Правь, Британия, правь!

Потому июньская неделя британского искусства, проведенная аукционным домом Cristie’s, не принесла столь «кассовых сборов», как, например, русский или латиноамериканский аукционы.

Бумажный аукцион

Открыл неделю британского искусства аукцион «Британское искусство на бумаге», и сразу – с места в карьер, установив рекордную цену за картину Тернера.

Его акварель «Риги: восход на Люцернском озере» (лот 53) продана за 5,8 миллионов фунтов стерлингов. Глядя на эту картину, так и хочется процитировать Бродского: «рябое море на сушу выбрасывает шум прибоя и остатки ультрамарина».

Прямой предшественник импрессионистов, Тернер в этой акварели достигает новых, неизведанных еще глубин, обертонов, игры цвета. «Эти сизые цвета пойманной рыбы, летние сумерки», умиротворенное, молоком разлитое над горизонтом, спокойствие, возникающее только на восходе солнца, не давали покоя коллекционерам в течение целого столетия. Эта акварель считается одной из лучших картин Тернера, наряду с парными к ней картинами «Красные Риги» и «Темные Риги».

Современники в свое время писали: «изумительная картина, увы, ее нежная гармония нарушается чересчур цельным голубым цветом». Это мнение вполне можно оспорить; может быть, именно благодаря своему невозможному голубому акварель столь примечательна.

Гораздо более иллюстративно мнение Джона Раскина: «Тернер никогда еще не писал так – и вряд ли когда-нибудь напишет. Эта картина написана не кистью, а сердцем». Вряд ли можно придумать более достойную похвалу. Кстати, эта акварель попадает на аукцион Cristie’s уже в четвертый раз. Она уже продавалась в 1863, 1912 и 1942 годах.

Другие работы Тернера, представленные на аукционе, не привлекли такого внимания. Впрочем, акварель в принципе не столь популярный вид искусства – весь аукцион принес 7 миллионов фунтов, цена большинства картин не превышала 10 тысяч фунтов.

Утром стулья, вечером картины

Еще менее удачными оказались аукционы британских картин 1500-1850 (принес 3,2 миллиона фунтов) годов и английской мебели (принес 4,5 миллионов).

Британские картины, как выяснилось, не очень ходовой товар. Более всего принес автопортрет Джорджа Стаббса (1724–1806) (лот 53, эстимейт 300-500 тыс., приобретен за 321 тыс.), достаточно известного художника-анималиста. Картина эта редкая, экспертам известно всего три автопортрета художника, два из которых давно находятся в музеях.

Из других интересных лотов можно было отметить портрет миссис Уотсон кисти Томаса Гейнсборо (1727-1788) (лот 43, эстимейт 60-100 тыс., куплен за 159,2 тыс.), его же пейзаж «Возвращение с охоты» (лот 78, эстимейт 150-200 тыс., не продан), портрет Ричарда Троварда кисти Фрэнсиса Уитли (1747–1801) (лот 58, эстимейт 100-150 тыс., продан за 108 тыс.). В остальном же аукцион прошел достаточно скучно.

Из английской же мебели самой популярной оказалась пара позолоченных кресел времен Георга I, принадлежавших известному меценату и политику Джеймсу Бриджесу, лорду Чэндосу и Кэннону (лот 50, эстимейт 500-800 тыс., ушли за 960 тыс.).

Вазы-подсвечники времен Георга III авторства Мэттью Бултона, дань увлечению Грецией, были проданы за 243 тыс. (лот 73, эстимейт 70-100 тыс.). Их особенность состоит в том, что вместо голубого флюорита, столь распространенного, что его называли «голубым Джоном», Бултон в этот раз использует желтый флюорит.

Этот камень с необычным зигзагообразным рисунком неспроста заслужил звание «тигрового» или «леопардового» камня – игра света на желтых боках и правда создает эффект кошачьего глаза с сужающимся зрачком.

Кстати, в Древнем Риме вазы из флюорита называли «муриновыми», и их стоимость равнялась целому состоянию. Еще же две бултоновских вазы (лот 70, эстимейт 200-300 тыс.) были проданы за 243 тыс. фунтов. Наконец, викторианский обеденный стол из красного дерева (лот 100, эстимейт 200-300 тыс.) нашел своего покупателя за 321 тыс.

Королевская идиллия

Викторианская Англия, с ее диккенсоновскими страстями и прерафаэлитскими красотами, всегда оставалась для нас загадкой. Социальные проблемы, с которыми мы сталкиваемся и по сю пору, и вполне внятная ускользающая красота, последний ее всплеск, который в XX веке будет вытеснен абстрактными понятиями кубизма и уродством соцреализма, вполне близки современному человеку.

Аукцион викторианского искусства, прошедший в первой декаде июня, собрал 5 миллионов фунтов – немало, учитывая, что не так уж много ярких имен было на нем представлено.

Первым шел интересный, хотя и малоизвестный в России художник Джон Аткинсон Гримшоу, фееричный феевед, представлен шестью менее мифологичными своими работами.

Впрочем, несмотря на отсутствие характерных для него полуобнаженных девиц с золотыми крыльями, освежающих британские туманы, его картины сохраняют свое мистическое настроение. Залитые лунным светом пейзажи, сизые сумерки и менее характерные для него изображения английских улиц эпохи индустриальной революции с особой, пронизанной тайной атмосферой мифа. Недаром художник был большим поклонником Теннисона и даже детей назвал в честь персонажей «Королевских идиллий».

Картина «Сплетни. Бончерч, Остров Уайт» (лот 201, эстимейт 120-180 тыс., продана за 209 тыс.), кажется, насквозь пронизана светом газовых ламп, далеких огней и тревожной луны. Оголенные ветки деревьев, словно пронзающие небо, придают картине особый драматизм. Сплетни, вы говорите? Скорее, трагедии, судьбы маленьких людей на весах стихии.

Картины «Последний луч» (лот 202, эстимейт 180-250 тыс., продана за 164 тыс.) и «Деревенская улица воскресным вечером восемьдесят лет назад» (лот 206, эстимейт 80-120 тыс., продана за 84 тыс.) отражают архитектурные тенденции 1870-х годов, возрождающие культуру XVII-XVIII веков: своеобразную эстетику того времени – простые костюмы, позволяющие большую свободу движений, нежели это было допустимо в закованном в броню морали викторианском обществе, зеленые сады с непременными подсолнухами. Отчетливо прослеживается и параллель со «старым Челси» - «богемным» районом города, где жили «авангардисты» в рамках того времени Россетти и Уистлер.

Тем не менее даже в эту столь плодотворную для развития искусства эпоху Англия снова проигрывает не столь уж и галантным галлам. Самый дорогой лот (209, «Приготовления к празднику», эстимейт 1800 – 2400 тыс. фунтов) принадлежит кисти Джеймса (Жака) Тиссо, по происхождению француза. Картина «Приготовления к празднику» связывает живой нитью искусство французских импрессионистов и британскую живопись.

По мнению Дэна Брауна, да Винчи наполнял свои картины тайными знаками. Не знаю, как там было у Леонардо, но вот Тиссо действительно на редкость символичный художник, над загадками его картин до сих пор бьются коллекционеры и искусствоведы.

Тем более что в отличие от прерафаэлитов, чья символика достаточно стандартна (например, значения цветов или атрибуты античных божеств), Тиссо выходит на новый уровень. В его работе (в частности, и в этой) сад, с его архитектурными изысками, приобретает городскую сложность и несет в себе не только радостную атмосферу солнечного дня, но и возможную трагическую развязку.

Так, развевающиеся флаги на картине и позы, принятые персонажами и пародирующие стандартное изображение Свободы, равно как и красная шапочка склонившегося садовника, вполне могут быть изощренной насмешкой или патриотическим кивком в сторону Франции.

Конец романтики

Последний аукцион национальной аукционной недели Cristie’s был посвящен британскому искусству XX века. Большое видится всегда на расстоянии, поэтому наших почти современников мы знаем хуже всего. Тем не менее на завершающем неделю британского искусства аукционе были представлены 236 лотов, чьи авторы массовому российскому потребителю вряд ли известны.

Впрочем, сам аукцион принес 12 миллионов фунтов – самая внушительная из цифр британской недели. «Гвоздем аукциона» считался городской ливерпульский пейзаж Лоренса Стефена Лоури (лот 196, эстимейт 300-500 тыс., продан за 1 072 тыс.), который единожды выставлялся в Ливерпульской галерее в 1973 году, а потом канул в Лету. В целом он вполне соответствует нашему представлению о типичном английском городе – смог, серые контуры зданий, толпы маленьких, смешных человечков, набережная. Написана картина была в 1962 году, то есть когда в Ливерпуле уже раскрутились «Битлз» – и Англия начинала отвоевывать себе место в современном искусстве.

Другая картина Лоури, «Ссора» (лот 197, эстимейт 300-500 тыс., продана за 512 тыс.) изображает уличную драку. Что ж, в британском искусстве, как и во всем мире, социалка побеждает романтику.

Подводя итоги неделе британского искусства, проведенной аукционным домом Cristie’s, хочется повторить великого поэта: «Покуда есть правый берег у Темзы, есть левый берег у Темзы. И это благая весть». И да здравствует Великобритания!