Конец уходящего года ознаменовался рекордно низкими ценами на нефть – 26 декабря 2018 года котировки сорта Brent вплотную приблизились к отметке в 50 долларов за баррель. С момента своего локального пика в конце октября 2018 года, когда нефть торговалась на уровне чуть выше 86 долларов за баррель, чёрное золото потеряло уже более 40% своей цены.
Впрочем, пока что в лагере поставщиков нефти нет панических настроений. Нынешние низкие цены на нефть вполне могут стать лишь временной флуктуацией. Почему?
Привычный рост – теперь и в 2019 году
Основная причина сдержанного оптимизма среди производителей нефти – это глобальное соотношение спроса и предложения. Оно выглядит отнюдь не способствующим длительному поддержанию низких цен на нефть.
В 2018 году мировое потребление нефти составило около 99,3 млн баррелей в день. В 2019-м, на фоне положительной динамики мировой экономики, эта цифра впервые преодолеет магическую отметку в сто миллионов (до 100,8 млн баррелей в день).
Рост потребления нефти в мире – практически неизменная константа, за последний десятилетний период нефть стабильно прибавляет по 1,3–1,5 млн баррелей каждый год. Единственным исключением стал момент кризиса 2008–2009 годов, когда те же 1,5 млн баррелей нефти за год ушли с рынка, вызвав падение цены со 140 до 45 долларов за баррель.
Конечно, новые технологии (переход на возобновляемые источники энергии и электромобили) немного замедляют относительный рост потребления нефти. Однако такой медленно стагнирующий рост потребления сочетается с другой неприятной особенностью – производство нефти за последнее десятилетие сосредоточилось лишь в девяти странах мира. В прошлом таких стран было гораздо больше.
На сегодняшний день лишь США, Россия, Саудовская Аравия, Канада, Иран, Ирак, ОАЭ, Кувейт и Бразилия продолжают демонстрировать положительную динамику в производстве нефти и в вопросе обнаружения новых запасов чёрного золота. Остальные страны-производители вступили в давно ожидаемую стадию падения добычи, которую много раз предрекали в рамках известной теории «пика нефти».
А как же сланцевая нефть и запасы аравийских песков?
Пока что рост производства нефти в девяти нефтедобывающих странах из «допикового» списка успешно компенсирует падение добычи во всех остальных странах. Однако возможности такого способа поддержания баланса спроса и предложения отнюдь не бесконечны.
Так, например, по многим независимым оценкам, на сегодняшний день у Саудовской Аравии нет запаса мощностей, который обычно принимался равным в 2–2,5 млн баррелей в день и мог в прошлом быть быстро поставлен на рынок для его балансировки. Хотя ещё в начале 2000-х годов у Эр-Рияда была такая возможность.
Столь же неоднозначна и ситуация с американской нефтью малопроницаемых коллекторов (так называемой сланцевой нефтью). По прогнозам американского министерства энергетики, в 2019 году сланцевики США прибавят к интегральной добыче страны около 1 млн баррелей в сутки. При этом Соединенные Штаты уже в 2019 году уверенно перешагнут отметку потребления нефти в 20 млн баррелей в сутки, а добывать на своей территории будут порядка 11,5 млн баррелей. Конечно, на фоне катастрофического дисбаланса «образца 2007 года», когда США добывали чуть более 5 млн баррелей нефти в день, а потребляли те же 20 млн, это выглядит как несомненный успех. Однако, перенеся картинку ещё на десять лет назад, в 1998 год, мы увидим, что в 2019 году США будут импортировать нефти ровно столько же, сколько они завозили в страну в 1998-м – около 8 млн баррелей в день.
Такая ситуация напоминает известный «бег черной королевы» из сказки Льюиса Кэрролла «Алиса в Зазеркалье», когда «приходится бежать со всех ног, чтобы только остаться на том же месте». Именно это проклятие преследует американскую нефтяную энергетику. В США последнее десятилетие растет добыча нефти, но потребление моторных топлив увеличивается еще сильнее.
При этом стоит понимать, что подушевое потребление нефти в США стабилизировалось ещё к началу 1980-х годов, на фоне прихода первой волны энергоэффективности по итогам нефтяных кризисов середины и конца 1970-х годов. После этого рост энергоэффективности замедлился, а в 2010-х годах и вовсе «вышел на полку». Таким образом, «лишние» 40 миллионов населения, которые наросли в США за период последних 20 лет, ожидаемо включились в американскую модель интенсивного нефтяного потребления – с соответствующим видимым результатом.
Россия: то же Зазеркалье, только у нас
Российская Федерация по-прежнему входит в число стран, которые обеспечивают прирост мировой добычи нефти. Стабилизирующая роль России на мировом рынке нефти весьма выпукло была продемонстрирована в ходе обсуждения и реализации сделки ОПЕК+, которая увязала традиционное картельное соглашение ОПЕК с экспортом российской нефти.
Российский фактор на сегодняшний день критически важен как для стран ОПЕК, так и для США.
Успехи американских компаний, добывающих сланцевую нефть, во многом зависят от высокой цены на чёрное золото, в идеале – гарантированно выше 50 долларов за баррель.
Прошлая «ценовая катастрофа» на рынке (которая началась летом 2014 года и достигла своего апогея в январе 2016 года и привела к падению цен на нефть до уровня в 35 долларов за баррель) уже это наглядно показала. Тогда производство сланцевой нефти в США форменным образом лихорадило: за период низких цен эта часть американской добычи утратила около 1 млн баррелей суточной добычи. Конечно, впоследствии это падение удалось отыграть и даже существенно нарастить добычу, но этот процесс как раз был связан с локальным поднятием нефтяной цены в период 2017–2018 годов.
Этим определяется и показательная осторожность США в введении «нефтяных» санкций против Ирана. Как мы помним, Исламская Республика также входит в число стран «великолепной девятки», от которых явным образом зависит спокойствие на мировом рынке нефти.
России, разумеется, тоже выгодна ситуация высоких цен на нефть. Это определяется не только бюджетной ситуацией, завязанной на налогообложение нефтяной отрасли, но и спецификой существующих и особенно перспективных запасов российской нефти. Освоение нефти Восточной Сибири, Крайнего Севера и Арктического бассейна невозможно при низкой мировой цене: себестоимость такой нефти имеет ровно те же ограничения «снизу», что и американская сланцевая нефть. Парадоксально, но тут
Россия и США буквально находятся в одной лодке, желая на словах «дешёвого бензина и дизельного топлива», но фактически не имея возможности эффективно добывать нефть для их производства при низкой цене на неё.
Российский «бег черной королевы» имеет свои особенности, но по сути такой же, как и бег американской: приходится бежать со всех ног, чтобы только остаться на том же месте.
Так что, скорее всего, самый вероятный нефтяной сценарий для 2019 года выглядит, может быть, и не сенсационно, но ожидаемо. Обыденно вырастет потребление, немного улучшатся технологии добычи и планово упадут запасы. Спрос снова обгонит предложение, цена нефти вырастет, чтобы скорректировать дисбаланс – после чего равновесие установится до следующего кризиса.