«Россия ведет целенаправленный промысел балтийской трески и в одностороннем порядке устанавливает значительно превышающие научные рекомендации и свою историческую долю квоты общего допустимого улова сельди и кильки», – говорится в недавнем обращении к Еврокомиссии делегации Литвы в Евросоюзе.
Это заявление прозвучало через несколько дней после того, как Еврокомиссия представила свои предложения по квотам на рыбную ловлю в Балтийском море, не предвещающие ничего оптимистичного для литовских рыбаков. Единственным промысловым видом, по которому ожидается существенное увеличение квот, в документе Еврокомиссии названа рижская сельдь, а для остальных видов квоты, и без того незначительные, будут либо еще больше снижены, либо оставлены без изменений.
Рыбная тревога
Политику по последовательному сокращению квот на вылов большинства видов балтийской промысловой рыбы Евросоюз мотивирует тем, что ее становится все меньше из-за изменений климата и загрязнения акватории. Примечательно, что в Еврокомиссии за определение квот отвечает представитель Литвы – комиссар по делам окружающей среды, океанов и рыболовства Виргиниус Синкевичюс. На 2020 год его ведомство приняло прецедентное решение снизить квоту на вылов трески в восточной части Балтики на 92%, всего до двух тысяч тонн. В западной части Балтики квота на треску была сокращена на 60%, до 3806 тонн.
На этот год квота на восточно-балтийскую треску стала совсем мизерной – 595 тонн, и на следующий год ее предлагается оставить на том же уровне. Для западно-балтийской трески квота была увеличена всего на 5%, до четырех тысяч тонн, на следующий год предложение пока не сформировано, но маловероятно, отмечает Еврокомиссия, что ресурсы этого вида в последнее время развивались благоприятным образом.
Кроме того, в последние пару лет сокращались квоты на вылов кильки, салаки, камбалы, лосося – по этим видам ситуация также преимущественно тревожная. «Размер запасов западной балтийской сельди остается ниже безопасных биологических пределов – ученые уже четвертый год подряд советуют прекратить ее вылов», – говорится в документе Еврокомиссии в обоснование предложения закрыть целенаправленный промысел. А для центрально-балтийской сельди было предложено сократить квоту на 54% в соответствии с рекомендациями Международного совета по исследованию моря (ICES).
С российской стороны также наблюдается сокращение балтийских рыбных квот. В настоящий момент, по данным Атлантического филиала Всероссийского НИИ рыбного хозяйства и океанографии, величина запасов восточно-балтийской трески находится на исторически минимальном уровне, в результате чего общий допустимый улов (ОДУ) трески для российских компаний в 2022 году может составить две тысячи тонн. Запасы двух других важнейших объектов промысла – балтийской сельди (салаки) и шпрота (кильки) – находятся в биологически безопасных пределах, однако тоже имеют тенденцию к снижению. ОДУ салаки на 2022 год может составить 27,2 тыс. тонн, шпрота – 44,2 тыс. тонн.
Пожаловались не по-соседски
Обращение Литвы в Евросоюз с жалобой на Россию состоялось незадолго до очередной сессии Смешанной российско-литовской комиссии по рыбному хозяйству, которая должна пройти на территории России в последнем квартале текущего года. Этот орган занимается согласованием объемов общих допустимых уловов в Куршском заливе – пограничном между Литвой и Калининградской областью. С российской стороны в комиссию входят представители Западно-Балтийского территориального управления Росрыболовства, с литовской – специалисты отдела рыбного хозяйства Минсельхоза страны.
Аналогичные двусторонние структуры у России созданы с другими соседями по Балтике – Польшей, Латвией и Эстонией. Они ежегодно подписывают двусторонние протоколы по квотам, которые устанавливаются в соответствии с рекомендациями ICES.
Учитывая наличие двусторонней комиссии по рыбному хозяйству, претензии Литвы в данной ситуации как минимум выглядят странно, считает управляющий партнер компании Agro&Food Communications Илья Березнюк. Российские рыбаки, по его словам, осуществляют добычу водных биологических ресурсов в западном бассейне Балтики в соответствии со всеми договоренностями сторон и согласно международному праву.
Например, приводит эксперт один из показателей на 2021 год, квоты на вылов корюшки в Куршском заливе у Литвы составили 470 тонн – на 70 тонн выше, чем у российских рыбаков. В целом, указывает Березнюк, российские рыбаки ежегодно имеют квоты на добычу в Балтийском море и прилегающих водных территориях порядка 75-80 тыс. тонн рыбы, которые находятся примерно на одном уровне в течение последних пяти–восьми лет. По итогам 2020 года общий вылов водных биоресурсов в западном бассейне Балтики российскими компаниями составил 82,3 тыс. тонн, что вполне соответствует квотам.
Балтика остается принципиально важным объектом бизнеса для российского рыболовства, отмечает руководитель направления по закупкам компании «Русский Рыбный Мир» Игорь Попов. По его мнению, заявления прибалтийских стран о том, что Россия нарушает рыболовные квоты, не принесут России никаких проблем – страшнее другие угрозы, связанные с природными катаклизмами, которые влияют на промысел балтийской рыбы.
«В последнее время участились случаи, когда осенняя добыча кильки срывалась из-за неблагоприятной обстановки на промысле, – говорит Игорь Попов. – Но российские рыбоперерабатывающие предприятия эту проблему решили, уже несколько лет успешно внедряя в производство кильку из Каспийского моря, черноморскую хамсу и другие виды. Конечно, вкусовые качества этой рыбы отличаются, но принципиальных отличий нет. Поэтому что бы ни случилось, российские потребители без шпрот не останутся».
Улов, стремящийся к нулю
А вот литовским рыболовным компаниям балтийскую рыбу заменить фактически нечем. Из-за ограничений по вылову ряда промысловых видов рыб со стороны Евросоюза объемы вылова Литвы в этом году серьезно снизились, отмечает Илья Березнюк. В частности, квота на вылов восточно-балтийской трески для литовцев сократилась на 70%, на вылов салаки – более чем на треть, хотя при этом выросли квоты на вылов шпрот и лосося.
О нарастающих проблемах литовской рыболовной отрасли было известно давно, и причиной тому было все то же снижение квот. Еще в 2014–2017 годах квоты, выделенные Литве Евросоюзом на ловлю трески, сократились на 50%, а одновременно из-за санкционных войн литовская рыбная промышленность потеряла российский рынок, куда традиционно экспортировала шпроты. Кроме того, в 2013 году было прекращено коммерческое рыболовство в Каунасском заливе и Круонисском водохранилище.
По данным литовского министерства окружающей среды, на начало этого года коммерческим рыболовством в стране занималось около сотни компаний, половина из них работала в Куршском заливе. Фактически это лишь остатки от того потенциала, которым обладала отрасль в советский период. За три десятилетия после обретения Литвой независимости от большого рыболовецкого флота Литовской ССР почти ничего не осталось. Многие владельцы судов воспользовались предложением Евросоюза получить финансирование за выход из бизнеса, и траулеры стали массово списываться на металлолом.
В середине 2000-х годов коммерческим рыболовством занималось 65 литовских судов, к началу прошлого десятилетия их количество сократилось вдвое, а к 2017 году, когда системный кризис в отрасли уже вполне оформился, у 15 компаний, работающих в открытом море, осталось всего 22 судна.
Чрезвычайные меры, предпринимаемые Евросоюзом по спасению популяций рыбы на Балтике, могут привести к тому, что собственный рыболовный флот Литве вскорости совсем не понадобится, и власти страны уже вполне явно намекают на такое развитие событий.
В марте глава министерства окружающей среды Литвы Симонас Гентвилас заявил о необходимости дальнейших ограничений коммерческого рыболовства для защиты ресурсов внутренних водоемов страны. Вместо того, что еще осталось от литовской рыбной промышленности, было предложено развивать два направления. С одной стороны, это любительская рыбалка, которая приносит деньги в бюджет благодаря продаже лицензий, а с другой – наземная аквакультура, которая, по замыслу правительства Литвы, должна обеспечивать основные поставки рыбы после запрета коммерческого рыболовства.
Парадоксальным образом экологические проблемы Балтики, из-за которых приходится сокращать квоты на вылов рыбы, Литва во многом создает себе сама.
Не так давно министерство сельского хозяйства страны представило доклад, в котором говорится, что объемы азота, попадающего с территории Литвы в центральную часть Балтийского моря, почти вдвое превышают максимально допустимые пределы. Причина заключается в интенсивном использовании минеральных удобрений сельским хозяйством, а кроме того, серьезным источником загрязнения является порт Клайпеды, в районе которого регулярно обнаруживаются нефтяные пятна.
Экологическая ситуация на Балтике, привлекая повышенное внимание международной общественности, однозначно играет против рыбной промышленности Литвы. Еще в середине 2019 года, когда было анонсировано дальнейшее сокращение квот Евросоюза на вылов трески, отраслевая ассоциация Europêche опубликовала релиз под угрожающим заголовком «Рыбаки Восточной Балтики рискуют стать исчезающим видом», однако воспрепятствовать действиям Еврокомиссии не удалось. Теперь же перспективы для литовской рыбной промышленности выглядят совсем мрачно – спасать ее еще сохраняющиеся мощности не будут ни Вильнюс, ни тем более Брюссель.