«Я думаю, российская база в ЦАР может быть нужна примерно для того же, для чего нужно российское присутствие в Сирии – заниматься вопросами примирения враждующих сторон», – отметил доцент РЭУ им. Плеханова, член экспертного совета «Офицеры России» Александр Перенджиев.
Помимо политических задач примирения сторон, речь может идти о «военно-политических действиях» – о разграничении вооруженных групп, полагает эксперт.
Вторая задача, которую практически могли бы выполнить российские военные – охрана по просьбе властей ЦАР каких-либо стратегически важных объектов, с обеспечением безопасности которых не справляются местные силовики.
Президент ЦАР Фостен-Арканж Туадера в пятницу заявил РИА «Новости», что его страна рассматривает возможность создания в стране российской военной базы. Туадера утверждает, что этот вопрос прорабатывается министерствами обороны двух стран. Президент ЦАР, прибывший в Сочи для участия в саммите «Россия-Африка», встречался с Владимиром Путиным. Но тема создания российской базы в ЦАР на этой встрече не обсуждалась, сообщил в пятницу пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков.
Но если российская база в Центральноафиканской Республике все-таки появится, то «Россия получит точку геополитического влияния в этом регионе», отметил Перенджиев. «В дальнейшем российская сторона получит какие-то привилегии и при формировании экономических проектов», – указал собеседник. Отметим, что ЦАР богата полезными ископаемыми – так, к примеру в 2012 году здесь было добыто алмазов на сумму 62 млн долларов. Однако из-за гражданской войны добыча резко сократилась – до 2,3 млн долларов в 2018 году. Кроме того, республика обладает большими запасами урана, нефти и, предположительно, золота. Сейчас доля ВВП от добычи ископаемых невелика – порядка 15–20%, и Россия в этом процессе не участвует. Однако правительство этой страны объективно заинтересовано в развитии совместных проектов по добыче сырья.
Кроме того, в том же интервью Фостен-Арканж Туадера заявил, что республика хотела бы получить от России новые партии вооружений, в дополнении к тем военным поставкам, которые имели место в прошлом году.
Напомним, что гражданская война между центральным правительством и коалицией мусульманских группировок «Селека» идет в ЦАР с 2012 года. В качестве третьей силы выступает христианское ополчение «Анти-Балака». В 2013 году повстанцы «Селеки» захватили столицу страны Банги, а лидер коалиции Мишель Джотодия провозгласил себя президентом. Позже повстанцев вытеснили из столицы, и война переместилась на окраины страны. Поддержку правительству оказывали Франция, страны – члены ЭКОЦАС (Экономическое сообщество стран Центральной Африки) и Африканского союза. Мирное соглашение было заключено в начале 2019 года. Стороны договорились об организации свободных и инклюзивных выборов, которые позволят обеспечить сменяемость власти в стране. Однако, по оценке экспертов, конфликт рано считать завершенным.
«В определенном смысле мы говорим не только о военных базах, но речь может идти и о других структурах, которые могут быть также необходимы в ЦАР. Если мы там будем осуществлять гуманитарные операции, скажем, развертывать систему полевых госпиталей, то также может потребоваться их охрана», – отметил Перенджиев.
Газета ВЗГЛЯД писала, что Россия может предложить Африке, что может получить взамен и с кем придется за это побороться.