Фонд развития интернет-инициатив (ФРИИ) объявил о начале регистрации интернет-проектов на официальном сайте.
Если этот проект может монетизироваться, то он, возможно, сможет найти инвестиции в фонде
С 15 июля любой гражданин России может зарегистрировать свой интернет-проект: от стартапа до успешно функционирующего онлайн-бизнеса, которому требуется финансирование для дальнейшего развития.
Фонд будет действовать три года и за это время инвестирует 6 млрд руб. (около $184 млн) примерно в 400 российских стартапов. Еще два года он будет продавать доли в проектах.
Одна из основных целей ФРИИ – создать в России сеть акселераторов, которая будет помогать выращивать перспективные проекты на ранних стадиях развития – pre-seed (когда есть идея, но нет бизнес-плана) и seed (разработка прототипа проекта и формирование команды).
В России очень мало фондов и инвесторов, поддерживающих проекты на этих стадиях. В один проект стадии pre-seed фонд готов инвестировать около $25 000, seed – $0,25–0,3 млн, а в компании на более поздней стадии развития – около $3,5 млн.
Первый акселератор будет запущен осенью в Москве. Работать ФРИИ будет по модели известного американского инкубатора Y Combinator Пола Грэма. Команды стартапов будут по три месяца работать на площадке акселератора, и в это время за проектом будут следить специальные наблюдатели – менторы. Всего ФРИИ планирует создать 6–8 акселераторов в тех городах, где есть технические вузы и IT-компании.
Также фонд хочет создать онлайн-площадку для привлечения инвестиций в стартапы: частные инвесторы смогут выбрать проект и вложиться в него.
Напомним, о планах создать фонд поддержки интернет-компаний объявлял в ноябре президент Владимир Путин. Основной задачей фонда он назвал финансовую и экспертную помощь предпринимателям, реализующим «общественно значимые интернет-проекты». Но средства фонда – не бюджетные, их перечисляют российские компании, уточняют в ФРИК, не называя их.
Кирилл Варламов (фото: russia.ru) |
О том, на каких условиях стартаперы могут претендовать на финансирование фондом, рассказал в интервью газете ВЗГЛЯД его глава Кирилл Варламов.
ВЗГЛЯД: Кирилл Викторович, проекты какой направленности будут иметь приоритет для выбора вашим фондом?
Кирилл Варламов: Нам интересны проекты, связанные с интернетом, которые могут быть коммерчески успешными...
ВЗГЛЯД: Есть вот, например, проект по разработке онлайн-систем проверки знаний работников железнодорожного транспорта. Может ли он претендовать на поддержку фонда, учитывая, что социальная значимость железнодорожной обучающей системы – это сотни тысяч работников?
К.В.: Если этот проект может монетизироваться, то он, возможно, сможет найти инвестиции в фонде. Нам интересны социально-значимые проекты, и мы готовы к более долгому сроку инвестирования, чем у коммерческих проектов, но все же проект должен зарабатывать деньги.
ВЗГЛЯД: Чем фонд развития интернет-инициатив отличается от уже существующих в России венчурных фондов?
К.В.: Существующая сейчас инфраструктура рынка ориентирована на зрелые проекты, которых не так много. Мы будем инвестировать в онлайн-проекты на самых ранних стадиях, чего на данный момент в России почти никто не делает. Мы также будем вкладывать усилия и средства в развитие широкой инфраструктуры. Это образовательные инициативы, мощный акселератор, новые подходы к выращиванию проектов и развитию команд, доступные финансовые и экспертные ресурсы. Мы ставим перед собой задачу создать инфраструктуру отрасли, а не просто проинвестировать в проекты. От решения этих задач выиграет весь рынок, а не только отдельно взятый участник, поэтому сравнивать ФРИИ с венчурными фондами не совсем корректно. У нас более масштабные задачи.
ВЗГЛЯД: Будет ли фонд помогать продвижению готового продукта на рынок? И каким образом? Какие мероприятия по продвижению в принципе возможны?
К.В.: Мы готовы вкладывать деньги на разных этапах, в том числе на этапе продвижения продукта, но заниматься продвижением будет команда, а не фонд.
ВЗГЛЯД: Что фонд требует взамен своей помощи?
К.В.: ФРИИ получает долю в проекте, которая зависит от стадии, на которой находится сам проект, и объемов финансирования. Это будут рыночные показатели: от 10% до 51%.
ВЗГЛЯД: Что будет в том случае, если проект, поддерживаемый фондом, не удалось довести до конца и он по каким-то причинам был прекращен?
К.В.: В венчурном бизнесе всегда есть шанс того, что проект не будет реализован, особенно на ранних стадиях инвестирования. Мы понимаем эти риски и готовы к ним. Также мы планируем не просто вкладывать деньги, но и вести большую образовательную деятельность, которая могла бы помочь молодым предпринимателям понять азы предпринимательства. В случае провала стартаперам не нужно будет возмещать ущерб фонду.
ВЗГЛЯД: Критики, в том числе и айтишники, уже высказали опасения, что фонд может оказаться простым распределением денег между «своими людьми». Сможет ли общественность контролировать выбор проектов, поддерживаемых фондом? И каким образом? Насколько выбор поддерживаемых проектов будет прозрачным?
К.В.: У нас есть четкие критерии того, какие проекты мы будем инвестировать. Также есть попечительский совет, который следит за деятельностью фонда. В него войдут самые разные люди: эксперты, инвесторы, представители бизнеса и так далее. Мы планируем рассказывать обо всех проектах, в которые мы будем инвестировать.
ВЗГЛЯД: Будет ли фонд вести статистику реализованных проектов, а также мониторинг их дальнейшей судьбы?
К.В.: Безусловно, так как мы будем владеть частью этих проектов. Также мы планируем создать площадку, на которой стартаперы смогут рассказать о себе, о своем проекте, найти команду, если она пока не сформирована, найти потенциальных инвесторов. Мы будем прозрачными для других инвесторов и проектов.