В мае 1945 года, через четыре дня после капитуляции фашистской Германии, когда в Новом Свете только начинал формироваться новый дискурс об американском героизме, а японские войска еще удерживали свои позиции в Тихоокеанском регионе, в Новой Гвинее случилась трагедия, не имевшая прямого отношения к войне.
Нон-фикшн все амбициознее заявляет о себе как о литературе будущего
Двадцать четыре человека с американской военной базы Джи, располагавшейся возле города Голландия, погрузились в военный самолет и отправились на воздушную экскурсию, преследуя две вполне невинные цели. Во-первых, они хотели отдохнуть от гарнизонных будней, а во-вторых, полюбоваться сверху на недоступную дикую долину, окруженную горами и населенную черными аборигенами.
Такова завязка книги американского журналиста Митчелла Зукоффа «Затерянные в Шангри-Ла» – сочинения, читающегося как приключенческий роман, но на самом деле появившегося в результате сбора документальных свидетельств. Странно, что книга об этих событиях не появилась раньше; видимо, должно было пройти 65 лет, чтобы послевоенная гвинейская робинзонада обрела статус полноправной легенды.
Долина Балием, привлекшая туристов в погонах, в то время фигурировала под романтическим названием Шангри-Ла, которое было позаимствовано из книги английского писателя Джеймса Хилтона «Потерянный горизонт». В этом популярном романе, обретшем успешную киноверсию и впечатлившем, в частности, президента Рузвельта, рассказывалось об изолированной от мира долине в горах Тибета – райском уголке, куда по сюжету попадали пассажиры потерпевшего крушение самолета.
В роковой майский день 1945-го выяснилось, что увлекаться литературными аллюзиями опасно: самолет СИ-47, который должен был прокатить расслабившихся военных над местом проживания дикарей, разбился. В живых осталось только три человека: сержант-техник Кеннет Деккер, лейтенант Джон МакКоллом и капрал Маргарет Хастингс.
После этого события начали приобретать все более кинематографический оборот. По прошествии короткого времени израненные и подавленные американцы были обнаружены представителями местного населения, в результате чего возникла классическая ситуация контакта, подобная тем, которые описываются в приключенческих и фантастических романах. Данный эпизод настолько литературен, что выглядит выдуманным, и, тем не менее, это чистая правда: до 13 мая 1945 года гвинейское племя дани никогда не сталкивалось с белыми людьми.
Успех книги Зукоффа – еще один сигнал отечественному авторскому сообществу (фото: mitchellzuckoff.com) |
Жители джунглей, вооруженные копьями и использовавшие вместо одежды весьма своеобразные нательные причиндалы, имели славу людоедов, но пассажирам СИ-47, как выяснилось, не грозило быть съеденными. Проблема была в другом: дани верили, что однажды с неба к ним явятся белые боги и это будет означать скорый конец света.
Поэтому они отнеслись к пришельцам с некоторым пиететом, но вместе с тем возникло мнение, что богов хорошо бы прикончить – авось апокалипсис и отложится.
К рассказу о том, как складывались отношения американцев с этим едва ли не последним в человеческой истории аутентичным сообществом первобытных людей, добавляется еще много всего интересного. Потерпевших, конечно, хватились, но просто прибыть и забрать их соотечественники не могли: на самолете приземлиться было негде, для вертолета высокогорный воздух был слишком разреженным, а подходы с моря блокировались засевшими на побережье японскими войсками. Пришлось придумывать спасательные методы, которые до того никогда не применялись. Отдельная тема – та роль, которую культура 1940-х отводила женщине, попавшей в экстремальные условия; вообще нужно сказать, что капрал Маргарет Хастингс оказывается тут едва ли не центральной героиней.
Главное, что впечатляет во всем этом невероятном сюжете, – зашкаливающее количество пророчеств и совпадений. Крушение самолета в долине Шангри-Ла, предсказанное Джеймсом Хилтоном, и сошествие с небес белых богов, предсказанное первобытным мифом, – это еще далеко не все. Самое серьезное пророчество обнаруживается опять-таки в романе Хилтона, и звучит оно так: «Люди, достигшие совершенства в приемах убийства, начнут сражаться за мир так ожесточенно, что опасность будет угрожать всему драгоценному... Все малое, нежное, беззащитное – все будет потеряно навеки». Разумеется, именно это и произошло с гвинейскими туземцами: роковой контакт означал для них переход на «цивилизованный» путь, который в конце концов привел их к инфляции и скучному позированию перед фотоаппаратами.
Отдельное удовольствие – наблюдать за тем, как Зукофф конвертирует документальное повествование в беллетристику. Конечно, довольно много места в его книге отведено простому изложению фактов, но ведь и романисты в наше время запросто списывают из «Википедии» и вываливают на читателя сырую энциклопедическую информацию. Между тем некоторым из этих сочинителей документалист Зукофф даст сто очков вперед; действующие лица невыдуманной истории превращаются у него в настоящих литературных персонажей.
Восстанавливая картину событий, он выстраивает текст, как заправский писатель. Например, рассказывая о действиях Маргарет Хастингс в роковой день 13 мая перед вылетом, он пишет: «Она буквально проглотила обед, состоявший из цыпленка и мороженого на десерт, – на этот раз она не стала лакомиться каждой ложечкой, как делала это всегда». Откуда, интересно, Зукофф знает такие подробности? Конкретно эту – вероятно, из раздобытого им дневника Маргарет Хастингс, но даже если отдельные мелочи дорисованы воображением, в этом нет ничего страшного. Хуже было бы, если бы читать книгу было скучно.
Успех книги Зукоффа – еще один сигнал отечественному авторскому сообществу: нет сомнений, что своего интерпретатора ждет некоторое количество аналогичных невыдуманных сюжетов, сложившихся на русской почве. Нон-фикшн все амбициознее заявляет о себе как о литературе будущего, и «Затерянные в Шангри-Ла» лишний раз демонстрируют, как велики его возможности. Тем более что художественную прозу от него сейчас иногда и не отличишь.