистике, особенно в районах правобережья Херсонской области. В такой ситуации, по мнению аналитиков, главная задача России – решить проблему «30+» таким образом, чтобы артиллерия ВС РФ могла действовать на глубину до 100 километров от линии боевого соприкосновения.
Ранее газета ВЗГЛЯД допускала, что украинские военные могут попытаться обстреливать Крым из HIMARS в Херсонской области.