Астровитянка – девочка по имени Никки. Ей было три года, когда корабль, на котором она летела с родителями, врезался в астероид. Десять лет Никки прожила на астероиде под присмотром самого умного компьютера в мире, ставшего частью ее тела. 13-летнюю Никки находят и возвращают в мир людей. У нее нет денег, нет семьи, у нее есть только ум, упорство и жажда справедливости. Благодаря этим качествам она обретает друзей и, пройдя олимпийский экзамен, поступает учиться в самую элитную школу человечества – школу Эйнштейна на Луне. Только два вопроса мучают ее: кто виновен в смерти родителей и как сделать мир счастливым?
Фальшивое веселье детям не нужно, это взрослый читает шутя, понимая, что не станет Тарзаном или ковбоем, а подросток примеряет маски книжных героев всерьез
– По образованию вы технарь, у вас есть научные степени и премии. Где именно вы учились и где сейчас работаете?
– Я закончил физфак Челябинского госуниверситета и аспирантуру в Институте астрономии РАН в Москве. 12 лет работал в Симеизской обсерватории, стал доктором физико-математических наук и успел получить одну из последних Государственных премий СССР.
В 90-х настали тяжелые времена – от обсерватории принялись отключать деньги, свет, воду. Навсегда отрезали научные журналы и отопление – а к нему астрономы испытывали самые теплые чувства.
В 1998 году Американская академия наук пригласила меня поработать в НАСА. С Джоном Мазером, ставшим в 2006-м нобелевским лауреатом, мы теоретически предсказали планеты возле Веги и эпсилон Эридана, и туда уже нацелились телескопы. Сейчас работаю в небольшом частном институте.
– Как возникла идея написать книгу? Как долго писалась?
– Давно мечтал о художественной и одновременно познавательной книге, которая не просто сообщает читателю какие-то факты, а забрасывает его в гущу современных исследований, где нет твердых ответов, где живая истина еще только прорастает.
Наука позволяет видеть обычный мир под необычным углом. Например, достоверно известно, что каждый из нас на 85% инопланетянин, наша кровь красна от атомов далекой взорвавшейся звезды и мы можем управлять скоростью времени в своем теле.
Я давний популяризатор науки и соавтор детской авантовской энциклопедии «Астрономия», которая вышла тиражом 300 тысяч, поэтому рассматриваю «Астровитянку» как художественное продолжение своей работы над «Астрономией».
История о космическом Маугли родилась в 90-х, а в 2004-м взялся за нее всерьез, и книга была закончена за год. Я послал книгу в издательства и на Национальную детскую литературную премию «Заветная мечта» – и с радостью узнал, что рукопись понравилась и была номинирована литсоветом во главе с Михаилом Бутовым на дополнительную премию «За лучшее произведение в жанре научной фантастики или фэнтези».
А уж потом я отнаблюдал все виды издательской аллергии на познавательную книгу. Умные главреды мне тоже встречались, но они ходили со связанными коммерческими руками.
Книге очень помогла мой литературный агент Татьяна Киця, которая сама писатель и киносценарист. Она предложила рукопись петербургской «Астрели». Главный редактор Александр Прокопович поддержал «Астровитянку», и она увидела свет.
– Почему главный герой, умный и решительный, совершенно непохожий на остальных, – девочка, а не мальчик?
– В первой версии книги героем был мальчик. Но научно-фантастическая «Астровитянка» выстроилась антитезой фэнтези «Гарри Поттер». И я решил, что хватит только мальчикам спасать мир. Так родилась Никки, и я ей рад. Девочка-герой лучше демонстрирует преимущества интеллекта над силой.
– Мне, как человеку далекому от науки и не имеющему возможность опровергнуть какие-то теории, очень интересно – все научные части имеют под собой реальное научное подтверждение?
– Абсолютно. Только не подтверждение, а обоснование. «Астровитянка» рассказывает о передовых областях физики, генетики и социологии, где нередко еще нет общего мнения.
Например, ученые обсуждают с десяток подходов к проблеме гравитационной сингулярности. Я излагаю варианты, которые считаю наиболее правильными, выбирая из гипотез, опубликованных в научных журналах.
Сюжет толкнул меня на пару рискованных предположений, но они особо отмечены в послесловии. Например, в теплой зоне недалеко от Марса реально существует пятикилометровый астероид 4654, но еще неизвестно, есть ли у него два спутника.
– Книга написана больше для детей или и для взрослой аудитории?
– Я писал для детей, но так, чтобы книга была и мне, взрослому, интересна. И кажется, книга действует на читателей разных возрастов.
Считается, что книги для детей должны быть повеселее и попроще, чем для взрослых. Двойная ошибка. Подросток гибок и пластичен, он – профессиональный ученик; в сложном месте текста взрослый подсознательно впадет в обиду, а дети легко перепрыгнут.
Фальшивое веселье детям не нужно, это взрослый читает шутя, понимая, что не станет Тарзаном или ковбоем, а подросток примеряет маски книжных героев всерьез.
Он ищет в книгах свое будущее, копает клад с Томом Сойером, стоит на мостике, как капитан Блад. Детские книги – дело серьезное, даже если в них масса юмора. Книги Роулинг нравятся детям, потому что наконец пришел писатель, который отнесся к ним всерьез.
Не взрослые спасают мир волшебников, а сами подростки.
– Тем не менее среди споров и откликов на сайтах и в вашем ЖЖ много именно взрослых мнений. Книга получила широкий интерес, да и закончилась в продаже. В чем секрет успеха детской книги не только у детей?
– Читателям импонирует ум, оптимизм и смелость героини. Некоторые читатели прочитывают книгу за ночь. «Астровитянка» сама ищет себе друзей – кому-то по душе приключения, кому-то жизнь в школе будущего, но всем нравится история первой любви.
Взрослые пишут, что после чтения «Астровитянки» настроение резко поднимается: «Самое то для выхода из осенней депрессии». Это лучше всех наград.
Юным читателям нравится познавательность книги: «Не любитель точных наук, я по пять раз перечитывала отрывки «науки», и кровь прямо бурлила в венах – уф-ф-ф!!!» или «...даже захотелось на учебу, под конец лета».
Правда, некоторые подростки считают, что в научных частях желательно «более техническое (менее популярное) изложение». Я горжусь достоверностью всех научных фактов в книге.
Меня спрашивают: «А это правда? А это?» Все правда, все. Это самая правдивая из всех фантастических книг.
– Что больше хотелось рассказать – теории возникновения мира или увлекательный сюжет? Как распределялись и вплетались научные части в сюжетную линию?
– В книге все настолько переплетено, что и мне не разделить. Научные открытия двигают сюжет и наполняют смыслом уроки в колледже Эйнштейна.
Интеллект героев не декларируется, а используется, вписывается в научный контекст сюжета. Во второй книге герои обнаружат, что дыхание Большого взрыва пронизывает весь наш мир и само становится участником событий.
Количество науки в тексте отмеривалось тщательно, чтобы не нарушить ее органичное слияние с сюжетом. Книга намеренно предоставляет читателю свободу пропускать сложные места, фокусируясь на приключениях и драматических коллизиях. И многие этим ожидаемо воспользовались.
Но число читателей, утверждавших, что они все поняли, восхитительно и неожиданно велико. Кто-то настроился перечитать непонятное – еще лучше.
– В книге, кроме науки и захватывающего сюжета, главной мыслью идет то, что умные все же лучше богатых. Вы верите в победу разума над алчностью, карьеризмом, стремлением к власти?
– Безоговорочно. Еще недавно мы ели друг друга, а женщины не имели права голосовать и учиться. Прогресс человечества поразителен, хотя и с заминками.
Как были властолюбивы и свирепы альфа-самцы в обезьяньей стае, а сегодня они носят пиджаки и лебезят перед избирателями. Даже в самые алчные мозги проникает свет – и большинство крупных телескопов в мире построены на деньги западных меценатов.
У наших олигархов нежная любовь к дворцам и яхтам, но времена меняются. Зимин с фондом «Династия», Сенаторов с детской премией «Заветная мечта» – такие люди внушают надежду.
Нефтесырьевое счастье России вызвано изобретением высокотехнологичного автомобиля. Завтра придумают гипермобиль – и нефть сольется в керогазы. Интеллект важнее нефти.
– Главная героиня воспитывалась вдали от социума и все свои прекрасные качества обрела именно благодаря этому. А второй положительный герой, при своей доброте, уме и порядочности, зависим от социальных установок и правил игры в жизнь. Социум может помешать, даже если получить правильное воспитание и образование?
– Хороший вопрос. Но астровитянка не полностью оторвалась от социума – она жила в маленьком оазисе цивилизации, разговаривала с кибермоделью человека и воспитывалась на классических книгах.
Конечно, книжный мир добрее реального – и космическая Маугли логично выросла идеалистом, не знающим изнанки жизни, и это стало пружиной сюжета.
Да, социум принципиально противоречив, пытается воспитывать свободных творческих людей и одновременно ставит вокруг них барьеры и медвежьи ямы. Для того чтобы изменять мир, нужен большой заряд авантюризма.
– Как вы думаете, чего не хватает в детской литературе сегодня?
– Современного и реалистичного героя. Колдовством или пистолетом счастья не добыть. Детский герой должен быть в первую очередь умным, поскольку интеллект является универсальным преимуществом в реальной жизни.
Детская литература традиционно не жалует героев-умников, предпочитая им простые добрые сердца. Но ведь в любом классе найдутся два-три ярких интеллектуала.
В масштабах страны это миллион, завтрашняя элита России. Почему взрослые книги дифференцируются по интеллекту читателя, а детские книги – нет?
Я хорошо знаю Челябинское научное общество учащихся, насчитывающее 5 тыс. человек. Подобным умникам и посвящена «Астровитянка». Уверен, что детской литературе нужны познавательные книги – агрессивно интеллектуальные, ориентированные на умных детей.
Я опросил полторы сотни подростков, и они подтвердили мою уверенность. Да и образованные родители всегда купят познавательные книги для своих детей – я сам так делал, не жалея денег.
Антиинтеллектуальный настрой в обществе губителен для нового поколения. Уже у любой газеты есть дырка в голове в виде гороскопа. Глупость, безусловно, простительна, но уместно ее хотя бы немного стесняться. Ответственность перед детьми обязывает пропагандировать интеллект.
В реальной жизни взрослыми лузерами становятся вовсе не школьники-отличники, а псевдокрутые выходцы из «бригад». Успешный Билл Гейтс рекомендовал школьникам: «Не ссорьтесь с ботаниками, завтра один из них станет вашим боссом». Хорошо бы написать это над каждой школой и начать гордиться репутацией ботаника.
Социум явно нуждается в проветривании от мистиков и колдунов всех мастей. Завелись пророки, вещающие, что век рационализма прошел, не принеся счастья, и наступила эпоха мистических озарений и эзотерических истин.
Сидят эти оракулы за компьютерами, пользуются спутниковыми антеннами, автомобилями, самолетами и мобильными телефонами. Это все кто придумал – грибник Кастанеда?
Альтернативы научно-технологическому образу жизни еще никто не предложил, но детские познавательные книжки уже объявляются ненужными.
Проповедникам эзотерической эры логично съехать куда-нибудь в чистое поле, отказавшись от электронно-урбанистических благ цивилизации. Если вы пропагандируете мир без науки, то такие «передовые» мысли следует царапать гусиным пером и при свете лучины.
А введение религии в школах? Это даже не дыра, а огромная пробоина в трезвости общественного мышления. Вера в сверхъестественное должна занять свое место только в учебниках истории – во всех смыслах.
Хорошо, что против любой мистики существует универсальный проверенный рецепт: умственное развитие. Опросы показали: чем выше уровень интеллекта, тем меньше вера в сверхъестественное.
Эйнштейн считал религии «воплощением самых ребяческих суеверий». Нынешним детям крайне необходим умный книжный герой – пора думать о детских отрядах интеллектуальной самообороны, раз взрослые совсем потеряли голову в погоне за прибылью.
– Когда будет окончена трилогия, будете ли вы писать что-то еще? Если да, то что именно – направление, о чем, сверхзадача...
– Буду дописывать книгу «Неизвестная теория Эйнштейна». Великий ученый много лет жил в атмосфере пренебрежительного отношения со стороны научного сообщества.
Я был шокирован, узнав, что Америка и Европа не имеют никакого собрания сочинений Эйнштейна. Уверен, что именно незнание его оригинальных работ обернулось современным нашествием темных энергий и материй.
Если же я задумаю новую художественную книгу, то она непременно будет предназначена для умных детей. И я верю, что других детей не существует.