Совет Общественной палаты выступил с критикой в адрес Министерства культуры России за вручение премии VI Всероссийского конкурса в области современного визуального искусства «Инновация» за работу «Х... в плену у ФСБ» арт-группы «Война». «Вместе с тем одним из учредителей конкурса является Министерство культуры РФ, а финансирование расходов на организацию мероприятия осуществляется из средств государственного бюджета, то есть налогоплательщиками, – указывается в сообщении. – Учитывая это обстоятельство, присуждение премии данной работе является, по сути, пощечиной здравому смыслу и тем гражданам, которые считают изображение на Литейном мосту в Санкт-Петербурге банальным хулиганством».

Если мы считаем возможным сравнивать наскоро нарисованные очертания члена с Боккаччо, это показывает, что мы – общество дегенератов

В ответ на это выступление Общественной палаты Министерство культуры распространило собственное заявление, в котором сказано, что Минкультуры изначально выступало против этого проекта «Войны», «оценивая его как провокационный, хулиганский, омерзительный с художественной и нравственной точки зрения, что неоднократно подчеркивал министр в своих комментариях. Никто из представителей Министерства не вошел в состав экспертного совета и жюри премии. Бюджетные средства на саму премию не выделялись». Однако отмена решения экспертного жюри нанесла бы большой урон «формирующемуся гражданскому обществу».

Член Общественной палаты Ольга Костина считает, что подобная позиция – не оправдание для чиновников, и «если министр культуры считает возможным состоять учредителем премии, которая вручена людям, выступающим против государства, он должен определиться».

ВЗГЛЯД: Вы, как член Общественной палаты, выступили с очень резкой критикой Министерства культуры в отношении вручения госпремии «Инновация» группе «Война». Чем вас так зацепила эта история?

Ольга Костина: Наше общество находится не в самой простой ситуации, налицо кризис – и финансовый, и моральный, и в семейной политике. На фоне разговоров о борьбе за молодежь, за воспитание этой молодежи, профилактики преступности и асоциального поведения одно из государственных ведомств демонстрирует поощрение как минимум хулиганского поведения. Я просто не могу осознать, что государственное ведомство, призванное продвигать основы культуры в массы, таким дешевым образом с какими-то ужимками информационного свойства допустило свое участие в подобном мероприятии.

ВЗГЛЯД: Что вы называете «ужимками информационного свойства»?

О.К.: Посмотрите на динамику заявлений Министерства культуры на протяжении этих дней. То они заявляют, что не будут дезавуировать мнение жюри, потому что они этому мнению очень доверяют. Потом министерство сказало, что оно дистанцируется от этой премии. Потом Общественная палата опубликовала довольно корректное заявление с критикой позиции Министерства культуры...

ВЗГЛЯД: И Минкульт ответил Общественной палате, что не считает себя органом цензуры, чтобы запрещать или аннулировать решение экспертного жюри «Инновации». И в жюри, кстати, действительно не входил ни один чиновник – только представители художественного сообщества.

О.К.: Да при чем здесь цензура? Это совместная премия Министерства культуры и Государственного центра современного искусства. Что хотела показать этой акцией группа «Война»? Они хотели выразить протест против режима – Матвиенко, ФСБ, милиции, то есть против государства. Если министр культуры считает возможным состоять учредителем премии, которая вручена людям, выступающим против государства, он должен определиться. «Либо крест снимите, либо штаны наденьте», как говорится. Либо вы государственный чиновник и ведете себя соответственно посту, либо вы согласны с мнением группы «Война» о нашем проклятом кровавом режиме и должны покинуть свой пост. Я предлагаю Авдееву не метаться между заявлениями. У нас удивительная страна – все хотят быть либералами, ругать режим, но все хотят при этом жить на деньги этого режима. Коллеги, не надо жить на деньги кровавого режима. Бросьте им эти деньги, кресла, удостоверения, посты, пойдите в группу «Война», возьмите матерную кличку и идите разрисовывать членами города Российской Федерации.

ВЗГЛЯД: Как, с вашей точки зрения, должно было поступить Минкультуры, узнав, что на премию номинируется группа «Война»?

О.К.: Я сейчас не хочу обсуждать, почему они выбрали этих экспертов в жюри. Но если государственное ведомство доверило экспертам выбор, не оказывало на них никакого давления и получило такую ситуацию на выходе, перечень возможных реакций широк – начиная от выхода из учредителей этой премии. Сделано не было вообще ничего.

Группа «Война» уже заявила, что на свою следующую акцию они пойдут с дипломом «Инновации», потому что они считают его теперь индульгенцией для своих мероприятий. Минкульт согласовал поход на МВД. Я сегодня, кстати, обратилась в МВД, мне интересно, что они об этом всем думают. Сказала, коллеги, хотелось бы услышать и вашу реакцию, потому что когда вас поливают дерьмом, мочой, когда бросаются на ваших сотрудников на улице, когда вас обзывают ментами, когда после протестных акций на столбах остаются уголовные тексты, на это надо реагировать. Министр все это знает, он нам сам показывал эти надписи – например, «СЛОН» – с уголовного жаргона это переводится как «смерть легавого от ножа». Мы начали прививать обществу культуру уголовного существования. Солженицын – не протест? Протест. Солженицын что – писал на мате и рисовал члены на столбах?

О.К.: Нет! Посмотрите, кто у нас пишет на мате? Гламурный журнал GQ, гламурный «Большой город» бесплатный, журнал «Коммерсант Власть» и даже писательница Улицкая с тех пор, как стала борцом за либерализм, тоже съехала в ту сторону. Это навязывание уголовной культуры через моду. В основном все это направлено на молодежь. Кстати, у группы «Война» есть акция, которую они отрицают как свою – «Поцелуй мента», когда они бросались на сотрудников МВД женского пола с поцелуями. Но они теперь заявляют, что это были не они. А знаете, почему? Это до пяти лет лишения свободы по Уголовному кодексу. Об этом я прочитала в блогах: «а чего милиция теряется? Нападение на сотрудника милиции по предварительному сговору – 5 лет». И следующую премию они по идее должны получать на конкурсе «Калина красная» имени ФСИНа. Но навряд ли получится – там дают премии за творческую самодеятельность, которая показывает ресоциализацию. А тут член рисуют люди, не пойдет – в номинанты даже не попадут.

ВЗГЛЯД: Согласны ли вы, что акции группы «Война» и столь резонансная реакция на них – это как минимум симптом, показывающий состояние общества?

О.К.: Вы знаете реакцию общества в массе? Я не знаю. Я вчера пришла на радио, меня предупредили – держитесь, потому что наши радиослушатели неплохо относятся в целом к такого рода группам, акциям, все устали, кто-то считает, что власти вообще нет, кто-то – что власть себя неправильно ведет. Многие не любят ФСБ, МДВ, кому-то это просто кажется забавным. Видели бы вы наше с ведущим удивление, когда мнения разделились так: за мою позицию 84%, против – 16%. Из тех 16, кто против, были люди с абсолютно загаженными мозгами. Не хочу никого обидеть, но один из звонивших сказал: «А как же «Декамерон» Боккаччо?» Если мы считаем возможным сравнивать наскоро нарисованные очертания члена с Боккаччо, это показывает, что мы – общество дегенератов. И это опять вопрос к чиновникам – государство должно давать обществу базовые ценности.

Маркиз де Сад, о творчестве которого спорят до сих пор, – кто-то считает, что он был психически неуравновешенным человеком, кто-то – что это эпатаж, кто-то – что протест против зажимания сексуальной свободы, – но Маркиз де Сад писал свои произведения дерьмом в тюремной камере. Это была единственно возможная реакция государства на человека, который смачно описывает в своих произведениях убийства и изнасилования несовершеннолетних женщин. У государства не может быть другой реакции. Потому что государство помимо продвижения культуры обязано поддерживать стандарты морали и правопорядка в обществе.

ВЗГЛЯД: Не ограничиваете ли вы тем самым свободу самовыражения?

О.К.: Я не имею ничего против свободы самовыражения, если это самовыражение не оскорбляет других представителей социума. У меня есть коллега по Общественной палате господин Марат Гельман*, который отметил вручение премии словами: «Этот х... – это шедевр». Ну, может быть, он других шедевров в своей жизни не видал, не суть. Он может у себя в галерее повесить это произведение или дома и любоваться на него 24 часа в сутки. Пожалуйста, это не возбраняется. Если мы говорим о выражении протеста, то это и протестом-то не назовешь. На мой взгляд, это плевок в память тех, кто погиб за политический протест в нашей стране. И таких немало. Но они выражали свой протест не матом и не рисунками подобного содержания.

ВЗГЛЯД: Не стоит ли все-таки оставить вопрос «искусство – не искусство» экспертам?

О.К.: Решение жюри – дешевое политиканство. Если они утверждают, что это культурный объект, я готова с этим поспорить, и не надо мне говорить, что я не искусствовед. Я гражданин этой страны, я имею высшее образование и представления о морали. И я не вижу здесь никакого объекта искусства. Если уж на то пошло, тогда это все надо было назвать «Давид против ФСБ. Фрагмент». Никакое это не искусство. И давайте не будем сравнивать ситуацию с группой «Война» с преследованиями Микеланджело и Боккаччо. Их преследовали за позицию, выраженную язвительно, ярко и художественно. И Боккаччо не писал на мате. Что касается Микеланджело, да, были римские папы, которые требовали закрасить, затереть, оторвать, но Микеланджело преследовал идею показа красоты человеческого тела. Он провел огромное количество времени в анатомичках, чтобы добиться художественного реализма. Это-то что? Вы меня извините, мы взрослые люди, я такое могу нарисовать, и вы такое можете нарисовать, правда? Тогда чем мы отличаемся от группы «Война»? Ничем. То есть если завтра я приду на Красную площадь, на брусчатке нарисую задницу и потом скажу, что это арт-объект под названием «Страна в заднице. Кремль должен об этом знать», мне дадут премию за это, что ли? Бесплатным медицинским освидетельствованием надо помогать, больше ничем.

* Признан(а) в РФ иностранным агентом