Морис Бежар по праву считался «хореографом, определившим время». Обладатель великолепной интуиции и смелой фантазии, он знал, каким языком должен говорить балет ХХ века. Его первая труппа так и называлась – «Балет ХХ века».
Работая в академических театрах, Бежар не боялся быть непонятым или непринятым – просто делал то, что считал нужным
С нею Бежар, не принятый парижскими эстетами, уехал из Франции и нашел дом в Брюсселе. А последние 20 лет он руководил собственным «Балетом Бежара» в Лозанне.
Естественно, состав труппы несколько раз обновлялся. Однако класс танцовщиков не снижался: у Бежара всегда было уникальное чутье на таланты, он умел находить общий язык с молодым поколением. Каждому он давал возможность раскрыться, обязательно позволял солировать. В его спектаклях не было второстепенных ролей.
Бежар пришел к профессии хореографа как танцовщик. Изучая самые разные танцевальные школы, он формировал собственный стиль. Никогда не шел по проторенному пути, предпочитал рисковать, постоянно находился в поиске.
Ему неинтересно было заниматься классическим, традиционным балетом. На общеизвестную балетную музыку он накладывал необычные движения. Работая в академических театрах, Бежар не боялся быть непонятым или непринятым – просто делал то, что считал нужным. И – обретал славу.
«Весна священная» Стравинского, поставленная еще в конце 50-х начинающим тогда хореографом перевернула представление о балете во всем мире. Потом в разные годы были «Ромео и Джульетта», «Щелкунчик», «Спящая красавица».
Если попытаться вспомнить, сколько всего спектаклей поставил Бежар, то получится не менее двухсот. От камерных до огромных, масштабных. Сейчас считается нормой соединять в танцевальных спектаклях движение и голос, а началось это именно с Бежара. Он признавался, что делать «обычные балеты» ему скучно. Вводил в спектакли пантомиму, пение, поэзию. Выводил танцовщиков из театральных залов на стадионы.
«Да, я бунтарь», – говорил он. Однако за счет пресловутого «бунтарства» Бежар не только изменял балетный язык времени, но и привлекал внимание широкой публики к острым социальным проблемам – таким, как загрязнение окружающей среды, СПИД или классовое неравенство.
Привязывая к рукам «умирающего лебедя» консервные банки, он словно бы говорил: посмотрите, вот так гибнет огромное количество живых существ! И любой подобный ход был для Бежара не просто желанием эпатировать, но возможностью заговорить о больном, трудном, страшном. И если сегодняшние хореографы не стесняются в выборе средств, то это потому, что Бежар уже проложил им дорогу, показав, как много выразительных возможностей дает балет.
В России Бежар неоднократно показывал свои спектакли. Впервые это произошло в конце 70-х. Именно тогда зрители увидели знаменитое на весь мир «Болеро» с участием гениального танцовщика Хорхе Донна. Хорхе Донн был не просто любимцем Бежара, он был своего рода музой, вдохновляя хореографа на сочинение новых спектаклей.
Кстати, именно ради него Бежар придумал новую конструкцию «Болеро»: как правило, в центре этого балета – танцовщица. У Бежара же был танцовщик. «Болеро» Бежара – пожалуй, самый яростный и сексуальный вариант из известных в мире.
Напоминающий первобытный ритуал поклонения божеству. К сожалению, Хорхе Донн рано ушел из жизни и никто не смог занять его место. Памяти танцовщика Бежар посвятил три балета, наиболее известный из которых – «Балет ради жизни» на музыку группы Queen. Бежар говорил, что вдохновением для него в данном случае послужила некая сходность судеб Хорхе Донна и Фредди Меркьюри.
Если говорить о балетных звездах, то нет, пожалуй, ни одной крупной фигуры в мире, не сотрудничавшей с Бежаром. Он по-новому раскрывал даже давно сложившуюся индивидуальность, ему нравилось придумывать балеты на столь ярких личностей.
Екатерина Максимова и Владимир Васильев, Михаил Барышников и Рудольф Нуреев – все успели с ним поработать.
Долгое содружество связывало Бежара с Майей Плисецкой. Ему принадлежит и нежное, печальное «Видение розы», и победительное «Аве Майя», созданное к юбилею балерины, но совершенно не напоминавшее праздничную обязаловку.
Нынешний год внес печальную тенденцию: один за другим уходят не просто знаковые творческие личности, но создатели и вдохновители важных для мирового культурного пространства коллективов. Таким является и «Балет Бежара» в Лозанне.
Который, без сомнения, сохранит имя своего «отца» и не остановит работу. Однако замены Морису Бежару нет и не может быть. Хочется верить, что молодые хореографы будут продолжать пользоваться его методологией, развивать балетный язык.
Но сможет ли кто-то стать столь же значительным, как был Бежар, неизвестно. Есть люди, с уходом которых возникает колоссальная пустота. Ибо они обозначали все самое важное в своей области. Вдохновляя на поиски и стремления.