12 марта на Первом канале стартовал новый телесериал «Краткий курс счастливой жизни». Он посвящен проблемам, которые жизнь в современном российском мегаполисе преподносит женщинам. Сериал поставлен молодым режиссером Валерией Гай Германикой, ранее снискавшей скандальную славу благодаря нестандартным фильмам о подростках – кинокартине «Все умрут, а я останусь», а также бурно обсуждавшемуся всей страной теледебюту «Школа». С учетом такого бэкграунда, равно как и характерной женской темы, затронутой в новой работе, от Гай Германики ожидали еще одного вызывающего разрыва шаблонов. О том, насколько фильм соответствует этим ожиданиям, пока можно судить лишь отчасти, поскольку до окончания показа еще далеко. «Краткий курс счастливой жизни» примечателен также тем, что, согласно анонсам, в ряде его серий и эпизодов должен появиться кое-кто из звезд шоу-бизнеса, политики и телеиндустрии. Из числа известных людей, не являющихся актерами, наиболее серьезно в фильме задействовали политика, экономиста и писателя Ирину Хакамаду – она сыграла одну из наиболее значимых ролей и начитала концептуально важный закадровый текст. Газета ВЗГЛЯД расспросила Ирину Хакамаду о ее отношении к фильму, а также о тяготах, выпадающих на долю среднестатистической представительницы среднего класса.
В стране, где большинство составляют женщины, побеждает психология мужского доминирования
ВЗГЛЯД: Как вам кажется, правдоподобны ли коллизии и характеры «Краткого курса счастливой жизни»? Отражает ли этот сериал ту реальность, на изображение которой претендует?
Ирина Хакамада: Думаю, да. Особенность индивидуального творческого почерка Гай Германики как раз и заключается в том, что она создает максимально органичную картину жизни и даже изменяет для этого сценарий. Во время работы над сериалом в сюжет часто добавлялись ситуации, которые придумывались на ходу. Актеры импровизировали, полагаясь на свои ощущения, ориентируясь на то, как бывает в жизни. Кстати, актрисы здесь адекватны своим героиням – это не тот случай, когда актриса играет женщину или сильно моложе, или сильно старше себя, или же героиню из другой социальной группы. Исполнительницы ролей тоже живут в рамках среднего уровня доходов, они точно так же обременены семьей, детьми и так же бьются, зарабатывают деньги.
ВЗГЛЯД: И те механизмы взаимодействия между мужчинами и женщинами, которые показаны у Гай Германики, тоже работают в действительности и носят такой же абсолютный характер?
И.Х.: Если брать среднюю «температуру по больнице», то да. Я это вижу каждый день. В большом городе все именно так. Отношения многообразные, но чаще всего они эгоистичные и сублимирующие. Люди одиноки. Своих партнеров они встречают совершенно случайно, причем встречают их совсем не там, где предполагали их найти. Скажем, девочка-дурочка встречает продвинутого интеллектуала, который при общении с ней умиляется. Почему умиляется? Потому что такие же продвинутые, как он сам, ему надоели, и ему хочется кого-то вести за собой, а с женщиной это делать особенно приятно. Или наоборот – молодая женщина, замученная семьей и детьми, не занимающаяся сексом со своим мужем, встречает соседа, у которого умерла жена, и они оба наконец могут расслабиться. Город – это место случайных встреч, где каждое действие обусловлено эгоизмом, а не семейными традициями и не поиском красивого романтического счастья. Это похоже на охоту – кто-то кого-то ловит, чтобы хотя бы на короткое время получить свое. #{interviewcult}ВЗГЛЯД: Некоторые считают Гай Германику адептом принципиально невзрослого подхода к действительности, и про новый сериал кто-то уже успел сказать, что проблемы взрослых людей видятся в нем так, как их видит подросток. Как бы вы могли это прокомментировать?
И.Х.: Категорически не согласна. Я опытная женщина, много повидавшая в жизни, у меня было, по крайней мере формально, четыре брака, к тому же, поскольку я читаю мастер-классы, ко мне в огромном количестве приходят другие женщины со своими проблемами. И я могу сказать, что у всех у нас происходит все то же самое. Удивительный талант Валерии в том и заключается, что она, будучи еще совсем молодой, просто позвоночником чувствует человеческий материал. Поэтому актрисы у нее играют не так, как обычно играют в сериалах. Каждому актеру она дает возможность органично проявить себя, и при этом знает, что именно данная форма проявления ей нужна. Она прекрасно разбирается в людях на стихийном уровне. Другое дело, что она специально создает себе определенный имидж, но это провокация. Она не демонстрирует свою мудрость, свое видение мира, которое у нее, несомненно, более глубокое, чем кажется. Она делает провокативное кино, но при этом дико правдивое, и никакого инфантилизма в нем нет. Это жесть абсолютная, но с юмором и с самоиронией.
ВЗГЛЯД: Не кажется ли вам, однако, что новая работа отмечена слишком сильным педалированием и намеренной утрировкой стереотипного женского взгляда на вещи? И что этот сериал, таким образом, слишком навязчиво позиционируется как женский?
И.Х.: Валерия тут ни при чем. Ее упросили это сделать. Конечно, тут есть маркетинговый момент. На то и сериал, на то и Первый канал. Валерии хочется делать другое, но такая возможность есть не всегда. Мы же знаем, что такое кинорынок. Но в имеющихся условиях Валерия из ничего сделала все. С другой стороны, Россия – женская страна, в которой от всего происходящего больше всего страдают женщины. С одной стороны, им легче адаптироваться, и они на себе все тянут, с другой – психологически им тяжелее. В стране, где большинство составляют женщины, побеждает психология мужского доминирования. Муж, например, говорит жене: почему у нас ребенок в 14 лет уже спит с кем хочет? Ты женщина, ты за все и отвечай. Поэтому что неправильного или несправедливого в появлении женских сериалов? Есть боевики, есть фильмы про десантников и ментов, а это фильм про женщин. Причем сделан он с большим вкусом. Мы уже видели «Секс в большом городе», но там все построено по некой искусственной схеме. Там все нереально, хотя весело и смешно. Вернее, проблемы реальные, а драматургия не реалистичная. Герои говорят ненатуральными голосами и выглядят как куклы. Это сумасшедший, красивый, интересный жанр, но мы не стали это копировать, и слава Богу. Впрочем, у нас была попытка изобразить такие же искусственные картинки – «Все мужики сво...», но эта была пошлость. А здесь – прекрасный сериал. Я бы сказала, сериал уровня «Доктора Хауса».
Она такая же слабая, как они, она мучается тем же самым, так же рыдает и напивается
ВЗГЛЯД: В каждой серии мы слышим зачитываемые вашим голосом выдержки из тренингового текста, который, собственно, и называется «Краткий курс счастливой жизни». Очевидно, что в самом этом названии есть элемент иронии...
И.Х.: Это ирония, конечно!
ВЗГЛЯД: Как вы думаете, могут ли такие тренинги приносить реальную пользу?
И.Х.: Конечно! Я ведь сама ими занимаюсь, и с моей ролью в сериале это как раз случайно совпало. Я читаю мастер-классы, в числе которых есть мастер-класс «Дао женщины». Он описан в книге «Дао жизни» наравне с другими тренингами, адресованными смешанной аудитории (главу «Дао женщины» можно найти в последней тренинговой книге). Я читаю этот мастер-класс по всей России, собираю на каждое мероприятие от пятисот до тысячи человек. Называется «Кайф, драйв и карьера. Вход только для женщин». О том, как соединить карьеру, самореализацию, семью, детей и счастье в личной жизни, оставаясь при этом женственной, энергичной и так далее. Женщина, которая узнала о таком курсе, потратила деньги на билет, не пожалела времени и приехала на трехчасовую лекцию, – это уже тот человек, который способен к взрослому обучению. За три часа она получает заряд энергии и веру в себя, а затем – информацию о неких способах, инструментах, так сказать. Если она их использует, то часто все получается – я об этом знаю, поскольку есть обратная связь. Из пятисот слушательниц пять изменят свою жизнь, а остальные хотя бы задумаются о том, что все возможно. Это уже серьезно. Аналогичные тексты, которые я читаю в сериале, не мои, но они, в принципе, неплохие.
ВЗГЛЯД: Не сомневаюсь, что кому-то эти курсы помогают. Но интересно, что в данном случае отличает автора от слушателей, каковы основания для такой тренинговой деятельности, если, конечно, не говорить о шарлатанах?
И.Х.: Он должен пройти все, чему он учит. Все, о чем он рассказывает, должно опираться на его практику. Он не берет истины из учебника, чтобы затем их в кого-то впихивать. Поэтому я всегда предупреждаю: вы можете не делать ничего из того, что я предложу. Я не учитель, не сэнсэй, не психолог и не тренер. Я просто вам расскажу, как я решала проблемы, которые типичны для любой женщины, а дальше вы мне зададите вопросы, и я попробую на них ответить, если у меня есть соответствующий опыт. Все очень субъективно. То есть вы в этом случае не становитесь шарлатаном, не объясняете, как выйти замуж за три минуты и как похудеть на 50 кг за один месяц. Ничего подобного вы не делаете.
ВЗГЛЯД: По-вашему, можно ли считать, что и сам сериал «Краткий курс счастливой жизни» отчасти выполняет похожую функцию, то есть что он может помочь женщине, скажем, перестать совершать какие-то типичные ошибки?
И.Х.: Думаю, что Валерия не ставила себе такой задачи. Она художник, она делала произведение искусства, не более того. При этом она опиралась на сценарий, который ей предложили продюсеры – не она его выбирала. Она выжала из этого сценария все, что могла. Из неплохих, но достаточно тривиальных сериальных текстов она сделала, я считаю, очень талантливый продукт. Другое дело, что талантливое кино в итоге начинает транслировать смыслы, о которых автор и не задумывался. И в этом плане ваш вопрос правомерен – те, кто будут смотреть такой фильм, как минимум попытаются не повторять ошибок, которые совершают героини. А ошибки эти хорошо видны. И будут видны еще больше, когда в конце, пусть и мимолетно, появится моя героиня со своей собственной историей. Она ведет себя несколько по-другому, и, сравнив себя с ней, остальные что-то поймут. Она такая же слабая, как они, она мучается тем же самым, так же рыдает и напивается, потому что ей тоже никак не удается добиться счастья в личной жизни. Но все-таки она добивается своего и становится единственной, для кого конец этой истории оказывается позитивным. И так происходит, наверное, именно потому, что она что-то делает иначе, чем эти четыре девочки.