В рамках XVII Открытого фестиваля анимационного кино, посвященного столетию отечественной анимации, была оглашена «Золотая сотня» – список лучших работ советских и российских аниматоров, составленный по итогам опроса среди профессионалов отрасли. В сотню вошли такие известные и любимые зрителями фильмы, как «Малыш и Карлсон», «Каникулы Бонифация», «Ежик в тумане» и «Чебурашка», однако первое место занял фильм Эдуарда Назарова «Жил-был пес». О причинах этого несколько неожиданного результата и о положении дел в российской анимации газете ВЗГЛЯД рассказал организатор опроса Сергей Капков.

Скупыми средствами яркое, красочное, динамичное зрительское кино не сделаешь

ВЗГЛЯД: Кто участвовал в опросе по «Золотой сотне»?

Сергей Капков: Я отобрал 100 человек из числа людей, авторитетных в мире российской мультипликации. Это режиссеры, аниматоры, художники, драматурги, представители самых разных профессий. Причем не то что это один я решил, что они авторитетны, поскольку речь идет о людях, которые отмечены главными призами профессиональных фестивалей: фестиваля «Крок», Открытого фестиваля анимационного кино в Суздале, мультфестиваля в Анси; кто-то из них даже получал призы в Каннах. В опросе участвовали народные артисты и народные художники, заслуженные деятели искусств, члены киноакадемий; таких людей у нас совсем не много. Однако среди респондентов были не только люди в возрасте и корифеи отрасли, такие как Федор Хитрук или Леонид Шварцман, но также молодые аниматоры и молодые эксперты. Здесь можно назвать, например, екатеринбургского режиссера Михаила Дворянкина – обладателя гран-при предыдущего суздальского фестиваля, директора Большого фестиваля мультфильмов Марию Терещенко или Наталью Мирзоян, которая работает на студии «Петербург», выпускающей «Смешариков», но, помимо этого, делает авторское кино. То есть получился представительный срез и по возрасту, и по профессиям. Критики тоже принимали участие, но они как раз были в меньшинстве. Я привлекал не столько критиков, сколько историков мультипликации и преподавателей анимационных дисциплин во ВГИКе и в школе-студии «Шар». Так что итоги «Золотой сотни» – это результат экспертной оценки не только критиков или режиссеров, а вообще профессионалов анимационного кино.

ВЗГЛЯД: Как проводился опрос, и по каким правилам фильмы получали те или иные рейтинговые места?

С. К.: Опрос проводился в течение пяти месяцев. Каждого из участников я просил указать 100 лучших, по его мнению, анимационных фильмов из числа тех, что были сняты российскими режиссерами за минувшие 100 лет. Дальше была чистая математика – мы изучали все получившиеся списки и подсчитывали, сколько раз упоминался каждый из названных фильмов. Оказалось, что фильм «Жил-был пес» назвали 97 человек из 100, то есть он получил 97 голосов. Поэтому, собственно, он и стал первым по итогам опроса.

ВЗГЛЯД: А какие места он занимал в личных списках респондентов?

С. К.: Там никаких мест не было. Респонденты очень просили меня, чтобы я позволил им не ранжировать их любимые фильмы, а просто перечислить их в произвольном порядке. Каждому участнику было трудно решить, какие фильмы лучше, а какие хуже. Ведь фильмов за все эти годы было сделано несколько тысяч, и, наверное, у любого из них найдется своя «группа поддержки». Вспомнить все, что тебе нравится, – уже ведь непростая задача, а расставить это по каким-то условным местам практически невозможно.

ВЗГЛЯД: Составлялись ли подобные рейтинги анимационных фильмов раньше?

#{interviewcult}С. К.: В рамках международных фестивалей нечто похожее несколько раз предпринималось – скажем, в Хиросиме и в Лос-Анджелесе, и там по результатам таких опросов часто побеждал Юрий Норштейн с «Ежиком в тумане». А у нас в России аналогичного «золотого списка» никогда не было, и вот к столетию отечественной анимации все-таки решили его составить.

ВЗГЛЯД: Как вы думаете, что означает столь большая популярность фильма «Жил-был пес» среди специалистов и почему он занимает в их коллективном сознании более высокое место, чем «Ежик в тумане» и фильмы Хитрука о Винни-Пухе?

С. К.: Думаю, что дело здесь в художественном качестве и в умении рассказать жизненную, человеческую историю за какие-то несчастные девять с половиной минут. Ведь персонажи, воплощенные в волке и псе, – это, в принципе, обыкновенные люди. Любой стареющий человек может оказаться в ситуации, когда его полный антипод – единственный, кто может протянуть руку помощи. Философский сюжет изложен в фильме очень грамотно и ярко, хотя и немногословно. История рассказана гениально, так, что остается место и для гомерического хохота, и для слез. Там все сделано безупречно и с точки зрения режиссуры, и с точки зрения драматургии, и с точки зрения мультипликации. Если «Ежик в тумане» – кино гениальное, но довольно сложное для восприятия, а «Винни-Пух» – вольная экранизация детской сказки, то «Жил-был пес» – кино для всех и для каждого, причем сделанное на высочайшем уровне мастерства. Оно очень любимо зрителями разных поколений, разных возрастов. Его, например, показывают в киевском метро, где в вагонах размещены экраны, и многие жители Украины считают, что это национальное украинское кино, а вовсе не российское. А в России, в свою очередь, его любят ничуть не меньше.

ВЗГЛЯД: Не могли бы вы сказать пару слов о режиссере этого фильма?

С. К.: Эдуард Васильевич Назаров в прошлом году отметил 70-летие. Он начинал как художник-постановщик, работал с Федором Савельевичем Хитруком. Именно он как художник создал образ Винни-Пуха. В качестве режиссера-постановщика он сделал фильмы «Принцесса и людоед», «Путешествие муравья», «Про Сидорова Вову», «Мартынко» и, собственно, «Жил-был пес». А с 2004 года возглавлял художественный совет студии «Пилот», так что все выпуски цикла «Гора самоцветов» были сделаны под его кураторством. Почти все наши аниматоры среднего поколения – его ученики.

ВЗГЛЯД: Советские мультфильмы до сих пор занимают в нашем анимационном рационе гораздо более значимое место, нежели новинки российской анимации. Каковы, по-вашему, причины такого положения и чего не хватает отечественной анимационной отрасли?

С. К.: Большая проблема – отсутствие денег у тех, кто может снимать достойное кино. Ученики Хитрука, Назарова и других мэтров, а также ученики учеников обладают большой художественной культурой, знаниями и мастерством. Но они предпочитают снимать авторское кино, чтобы над ними не стояли продюсеры, и на их фильмы, как правило, не хватает денег. Поэтому их работы делаются довольно скупыми средствами и, как следствие, не могут быть популярными у широкого зрителя. Скупыми средствами яркое, красочное, динамичное зрительское кино не сделаешь. В свою очередь, тем, у кого есть возможность снимать масштабное, дорогое и зрелищное кино, обычно недостает мастерства, а то и просто вкуса. Поэтому отечественные анимационные фильмы, которые делаются ныне с привлечением большого бюджета, вряд ли обретут зрителя на века и вряд ли войдут в «золотой фонд» (не скажу, что это относится ко всем из них, но к большинству). Так что главный вопрос – как совместить большие деньги, вкус и мастерство.