Особенность пропаганды в том, что ее мало кто любит, но многие ею занимаются. Но одно дело просто заниматься, и совсем другое – верить. Особенно если верить начинает сам пропагандист.
В такую непростую ситуацию попал президент Украины Владимир Зеленский. В начале августа он с рабочей поездкой посещал остров Змеиный (о чем мы еще скажем отдельно) и успел дать интервью украинским СМИ. Когда же прогнозируемо возникла тема Крыма и его «возвращения» в состав Украины, Зеленский заявил следующее: «Даже те, кто в душе еще с «октябрятским значком», все равно будут радоваться [в случае, если Крым снова станет украинским]. Потому что с Украиной в Крым вернется жизнь». А также, по мнению Зеленского, жители Крыма не считали себя русскими до воссоединения полуострова с Россией.
Эта фраза ясно показывает, что президент Украины и его команда настолько погрязли во лжи, что перестали отличать ее от правды.
Статистика против Зеленского
Крым в первую очередь – туристический регион. Поэтому биение жизни логично оценивать исходя из количества туристов. В 2019 году в Крым на отдых приехали почти 7,5 млн человек. В 2020-м поменьше, только 6,3 млн. Но это все равно фантастический показатель, если вспомнить, что 2020 год – год начала общемировой эпидемии COVID-19. Туристическая отрасль была в числе наиболее пострадавших, компании показывали падение выручки до 90%.
А сколько туристов ездили в украинский Крым? Многие удивятся, но сильно меньше, чем в российский, причем даже в сравнении с ковидным 2020-м. Скажем, в 2013-м – 5,8 млн человек. Годом ранее примерно столько же. Причем с 2009 года доля граждан Украины в числе отдыхающих сокращалась, а доля граждан РФ и РБ, наоборот, росла. В целом число туристов в украинский период колебалось от 4,5 млн в самые скудные годы до примерно 6 млн в самые удачные.
И винить в этом Украине нужно только себя. Открытый в 2019 году Крымский мост мог быть построен гораздо раньше. Предметно эту идею с Украиной обсуждали как минимум с 2006 года (на уровне же «неплохо бы...» она всплывала еще в 1990-х) и даже предварительно договорились – еще в 2010-м. Причем руководство России прекрасно понимало, что Украина будет тянуть до последнего: в Транспортной стратегии строительство Крымского моста (еще в 2008 году!) запланировали на период 2016–2030 гг. Так что, не будь евромайдана и останься Крым в составе Украины, никакого моста не было бы до сих пор. А также федеральной трассы «Таврида», нового аэропорта в Симферополе и много чего еще.
Симферопольский аэропорт в 2019 году принял более 5 млн пассажиров (4,63 млн в 2020-м). Старый в 2013-м обслужил 1,2 млн человек. Но почти 900 тыс. из них – международные рейсы. То есть на Украине в принципе было не принято летать в Крым. Не только из-за дороговизны. Внутри страны авиации как таковой нет до сих пор, Зеленский еще только грозится переломить ситуацию и создать крупного национального авиаперевозчика. А ведь это тоже показатель жизни и ее отсутствия.
Если копнуть немного глубже, чем только домайданный 2013 год, то жизнь в Крыму и вовсе бьет ключом. Но вряд ли Зеленский захочет это вспоминать. В 1990-е на фоне общей разрухи именно Крым стал одним из наиболее депрессивных регионов Украины. Основными проблемами были высокий уровень самоубийств, наркомания и бандитизм: крымские бандиты имели славу самых «отбитых» и этом смысле давали фору даже донецким. В статистике ООН по числу самоубийств РФ занимает 4-е место (26,5 случаев на 100 тыс. человек, 2018 год). Не самое почетное место. Но в Крыму в 1990-е этот показатель доходил до 34 случаев.
Что же до наркомании, то с украинским наследием разбираться пришлось уже российским врачам, столкнувшимся с засильем т. н. метадоновой терапии: «Это была вакханалия в распространении наркотических препаратов, которую лоббировали заинтересованные фонды... За пять лет мы увидели, что отказ от заместительной терапии был правильным», – вспоминает главврач Крымского научно-практического центра наркологии Евгений Менчик.
Бьет – значит любит?
Но Украина и после евромайдана успешно «давала Крыму жизни». Достаточно вспомнить перекрытый Северо-Крымский канал (2014), подрыв ЛЭП, по которым Украина прежде поставляла в Крым электроэнергию (2015), блокирование торговли и организованного транспортного сообщения (2014–2016). Со всем этим крымчане и федеральная власть в итоге справились. Кроме воды. Сегодня ее дефицит пытаются восполнить за счет подземных запасов. А также ремонта водоводов: по словам чиновников, в распределительных сетях Крыма теряется до 70% воды. И это тоже украинская «жизнь»: Украина годами убивала местную инфраструктуру.
Впрочем, на Украине не согласны и причиной дефицита воды называют... промышленность, сельское хозяйство и армию: «Крупные заводы: «Титан», «Сода», бромовый завод. Это расположенные в районе Армянска и Красноперекопска. Это степной Крым. Там нет естественных источников воды. Соответственно, главным источником был Северо-Крымский канал... Весь степной Крым – это были зоны орошения, там были оросительные системы, и все, что там выращивали, выращивали благодаря поливу. На эти цели также внутренних объемов воды абсолютно недостаточно... Ну и армия страны-агрессора. Она потребляет ресурсы. Там сформирован достаточно большой блок из военных», – озвучивает свою версию замминистра экологии Украины Михаил Хорев.
Во-первых, военных в Крыму после 2014 года стало даже меньше, поскольку прежде кроме ЧФ РФ (до 25 тыс. человек по договору от 1997 года) здесь базировался украинский флот. К тому же Украина держала там достаточно большую группировку, чтобы компенсировать российское военное присутствие (до 19 тыс. человек). В итоге до Майдана количество военных обеих армий превышало 40 тыс. Согласно же прошлогодней оценке Украины, в Крыму находилось 32 тыс. российских военных.
Во-вторых, отношение замминистра Украины к промышленности и сельскому хозяйству очень показательно Мол, пусть умирают, а населению водички хватит.
Вернись, я все прощу
И это позиция не только отдельного украинского чиновника. В случае гипотетического возвращения жителей Крыма ждут депортации – это прямо анонсировал вице-премьер Украины Алексей Резников в июле этого года. Тех, кого не выдворят, ждет участь парий: как мы помним, русские на Украине теперь – некоренной народ.
По мнению Зеленского, крымчане только и ждут такой манны небесной. На деле же все снова ровно наоборот. Крым организованно вернулся в Россию как раз потому, что был самым русским из регионов Украины. По числу считающих себя русскими, говорящих на русском, уезжающих жить, учиться и работать в Россию, завязанных на российских клиентов, имеющих второй (российский) паспорт. По известному выражению, штыками можно совершить переворот, но на штыках нельзя усидеть.
К тому же здесь сравнение Украины и России всегда было наглядным. Военные ЧФ РФ с невероятными (по украинским меркам) окладом и социальными гарантиями. Российские туристы, которые всегда были зажиточнее украинских. А сам Крым на этом фоне смотрелся словно бедный родственник Украины, о котором вспоминают только летом, когда нужно поехать к морю.
Возврат Крыма в состав России тщательно готовился. Украиной. Постепенно превращавшей его в пустыню и базу для одной из стран НАТО. Сегодня, за неимением лучшего варианта, Великобритания строит такую базу в Очакове. Украинский Крым – это совсем не расцвет и не возврат жизни, а деградация. Причем Украине даже нечего будет возразить.
Да, и об острове Змеиный. Накануне 30-летия независимости и т. н. Крымской платформы (форума, где Украина снова будет жаловаться всему миру на Россию) Зеленский, конечно, не мог не заговорить о Крыме. Но место для этого он выбрал очень неудачно.
Еще с 2000-х Змеиный для Украины – символ внешнеполитического поражения. Тогда Украина проиграла Румынии в суде спор о шельфе вокруг острова. Румынии достались самые перспективные нефтегазовые участки. В этом году Украина уже потерпела подобное фиаско: Европа отказалась увязывать вопрос Крыма с разрешением на эксплуатацию газопровода «Северный поток – 2». Как бы и Крымская платформа не обернулась для Киева очередным крахом надежд.