Европа только ввела пятый пакет санкций против России, в рамках которого она впервые ввела ограничения против российского угля. Но Еврокомиссия уже приступила к работе над шестым пакетом санкций против России с возможными санкциями против российского нефтяного сектора, заявил в понедельник замглавы ЕК, глава МИД Литвы Ландсбергис.
Литва активней всех продвигает нефтяное эмбарго против России. Она хотела его ввести еще в рамках пятого пакета санкций. Однако в ЕС нет единого мнения на этот счет. В частности, сильно против нефтяного эмбарго выступают Германия и Венгрия, а без согласия всех членов ЕС ввести его невозможно. Эмбарго на уголь европейцы ввели, на самом деле, с большой отсрочкой до 10 августа для действующих контрактов.
Но отказ от нефти для Европы имеет еще более тяжелые последствия. Россия обеспечивает 25% нефтяного импорта ЕС. По данным ЕК, в 2021 году страны ЕС импортировали из России сырой нефти на 48,5 млрд евро, нефтепродуктов – на 22,4 млрд евро. Только Германия в прошлом году купила 81,4 млн тонн нефти, из которых на Россию пришлось 27,7 млн тонн, или более трети импорта (34%). Что касается Литвы, то ей российская нефть не сильно нужна. Потому что российскую нефть закупает только литовский Мажейкяйский нефтеперерабатывающий завод (единственный в Прибалтике). Однако этот завод принадлежит польской компании PKN Orlen, которой и придется решать вопрос с отсутствием нефти для переработки.
«Внутри Евросоюза есть разногласия по вопросу нефтяного эмбарго, часть европейских стран не готова к такому решению. Например, Венгрию надо будет сильно прогнуть. Во-вторых, есть банальное понимание, что в мире мало свободных мощностей по добыче нефти, и так быстро Россию нельзя заменить. Поэтому нефтяное эмбарго приведет к еще более существенному росту цен на нефть. Разразится дизельный кризис, который уже и так подбирается к Европе, со всеми вытекающими последствиями для популярности властей», – говорит старший научный сотрудник Финансового университета при правительстве России и ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности Станислав Митрахович.
Великобритания, которая ввела нефтяное эмбарго вместе с США, уже столкнулась с топливным кризисом. Отказ от российской нефти привел к росту цен на топливо на 40% по сравнению с декабрем 2021 года. Бензин стоит уже два фунта стерлингов за литр, или порядка 210 рублей. Британцы даже начали пересаживаться на общественный транспорт. Также подорожали грузоперевозки, что привело к росту стоимости продуктов на полках в магазинах.
В Европе цены на топливо уже сильно подросли. Например, в Париже литр бензина стоит почти два евро, или 180 рублей, а в некоторых районах доходит и до 2,5 евро, или 220 рублей. Это рекордно высокие цены для европейцев. В Германии водители грузовиков устраивают автопробеги в знак протеста против повышения цен на бензин и дизтопливо, которое бьет рекорды. Дальнейшее усугубление ситуации руками политиков чревато не только небывалым всплеском инфляции, но и социальными последствиями.
Международное энергетическое агентство заявило, что добыча нефти в России в апреле сократится на 25%, что приведет к потерям мировых поставок нефти на 3 млн баррелей в сутки. По сути, МЭА намекает на то, что уже в апреле Россия лишится европейских поставок нефти и не сможет эти объемы перенаправить на другие рынки. Однако Митрахович не верит в столь сильное падение, хотя указывает, что Россия закрыла статистику по нефти и газу, чтобы у Запада не было возможности использовать ее для ужесточения санкционной риторики.
Косвенные данные свидетельствуют о падении нашего экспорта. Так, Центробанк сообщил о сокращении в марте объема платежей в нефтегазовой отрасли на 47,8% по сравнению с показателями в четвертом квартале. Схожее падение входящих платежей в секторе добычи нефти и газа было зафиксировано весной 2020 года, когда началась пандемия COVID-19. Но тогда произошел обвал цен на энергоносители, тогда как в последние месяцы цены и на нефть, и на газ очень высоки. Даже с дисконтом российская нефть стоит прилично – в районе 89 долларов за баррель. Впрочем, в самом Центробанке отмечают, что такая динамика может быть связана с задержками платежей за экспорт. А это значит, что данные банка могут не отражать реальность.
«На мой взгляд, МЭА сгущает краски, когда говорит о падении добычи нефти в России почти на треть в апреле. Насколько можно доверять этому агентству? Недавно ОПЕК+ отказалась от данных МЭА в оценке добычи нефти»,
– говорит Митрахович. ОПЕК+ с февраля начала использовать вместо данных МЭА данные Rystad Energy и Wood Mackenzie. В картеле объяснили это тем, что МЭА занижает данные о добыче в ОПЕК+.
В России добыча нефти по итогам апреля может снизиться на 4-5% к марту, заявил вице-премьер России Александр Новак. Причины, по его словам, в смене логистики, финансовых проблемах со страхованием и использованием судов.
«Судя по всему, кому-то придется закрыть скважины. Мы уже переживали этот процесс, когда был коронавирус. К сожалению, мы уже лет десять говорим о необходимости строить хранилища для нефти, но мы их так и не построили. Можем хранить нефть лишь в некоторых терминалах в портах», – говорит Митрахович.
Безусловно, российская нефть столкнулась с проблемами из-за геополитического противостояния. Например, компании Shell в прошлом месяце пришлось извиняться за то, что ее трейдеры купили партию российской нефти Urals с большой скидкой, потому что это вызвало возмущение некоторых политиков, в том числе министра иностранных дел Украины. Shell пришлось пообещать, что она прекращает покупать российскую нефть на спотовом рынке и поэтапно откажется от российских нефтепродуктов. Однако Bloomberg уверяет, что компания продолжает покупать российскую нефть, но делает это так, чтобы по документам она проходила под видом другой нефти.
Чтобы избежать порицания политиков, Shell покупает в латвийском порту смешанное дизельное топливо, которое только на 49% произведено в России, остальные 51% топлива имеет не российское происхождение. Это позволяет на бумаге говорить о покупке нероссийского дизельного топлива. Трейдеры назвали эту смесь «латвийской» по аналогии с «сингапурской» и «малайзийской» нефтью, которую продает Иран. Смешивание нефти и нефтепродуктов в таких пропорциях, чтобы обходить санкции, активно использует Иран.
Еще один иранский способ обхода санкций – это отключение на кораблях с нефтью транспондеров, чтобы спутник не мог отследить судно с нефтью. В открытых водах танкер-призрак перегружает иранскую нефть на танкеры других стран, и нефть получает неиранское происхождение. Собственно, такие же способы обхода нефтяного эмбарго могут быть использованы Россией.
Сейчас есть трейдеры, которые готовы покупать российскую нефть Urals, которая торгуется с дисконтом в 20-30 долларов за баррель. Если ЕС запретит импорт нефти из России, то часть потоков удастся перенаправить на азиатское направление. Уже сейчас Индия активно скупает российскую нефть.
По словам ведущего нефтяного аналитика исследовательской компании Kpler Мэтта Смита,
с начала марта в Индию отправлено уже пять партий российской нефти, или около шести миллионов баррелей. То есть за один месяц Индия импортировала из России вполовину больше нефти, чем за целый 2021 год.
Индия покрывает целых 80% своих потребностей в нефти за счет импорта. Но России в числе крупнейших поставщиков черного золота не было. В прошлом году Индия закупала у России всего 2-5% нефти. Примерно столько же покупали у России нефти и нефтепродуктов США до того, как объявили об эмбарго. Индия покупала нефть в основном у Ирака, Саудовской Аравии, ОАЭ и Нигерии.
США уже высказывают недовольство тем, что Индия так активно переходит на российскую нефть. Но если Индии Вашингтон еще может запретить или осложнить закупку российской нефти, пригрозив вторичными санкциями, то вот Китаю – вряд ли.
«Китай будет покупать российскую нефть в любом случае, потому что он является самостоятельным игроком и стратегическим конкурентом США. Пекин понимает, что соперничество с США может достичь уровня, когда и в отношении Китая будут применяться санкции, аналогичные российским. Поэтому Китаю нужны альтернативные углеводороды, которые может дать Россия», – говорит Митрахович.
Не исключает эксперт и Пакистан в числе новых покупателей российской нефти и газа, несмотря на победу там проамериканских властей.
Перенаправить потоки российской нефти из Европы в Южную Азию, а потоки ближневосточной нефти из Азии в Европу будет непросто, небыстро и экономически невыгодно, но технически это в принципе возможно. А вот перенаправить трубопроводный газ из Европы на другие рынки – а это 150 млрд кубометров в год – физически нельзя. Это означает одно – эти огромные объемы просто уйдут с рынка, что ударит по всему мировому рынку.
Митрахович не исключает, что еще одним фактором сдерживания ЕС от объявления нефтяного эмбарго является угроза ответного удара со стороны России в виде перекрытия газового вентиля. Если Россия сама в ответ поднимет ставки и введет запрет на экспорт газа в Европу, то, конечно, никаких обходных путей для доставки газа в Европу не будет.
«По газу самое большое снижение добычи в России было не во время коронавируса, а во время мирового кризиса 2008-2009 годов. Тогда Газпром снизил добычу на 90 млрд кубометров. Это близко к 150 млрд кубометров, которые Европа купила у Газпрома в 2021 году», – заключает Митрахович.