«Конечно, нам нужна стабильность и предсказуемость цен на нефть, это правильно. Но мы видим, что все эти сделки с ОПЕК приводят к тому, что наши американские партнеры увеличивают добычу сланцевой нефти и захватывают дополнительные рынки», – признал наличие рисков первый вице-премьер, министр финансов РФ Антон Силуанов, передает Reuters.
В рамках ОПЕК+ встает вопрос – а стоит ли России, Саудовской Аравии и другим так «помогать» своему прямому конкуренту? Надо тщательно оценить риски и возможности американских компаний продолжать наращивать добычу и экспорт нефти перед тем, как решиться на очередную сделку ОПЕК по сокращению добычи, считает Силуанов. Российское Минэнерго уже проводит подобные расчеты, добавил он.
Раньше с такими опасениями неоднократно выступал глава «Роснефти» Игорь Сечин. В декабре 2018 года он якобы даже отправил письмо Владимиру Путину на эту тему. А эпистолярная переписка с главой государства – излюбленная практика главы «Роснефти», и зачастую она приводит к положительному результату.
Сечин уверен, что сделка по сокращению добычи нефти ОПЕК является стратегической угрозой для России и создает преференции для США. Так, доля российской нефти на мировом рынке падает. Если в 1990 году она составляла 16,3%, то сейчас – лишь 12%. При этом с 2007 года добыча нефти в России выросла лишь на 10%, в то время, как в США, Бразилии и Ираке – на 87%, 50% и 111% соответственно. Потребители нефти переориентируют закупки с российской нефти на другие сорта и перестраивают логистические цепочки. Потеря российскими компаниями рыночной доли может быть необратимой, переживал Сечин.
Сланцевая добыча в США выстрелила благодаря прорывным технологиям в 2016 году. Однако раньше Минэнерго такой угрозы не замечало, теперь же, судя по словам Силуанова, ведомство как минимум решило просчитать, насколько велики подобные риски.
В конце прошлого года международная консалтинговая компания IHS Markit выпустила исследование, в котором прогнозирует, что экспорт американской нефти уже к сентябрю 2020 года вырастет до 5 млн баррелей в сутки, а к концу 2020 года – превысит и эту отметку. Тогда как российский экспорт все это время будет сохраняться на уровне 5 млн баррелей в сутки. Таким образом, уже через два года США могут обогнать Россию по объемам экспорта нефти, считают там.
А если брать в целом экспорт жидких углеводородов из США, включая нефть, нефтепродукты и газовый конденсат, то он может превысить 10 млн баррелей в сутки уже к концу 2019 года. Это лишит Саудовскую Аравию статуса крупнейшего экспортера нефти в мире, так как саудовский экспорт сохранится на уровне 9 млн баррелей в сутки на протяжении этого периода, прогнозируют IHS.
Впрочем, эксперт Александр Пасечник из Фонда национальной энергетической безопасности не склонен доверять таким прогнозам. По его словам, ни один прогноз ни по цене нефти, ни по объемам добычи и экспорта от подобных консалтинговых компаний не сбывался. На рынке нефти с долгосрочными прогнозами вообще крайне тяжело, так как цены на нефть политизированы и зависят от огромного количества факторов, а не только от соотношения спроса и предложения. К тому же спросом и предложением опять управляют в ручном режиме.
Минэнерго США, конечно, тоже ждет роста добычи и экспорта сланцевой нефти США. Тем более, как уверяют западные эксперты, американские нефтедобытчики уже якобы добились рентабельности большой части скважин на территории Пермского нефтеносного бассейна даже при цене нефти 30 долларов за баррель. Впрочем, пока нефть стоит дороже и эти заявления еще не успели пройти проверку «боем».
При этом Пасечник отмечает несколько проблем, которые мешают росту экспорта американской нефти. Первая – это нехватка инфраструктуры. Имеющиеся нефтепроводы заполнены, а именно по ним сланцевая нефть течет с места добычи до танкеров у побережья Мексиканского залива, откуда она уходит на экспорт. Правда, американцы не стоят на месте. В 2019–2020 годах они планируют построить семь новых трубопроводов, которые позволят перевозить в сумме 4,6 млн баррелей в день. Еще одна проблема США – это растущий спрос на нефть на внутреннем рынке со стороны местных НПЗ.
Однако страхи Силуанова скорее преувеличены. Столь критичная позиция главы Минфина по отношению к сделке ОПЕК+ в принципе выглядит странно. «Если Россия в рамках ОПЕК+ не будет регулировать добычу, то цена на нефть упадет. Кто от этого больше пострадает – нефтяные компании или бюджет? Конечно, бюджет. Чем цена выше, тем больше доходов получает бюджет и тем больше накапливаем резервов. Для компаний же не так важно, сколько стоит нефть – 40, 50 или 60 долларов за баррель. Для нефтяных компаний сделка менее выгодна, чем для бюджета. Поэтому в краткосрочной перспективе Силуанов не прав», – говорит Игорь Юшков из Фонда национальной энергетической безопасности. Так, бюджет России получил дополнительно 6 трлн рублей с момента заключения соглашения ОПЕК+ в 2016 году по декабрь 2018 года, посчитали в РФПИ. Нефтяные компании удвоили прибыль в 2,5 раза только за девять месяцев 2018 года.
Основания для страхов имеются скорее в долгосрочной перспективе: на наших глазах американцы становятся нетто-экспортерами.
«Сделка ОПЕК+, конечно, имеет свои минусы, но если мы откажемся от нее, то есть риск падения цены на нефть до 30 долларов за баррель. Умрет ли от этого американская добыча? У них будет кризис, банкротства, как это было в 2014–2015 годах, но полностью их добычу это не убьет. А долго ли российская экономика продержится при 30 долларах за баррель?» – говорит Юшков.
Саудовская Аравия, у которой накоплены куда более серьезные резервы, и то вынуждена была пойти на сделку ОПЕК в 2016 году,
так как ее запасы слишком быстро таяли в 2014–2015 годах. Поэтому сделка ОПЕК+ имеет свои минусы, но пока плюсы от нее перевешивают страхи.
По оценке IHS, ежегодные доходы от продажи нефти России, США и Саудовской Аравии достигают около 280 млрд долларов у каждой. Однако в структуре ВВП занимают совершенно разную долю. Так, у США нефтяные доходы занимают всего 1% валового продукта, у России – 19%, а у Саудовской Аравии – целых 35%. Поэтому в целом американская экономика может даже не заметить падения цен на нефть. Более того, Дональд Трамп постоянно говорит о том, что стране нужна дешевая нефть. Это будет означать дешевый бензин на внутреннем рынке, который всегда подталкивает и потребление, и производство внутри США. То есть ровно то, за что ратует текущий президент Северной Америки.
«Возможно, Силуанов как министр финансов опасается, что на фоне снижения добычи нефти в России, снизится налогооблагаемая база, – предполагает Юшков. – Однако снизится она не из-за сделки ОПЕК+, а из-за того, что у нас не запускаются новые нефтяные проекты. А они не запускаются, потому что у нас нет рентабельных технологий добычи «сложной» нефти, например, Баженовской свиты».
Поэтому, по его мнению,
Минфину надо думать не о сделке ОПЕК+, которая пока дает бюджету много денег, а о запуске новых проектов по добыче нефти. Стоит признать, что из-за естественного истощения скважин добыча нефти со временем в России будет падать.
Что касается риска завоевания американской нефтью новых рынков, то они скорее преувеличены. «Американцы еще не стали такими крупными экспортерами нефти, чтобы вытеснять нас с рынков. Пока этой проблемы нет. У России вообще проблем со сбытом нефти нет. Сколько мы добываем, столько и продаем», – говорит Юшков.
Между тем США собственными руками освобождают дополнительное место на мировом рынке нефти. Они ввели санкции против Ирана, практически обнулив его экспорт. Добыча нефти в Венесуэле тоже стремится к нулю. «В рамках ОПЕК+ надо быстрей реагировать и самим занимать место Ирана и Венесуэлы на мировом рынке. Думаю, что в этом направлении и будет происходить трансформация сделки ОПЕК+. Придем к тому, чтобы устанавливать такие объемы добычи, чтобы цена не поднималась к 80 долларам за баррель, а оставалась, например, на уровне 60 долларов за баррель. Чтобы это устраивало экспортеров нефти и не давало американцам активно наращивать добычу», – заключает эксперт.